Основания и условия возмещения вреда, причиненного личным правам и законным интересам военнослужащих в условиях боевых действий

Сущность возмещения вреда, нанесенного военнослужащему в условиях боевых действий, его направления и значение, законодательная база, порядок возмещения. Основания для возникновения обязательств по возмещению вреда, причиненного жизни гражданина.

Рубрика Государство и право
Вид реферат
Язык русский
Дата добавления 25.01.2009
Размер файла 32,8 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

25

Основания и условия возмещения вреда, причиненного личным правам и законным интересам военнослужащих в условиях боевых действий

Как уже отмечалось, в современном военном законодательстве, регулирующем вопросы возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих, наряду с нормами о государственном социальном обеспечении военнослужащих, уволенных с военной службы, и членов их семей, обязательном государственном страховании жизни или здоровья военнослужащих содержатся нормы о защите нематериальных благ военнослужащих (жизни и здоровья) в порядке гражданско-правовой ответственности.

Основу правового регулирования таких обязательств по возмещению вреда военнослужащему составляют нормы главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обязательства вследствие причинения вреда.

При этом действующее законодательство связывает возникновение у реабилитированного лица права на возмещение ущерба со сложным юридическим составом, включающим основания Основание - это достаточное условие для чего-либо: бытия, познания, мысли, деятельности // Философский энциклопедический словарь. - М., 1983.-С. 707. и условия Под условием принято понимать «то, от чего зависит нечто другое (обуславливаемое); существенный компонент комплекса объектов (вещей ...), из наличия которого с необходимостью следует существование данного явления» // Гам же. - С.760. возникновения такого права.

В области военного правоприменения причинение вреда военнослужащим в условиях боевых действий влечет необходимость установления справедливого соотношения между установленными законами формами и мерами ответственности в связи с причинением вреда и теми лишениями, которые в этой связи возникли. Справедливость в такой ситуации определяется соотношением реального вреда, причиненного личным правам и законным интересам военнослужащих, и его правовой оценки - фактического возмещения. Проблема поиска справедливости в такой ситуации сводится как раз к установлению оснований и условий возмещения вреда. Поэтому к основаниям и условиям, порождающим у военнослужащих, чьим личным правам и законным интересам был причинен вред, право требовать от государства возмещения вреда, относятся обстоятельства, порождающие его причинение.

В литературе по гражданскому праву нет единого мнения о сущности понятий «основания» и «условия» гражданско-правовой (деликтной) ответственности. Так, по мнению О.В.Ивановой понятия оснований и условий ответственности являются общетеоретическими и не должны различаться в отдельных отраслях права.

Однако, при анализе сложного состава, состоящего более чем из одного элемента, каждый из них обязательно должен анализироваться отдельно от других. В жизни все элементы неразрывно связаны между собою и зачастую одинаково необходимы для решения вопросов ответственности и наказания. Однако для правильного представления о каждом элементе нужно при его анализе непременно абстрагироваться от остальных, иначе невозможно оградить себя от вероятных ошибок. В отдельных институтах гражданского права наряду с общими предусматриваются особенные условия и способы ответственности Иванова О.В. Деликтная ответственность налоговых органов: дисс. канд юрид наук. М.-2003, с. 44..

По общему правилу, предусмотренному в статьях 8 и 1064 ГК РФ, причинение вреда выделено в отдельное основание возникновения гражданских прав и обязанностей, что, в свою очередь, подчеркивает относительную самостоятельность обязательств вследствие причинения вреда. При этом факт причинения вреда следует рассматривать как правонарушение (деликт).

Например, в качестве оснований возникновения обязательств по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, К.Б. Ярошенко называет имущественный вред, противоправность, причинную связь между противоправным поведением причинителя и наступившим вредом и вину причинителя, именуя их совокупность одновременно и необходимым условием гражданско-правовой ответственности См.: Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. Гражданско-правовая защита личных неимущественных прав граждан. - М.: Юридическая литература, 1990. - С. 50..

С.Е. Донцовым и М.Я. Марининой высказывается мнение, что «основанием возникновения обязательства из причинения вреда (деликтного обязательства) является совокупность юридических фактов, образующих, как еще говорят, так называемый состав правонарушения» Донцов С.Е., Маринина М.Я. Имущественная ответственность за вред, причиненный личности. - М.: Юридическая литература, 1986. - С. 13., в который включаются элементы: вред, противоправность причинения вреда, причинная связь и вина причинителя вреда.

Н.С. Малеин считает, что внедоговорный вред возникает непосредственно из правонарушений (деликтов), причем сам факт причинения вреда (в совокупности с другими условиями) порождает между сторонами правоотношения по возмещению вреда См.: Малеин Н.С. Указ. соч. - С. 8; Яичков К.К. Система обязательств из причинения вреда в советском праве // Вопросы гражданского права. - М., 1957. - С.45..

А.М. Белякова факт возникновения обязательства по возмещению вреда связывает с принудительным возмещением, считая, что таковое возникает только тогда, когда вред не возмещается добровольно лицом, ответственным за причинение вреда См.: Белякова А.М. Указ. соч. - С. 8..

Основаниями возникновения внедоговорной ответственности воинской части В.Н. Лейба называет имущественный вред, противоправность, причинную связь и вину, а условием ответственности - исполнение трудовых (служебных) обязанностей работниками воинской части См.: Лейба В.Н. Указ. соч. - С. 29 - 56.. А.А. Собчак и В.Т. Смирнов считают основанием ответственности сам факт причинения вреда (деликт) - всякое нарушение субъективного права, а условиями считают признаки, характеризующие этот факт, без которых деликтная ответственность наступить не может См.: Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 55 - 57..

В связи с различным толкованием в юридической науке понятия «основание ответственности» О.А. Красавчиковым, Е.А. Сухановым высказывалось мнение о том, что состав гражданского правонарушения отличен от состава уголовного, административного и других видов правонарушений См.: Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. - М.: Госюриздат, 1958. - С.53 - 57; Гражданское право: Учебник / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. - С. 368 - 370., при этом основанием гражданско-правовой (деликтной) ответственности предлагают считать «факт причинения вреда имуществу гражданина или юридического лица либо неимущественным благам - жизни, здоровью гражданина» Гражданское право: Учебник / Отв. ред. проф. Е.А.Суханов. - С.369.. А «вина и вред характеризуют противоправное действие с двух сторон - первая в плоскости психического отношения лица к его неправомерному поведению, второй - в плоскости результата совершенного действия. Вина характеризует поведение субъекта с субъективной стороны, вред - с объективной» Красавчиков О.А. Указ. соч. - С.57..

М.Ю. Калинин придерживается точки зрения, согласно которой понятия оснований и условий возмещения вреда (чит. - гражданско-правовой ответственности) следует разграничивать и в свою очередь выделяет три вида основания возмещения вреда гражданско-нормативные, правосубъектные, юридико-фактические Калинин В.М. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих.// Дисс. Канд юрид наук. М.-2001, с. 27...

Особого внимания заслуживает позиция В.В. Попова Попов В.В. Гражданско-правовая ответственность за внедоговорной вред, причиненный публично-правовыми образованиями: Дисс. канд юрид наук. М.-2002, с. 58.. По его мнению, деликт неразрывно связан с обязательством вследствие причинения вреда, поскольку является основанием его возникновения и содержит в себе структурные элементы, образующие состав деликта, наличие которых необходимо для данного вида обязательств. По устоявшемуся мнению многих ученых, для возникновения деликтного обязательства необходимо наличие четырех элементов состава гражданского правонарушения (деликта), называемых условиями возникновения деликтных обязательств Поляков И.П. Ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда. - М, 1998. С. 18 - 39; Толстой Ю.К. Гражданское право. Часть II./ Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. - М., 1998. С. 699 - 708; Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. Л., 1983. С. 50 - 56; Корнеев СМ. Гражданское право: В 2 т. Том II. Полутом 2 ред. Е.А. Суханова. - М., 1998. С. 373 - 382; Матвеев Г.К. Основания гражданской ответственности. - М, 1970. С. 5. Это -- наличие вреда; противоправное поведение причинителя вреда; наличие причинно-следственной связи между поведением причинителя вреда и наступлением вреда; вина причинителя вреда. Необходимо отметить, что данные четыре элемента состава деликта также рассматриваются как условия наступления деликтной ответственности. Под основанием наступления деликтной ответственности, также как и основанием возникновения деликтных обязательств, является гражданско-правовой деликт - правонарушение, выражающееся в причинении вреда имуществу или личности. Только деликт является основанием ответственности, а его элементы - это «детализация... единого и в принципе единственного ее основания, каким является правонарушение» Самошенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. - М., 1971. С. 76. Необходимо учитывать следующее соотношение основания и условий ответственности: основание ответственности - это тот юридический факт, что порождает правоотношение, а условия наступления ответственности - это признаки, характеризующие этот факт целиком или частично Смирнов В.Т., Собчак Л.Л. Обшее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. - Л., 1983. С. 54-57. Основания ответственности «призваны обосновать существование ответственности, а условия - ее применение» Тархов В.Л. Ответственность по советскому гражданскому праву. - Саратов, 1973. С. 33. Наличие вреда, противоправное поведение причинителя вреда; наличие причинно-следственной связи между поведением причинителя вреда и наступлением вреда характеризуют объективную сторону деликта, вина причинителя вреда -- субъективную. Большинство ученых полагает, что этого достаточно для определения меры ответственности. Однако есть точка зрения, согласно которой в состав гражданско-правового деликта, как и в состав любого правонарушения, включают наряду с объективной и субъективной сторонами, также объект и субъект, которые также необходимо учитывать Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения. // «Правоведение». 1958. № 1. С. 49; Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. -М., 1985. С. 6 - 9, 152 - 154.

Состав гражданского правонарушения, включающий в себя четыре вышеперечисленных элемента, образует так называемый генеральный деликт, являющийся основной конструкцией деликтного права. Сущность генерального деликта состоит в том, что вред, причиненный противоправными виновными действиями или бездействием, должен возмещаться, а под генеральным деликтом понимается любое противоправное виновное действие или бездействие, причинившее вред. Это - базовое понятие, и на нем основываются во всех случаях, когда в законе отсутствуют указания относительно применения специальных норм, устанавливающих обязательства из специальных (сингулярных) деликтов. Нормы, образующие генеральный деликт, устанавливают общие условия возникновения деликтных обязательств, обстоятельства, освобождающие от обязанности по возмещению вреда, а также общие принципы деликтной ответственности. Генеральный деликт выступает зачастую как выражение полного состава правонарушения - в отличие от специального (сингулярного) деликта, который выражается либо в усеченном составе правонарушения, либо в специфическом объекте или субъекте правонарушения. Г.К. Матвеев предлагал ввести в гражданское право понятия полноценного и ограниченного состава гражданского правонарушения Матвеев Г.К. Основания гражданской ответственности. -- М, 1970. С. 6 - 7. Полноценный состав включает в себя перечисленные условия наступления гражданско-правовой ответственности, а усеченный состав предполагает возможность наступления ответственности при отсутствии одного из этих условий иди сразу нескольких. К усеченным составам он относит следующие случаи:

Безвиновная ответственность - наступает при отсутствии вины причинителя вреда. Необходимо отметить, что безвиновная ответственность весьма широко распространена в сфере деликтных обязательств.

Безвредная ответственность - наступает при отсутствии вреда. Имущественный или моральный вред не был причинен, однако правонарушитель несет ответственность за нарушение условий договора (примером может служить выплата неустойки). В сфере деликтных обязательств безвредная ответственность не применяется, поскольку деликтные обязательства являются мерой ответственности за причинение вреда и при отсутствии вреда возникать не могут.

3) Беспричинная ответственность - наступает при отсутствии причинной связи между действиями причинителя вреда и причиненным вредом. В таких случаях вред причиняется в результате действия непреодолимой силы, но должник обязан возместить причиненный вред. В сфере деликтных обязательств данный состав применяться не может.

К этому перечню В.В. Попов добавляет ответственность за правомерные действия, когда ответственность наступает при отсутствии противоправности поведения причинителя вреда (при причинении вреда в состоянии крайней необходимости).

Причинение вреда личным правам и законным интересам военнослужащих в условиях боевых действий, по мнению автора, относит к специальным (сингулярным) деликтам. Это связано с несколькими факторами. Во-первых, со специфическим характером обстановки, в условиях которой причинен вред (боевые действия - скоротечный бой, бомбардировка или обстрел). Во-вторых, с особой юридической природой военнослужащих (комбатантов), участвующих в боевых действиях против военнослужащих российской армии и причиняющих вред их личным правам и законным интересам, а также отсутствием в некоторых случаях юридических оснований для оценки их действий как деликтов. Действиям комбатантов в условиях войны не нельзя дать ту или иную оценку в соответствии с нормами национального законодательства или возложить на них какие-либо обязательства. В-третьих, с особым характером противоправности поведения непосредственного причинителя вреда. В-четвертых, с возможностью возникновения обязательств по возмещению вреда при наличии только самого вреда, а также специфических условий его наступления, и при отсутствии других элементов - вины, противоправности, и причинно-следственной связи между виной и вредом. И именно эти особенности предопределили выделение факта причинения вреда личным правам и законным интересам военнослужащих в условиях боевых действий в специальный (сингулярный) деликт со своим особым составом. Объект правонарушения при этом также обладает своей спецификой, которая ранее уже была рассмотрена в рамках данного исследования.

Для полноты понимания затронутой проблемы автор считает целесообразным подробнее рассмотреть вопросы, касающиеся вреда личным правам военнослужащих и статуса комбатантов как потенциальных причинителей вреда личным правам и законным интересам военнослужащих в условиях боевых действий.

Как уже отмечалось в условиях боевых действий наибольшей опасности из личных прав подвержены жизнь и здоровье.

Причинение вреда здоровью заключается в причинении лицу физического вреда: травмы, увечья, профессионального заболевания. Это может быть как временное расстройство здоровья, так и утрата органа, утрата органом своих функций т.п. Имущественные последствия вреда, причиненного здоровью, выражаются в утраченном заработке, дополнительных расходах на лечение, приобретение инвалидных колясок и иных транспортных средств и т.д.

Вред жизни заключается в причинении смерти военнослужащему. В этом случае последствия вреда проявляются в имущественной сфере лиц, утративших в его лице кормильца (ст. 1088 ГК РФ), либо лица, понесшие расходы, связанные с погребением военнослужащего (ст. 1094 ГК РФ). Лица, потерявшие кормильца, вправе требовать возмещения доли утраченного денежного довольствия погибшего (умершего) военнослужащего, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. Например, нетрудоспособные родители военнослужащего, погибшего при исполнении обязанностей военной службы, при отсутствии других иждивенцев, вправе требовать возмещения доли утраченного заработка в размер 1/3 денежного довольствия военнослужащего, исчисленного в соответствии со ст. 12 Федерального закона «О статусе военнослужащего» и ст. 1085 ГК РФ.

Все положения Женевских конвенций и Дополнительных протоколов к ним строятся вокруг двух ключевых определений «комбатант» и «некомбатант». Несмотря на то, что право войны существует много веков, термин “комбатант” был определен лишь в 1977 году. Пункт 2 ст. 43 Протокола 1 гласит:

“Лица, входящие в состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте (кроме медицинского и духовного персонала), являются комбатантами, т.е. они имеют право принимать непосредственное участие в военных действиях”. Это право, равно как и статус комбатантов, напрямую связаны с их правом считаться военнопленными в случае, если они попадут во власть противной стороны (п. 1 ст. 44). Статус комбатанта отнюдь не означает, что ему дается карт-бланш. Разумеется, он “обязан соблюдать нормы международного права, применяемого в период вооруженных конфликтов” и несет индивидуальную ответственность за любые совершенные им нарушения этих норм. Но даже такие нарушения “не лишают комбатанта его права считаться комбатантом или, если он попадет во власть противной стороны, его права считаться военнопленным”.

Однако правило, зафиксированное в п. 2 ст. 44, не лишено исключения, суть которого сводится к обязанности комбатанта “отличать себя от гражданского населения форменной одеждой или другими отличительными знаками в то время, когда они участвуют в нападении или военной операции, являющейся подготовкой к нападению”. Далее п. 3 ст. 44 Протокола 1 предусматривает, что “во время вооруженных конфликтов бывают такие ситуации, когда вследствие военных действий вооруженный комбатант не может отличать себя от гражданского населения”. В таком случае он сохраняет свой статус комбатанта, если открыто носит оружие во время каждого военного столкновения и в то время, когда находится на виду у противника в ходе развертывания в боевые порядки, предшествующего началу нападения, в котором он должен принять участие.

Напротив, если комбатант попадает в плен в то время, когда он не выполняет данные требования, то он лишается права считаться военнопленным. Справедливости ради, указанное суровое правило смягчается содержащимся в п. 4 ст. 44 Протокола 1 утверждением: “тем не менее, ему предоставляется защита, равноценная во всех отношениях той, которая предоставляется военнопленным в соответствии с III Конвенцией и настоящим Протоколом”. И здесь же уточняется, что эта равноценная защита предоставляется даже “в случае, если такое лицо предается суду и несет наказания за любые правонарушения, которые оно совершило”. Как уже отмечалось выше, статус комбатантов тесно связывается со статусом военнопленных.

На основе ст. 4 III Конвенции можно выделить следующие категории комбатантов:

- личный состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте, причем даже в том случае, если он считает себя находящимся в подчинении правительства или

власти, не признанных противником;

- личный состав других ополчений или добровольческих отрядов, включая личный состав организованных движений сопротивления, принадлежащих стороне в конфликте и действующих на их собственной территории или вне ее, даже если эта территория оккупирована, если все эти группы отвечают четырем условиям:

а) имеют во главе лицо, ответственное за своих подчиненных;

b) имеют определенный и явственно видимый издали отличительный знак;

c) открыто носят оружие;

d) соблюдают в своих действиях законы и обычаи войны.

На статус военнопленных имеют право различные категории лиц, которые не подпадают под определение комбатантов, приведенное выше, или не являются комбатантами. К ним относятся:

- лица, принимающие участие в спонтанных массовых вооруженных выступлениях, когда население неоккупированной территории при приближении противника добровольно берется за оружие для борьбы с вторгающимися войсками, не успев сформироваться в регулярные войска, если они открыто носят оружие и соблюдают законы и обычаи войны;

- лица, следующие за вооруженными силами, но не входящие в их состав непосредственно (например, аккредитованные военные корреспонденты);

- члены экипажей судов торгового флота и экипажей гражданской авиации сторон, находящихся в конфликте;

- лица, входящие в состав вооруженных сил и служащие в организациях гражданской обороны (ст. 67 Протокола I).

Рассматривая вопрос о комбатантах, следует специально выделить лиц, действующих в составе так называемых нерегулярных вооруженных сил, и прежде всего участников партизанской войны. Под партизанами понимаются лица, организованные в отряды, не входящие в состав регулярных армий, сражающиеся преимущественно в тылу неприятеля в процессе справедливой войны против иноземных захватчиков и опирающиеся на сочувствие и поддержку народа.

Международное право связывает закрепление за каждым партизаном в отдельности статуса законного комбатанта с выполнением им ряда конкретных условий, выше упомянутых мною при рассмотрении вопроса о категориях комбатантов. Прежде чем перейти к подробному изложению условий, соблюдение которых необходимо для признания партизана законным комбатантом, следует коснуться исторического аспекта данной проблемы. Дело в том, что в 19 веке западная доктрина международного права либо вообще умалчивала о партизанской борьбе, либо по примеру американского профессора Ф.Либера (автора известной “Инструкции 1863 г. для действующей армии США” и единственной в 19 веке специальной работы “Партизаны и партизанские группы”) выдвигала требование о всяческом ограничении этой формы борьбы и выражала надежду, что с улучшением современных обычаев войны партизаны будут рассматриваться как разбойники”.

Однако на рубеже 19-20 веков по инициативе России и лично благодаря стараниям профессора Ф. Мартенса законность партизанской борьбы нашла полное и безоговорочное подтверждение. Правила ведения партизанской борьбы, впервые сформулированные в Гаагской конвенции 1899 г., нашли свое отражение в преамбуле Конвенции о законах и обычаях сухопутной войны (IV Гаагская конвенция) и ст. 1 и 2 Положения о законах и обычаях сухопутной войны, являющегося приложением к названной конвенции. С принятием Гаагских конвенций каждый отдельный партизан объявлялся законным комбатантом, поставленным под защиту норм международного права, но при соблюдении им 4 упомянутых условий.

1. Для того, чтобы обладать статусом комбатанта, партизан должен принадлежать к какому-либо военным образом организованному отряду, действующему от имени государства, во главе которого стоит ответственное лицо. Данное требование является бесспорным, поскольку наличие ответственного командира является свидетельством организованности партизанского движения и служит гарантией соблюдения его участниками правил ведения войны. Однако условие об ответственном командире не должно абсолютизироваться и тем более толковаться расширительно. Международному праву безразлично, кем будет возглавляющий партизан командир: офицером, правительственным чиновником или лицом, выбранным на этот пост самими партизанами. Важно лишь, чтобы он был ответственным за выполнение его подчиненными правил ведения войны.

2. Партизан должен иметь отличительный знак, позволяющий провести внешнее различие между комбатантом и гражданским лицом. Необходимость ношения отличительного знака, с одной стороны, указывает на намерение данного лица принимать активное участие в боевых действиях, а с другой - позволяет воюющим соблюдать законы и обычаи войны (в данном случае - не вести военные действия против гражданского населения). Предусмотренное Гаагскими конвенциями, а затем дословно воспроизведенное Женевскими конвенциями 1949 года требование “иметь определенный и явственно видимый издали отличительный знак” вызвало массу споров и разночтений среди ученых, занимающихся данной проблематикой

Суть их, однако, сводится к тому, что, во-первых, партизан нельзя ставить в худшее положение, чем солдат регулярной армии, следовательно - не может быть и речи о расширительном толковании “явственно видимого” отличительного знака; во-вторых, определенный отличительный знак не должен препятствовать маскировке партизан, поскольку в современных условиях тщательная маскировка войск является одним из важнейших принципов ведения войны.

3. Партизан должен открыто носить оружие. Данное условие тесно связано с предыдущим, поскольку при его выполнении также нельзя пренебрегать задачами маскировки партизан. Необходимо отметить, что требование “открыто носить оружие” всегда подвергалось критике в международно-правовой литературе. Эта критика сводилась к тому, что если партизаны уже имеют отличительный знак, то этого достаточно для того, чтобы рассматривать их как комбатантов. Вместе с тем, лицо, открыто носящее оружие, но не имеющее отличительного знака партизанского движения, не обязательно относится к партизанскому отряду. При этом следует иметь в виду, что партизаны используют такие же методы ведения боевых действий, какими пользуются регулярные войска.

4. В своих действиях партизан обязан соблюдать законы и обычаи войны. Данное условие является бесспорным и наиболее важным из всех перечисленных. Направленное на гуманизацию вооруженных конфликтов требование соблюдения партизанами законов и обычаев войны имеет целью пресечение попыток превращения войны в вакханалию. В то же время требование это нисколько не связано со спецификой партизанской борьбы. Оно обязательно и для других комбатантов, в том числе и лиц, входящих в состав регулярных вооруженных сил. Отсюда вытекает, что нарушение законов и обычаев войны, совершаемые отдельными партизанами, влекут за собой соответствующие правовые последствия лишь в отношении нарушителя. Но эти нарушения нисколько не отражаются на правовом статусе партизанского отряда в целом.

В качестве промежуточного итога, следует отметить, что в отличие от требований соблюдать в своих действиях законы и обычаи войны, а также иметь ответственного командира - являющихся незыблемыми - два других условия, при которых партизаны признаются законными комбатантами, носят дискуссионный характер. При всей слабости норм об открытом ношении оружия и отличительном знаке полностью отрицать их нельзя. Дело в том, что отказ от этих условий может ликвидировать основу, на которой базируется основной принцип,- проводить различие между комбатантами и гражданским населением. Более того, он может поставить в невыгодные условия гражданское население, которое в любое время может оказаться объектом нападения. Наконец, такой отказ разрушил бы равновесие прав и обязанностей комбатантов и гражданского населения, что затруднило бы регулирование их правового статуса и нанесло ущерб защите мирного населения. В противовес данному утверждению сторонники отказа от условий об отличительном знаке и открытом ношении оружия приводят следующие доводы. Во-первых, принимая во внимание характер средств ведения войны, используемых партизанами в современных вооруженных конфликтах (от автоматов до танков, артиллерии и ракет), указанные условия являются, по их мнению, бессмысленными. Во-вторых, они считают, что попытки доказать, что отсутствие у партизан отличительного знака или носимого на виду оружия ведет к ослаблению иммунитета мирных жителей, сводят на нет индивидуальный характер ответственности, и, следовательно, окольным путем восстанавливают запрещенные международным правом репрессалии

Итогом такой острой дискуссии явилось включение в Дополнительный протокол I 1977 года пункта 3 ст. 44 следующего содержания:

“Для того, чтобы содействовать усилению защиты гражданского населения от последствий военных действий, комбатанты обязаны отличать себя от гражданского населения в то время, когда они участвуют в нападении или в военной операции, являющейся подготовкой к нападению. Однако в связи с тем, что во время вооруженных конфликтов бывают такие ситуации, когда вследствие характера военных действий вооруженный комбатант не может отличать себя от гражданского населения, он сохраняет свой статус комбатанта, при условии, что в таких ситуациях он открыто носит свое оружие:

а) во время каждого военного столкновения; и

б) в то время, когда он находится на виду у противника в ходе развертывания в боевые порядки, предшествующего началу нападения, в котором он должен принять участие”.

Данное положение является большим вкладом в международное гуманитарное право, поскольку содержит практическое указание по применению в боевой обстановке условия об открытом ношении оружия. Из смысла п. 3 ст. 44 вытекает, что такие ситуации могут иметь место как на оккупированной территории, когда население выступает против оккупанта, так и в любом вооруженном конфликте.

Таким образом, в классификацию видов ответственности, предложенную Г.К. Матвеевым, следует добавить еще элемент - комбатантная ответственность.

В этой связи с учетом изложенного, а также принимая во внимание положения действующего законодательства автор утверждает, что право военнослужащих на возмещение государством вреда, причиненного их личным правам и законным интересам в условиях боевых действий, возникает при наличии следующих обстоятельств:

наступивший вред должен быть следствием участия военнослужащих в боевых действиях;

причиненный вред должен быть получен в результате таких боевых действий, которые конкретно названы в соответствующем нормативном акте: (разведывательно-поисковые (разведывательно-боевые) засадные действия; несение боевого дежурства на блокпостах, в боевом охранении базовых районов; осуществление разведывательных вылетов, нанесение авиационных ударов по бандформированиям, высадка десанта, доставка пограничных нарядов к местам несения службы, эвакуация больных, раненых, перевозка личного состава и материальных средств, на воздушном транспорте в интересах решения боевых задач; перевозка личного состава, воинских грузов, в том числе специальных, сопровождение автомобильных колонн, железнодорожных эшелонов специальными поездами; поиск, обезвреживание и уничтожение взрывоопасных предметов, установка (снятие) минновзрывных заграждений; охрана объектов жизнеобеспечения населения - электроподстанции, водозаборные сооружения и т.п.; служебная деятельность пограничных застав (постов) по защите и охране государственной границы Российской Федерации; непосредственное участие в оперативно-розыскной деятельности; обследование территории с целью обнаружения радиоактивных источников, извлечение и захоронение их; проведение охранных мероприятий в зоне проведения контртеррористической операции; обеспечение, за пределами границ базовых районов, правительственной и иными видами специальной связи высших должностных лиц; организация и проведение аварийно-спасательных и аварийно-восстановительных работ в зоне боевых действий);

вред должен быть причинен представителями противной стороны (комбатантами).

Указанные обстоятельства образуют специфический состав правонарушения, что влечет возникновение у военнослужащего права на возмещение или компенсацию причиненного вреда.

Проблема закрепления в законе круга обстоятельств, влекущих возникновение у военнослужащих права на государственное возмещение вреда, является весьма актуальной, насущной и подлежащей обязательному разрешению.

За пределами деликтного права в качестве примера можно указать наличие вреда в страховых правоотношениях, являющееся страховым случаем, и в отношения государственного социального обеспечения. Государство (страховщик) выплачивает компенсационные выплаты (страховую сумму) лишь на основании наличия вреда независимо от того, сможет ли он в дальнейшем предъявить регрессное требование к причинителю вреда, но в этом случае вред служит лишь условием возникновения обязательства, а не его основанием. Основанием же является нормативный правовой акт (договор страхования), предусматривающий обязательства государства (страховщика).

В рамках данного исследования не охваченным остался вопрос о сущности договора страхования как основания возникновения соответствующих обязательств

Действующее законодательство не дает единого понятия договора страхования. Вместо этого в нем приведены отдельные определения договора имущественного страхования и договора личного страхования. М.И. Брагинский отмечал, что такое решение не было случайным. Определение договора только в том случае может иметь значение, если, с одной стороны, оно обнимает все разновидности данного договора, а с другой - дает действительно возможность отличить данный договор ото всех других договоров, т.е. если оно не страдает чрезмерной отвлеченностью. Комиссия убедилась, что все бывшие в виду ее определения договора страхования не удовлетворяют одновременно указанным требованиям, и поэтому полагала, что, исходя из желания признать отдельным правилом Уложения возможно конкретную редакцию, надлежит в отношении определенного договора страхования прийти к тому заключению, что страхованию имущества и страхованию лиц должны быть посвящены отдельные определения" Брагинский М.И. Договор страхования. М.: Статут, 2000. С. 73. Диссертант поддерживает точку зрения Гойхбарга А.Г. о том, что не следует включать определения в текст закона, так как не дело законодателя канонизировать спорные теоретические положения. Но это не означает, что от этого должна отказаться наука, в задачи которой входит нахождение общих начал и подведение под эти начала жизненных явлений, на первый взгляд совершенно противоположных Гойхбарг А.Г. Единое понятие страхового договора. Санкт-Петербург, 1914. С. 7.. Другие авторы считают, что законодатель должен вернуться к единому понятию договора страхования <*>, которое было зафиксировано в старой редакции Закона Российской Федерации "О страховании" Белых В.С., Кривошеев И.В. Страховое право. М.: НОРМА, 2001. С. 127. В статье 15 этого Закона говорилось, что договор страхования - это соглашение между страховщиком и страхователем, в силу которого страховщик обязуется при страховом случае произвести выплату страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования, а страхователь обязуется уплатить страховые взносы в установленные сроки.

Среди ученых отсутствует единое мнение по поводу категории страхового договора.

Из двух видов страхования - добровольного и обязательного - первое уже в силу своего характера должно непременно опосредоваться договором.
Вместе с тем, как предусмотрено в п.2 ст.927 гл.48 ГК, посвящённом обязательному страхованию в силу закона, и при этом виде страхования отношения сторон также должны быть основаны на договоре. Обязательное страхование означает лишь то, что указанные в нём лица обязаны заключать в качестве страхователей договоры со страховщиками в определённых законом случаях.

Таким образом, именно договоры составляют главную правовую форму страхового отношения. «Сам же по себе страховой договор есть способ передачи риска; средство, при котором страхователь ставит страховщика по отношении к застрахованной вещи в то положение, которое он занимал бы сам при самостраховании». Пункт 1 ст. 927 ГК предусматривает возможность осуществления страхования на основании двух видов договоров - имущественного страхования и личного страхования. И тот и другой заключаются гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Для договоров страхования весьма характерно широкое вторжение публичного начала, при этом на разных этапах развития соответствующих отношений - от заключения договора и до исполнения обязательства основной фигурой - страховщиком (имеется в виду контроль за расходованием денежных средств страховщика, которые должны служить для него источником выплаты страхового возмещения при имущественном страховании и страховой суммы при страховании личном). Во всем этом проявляется особый интерес со стороны государства к страховым отношениям, влекущий за собой достаточно жёсткое их регулирование.

Следует отметить, что договор страхования несомненно всегда являлся и является возмездным. Эта его особенность составляет один из конститутивных признаков, достаточно чётко выраженных в легальных определениях договоров имущественного и личного страхования.

Так же мы видим, что пункт 1 ст. 957 ГК связывает вступление договора страхования в силу с момента уплаты страховой премии или первого её взноса. Следовательно, договор, если только в нём не будет предусмотрено иное, т.е. вступление в силу с момента достижения согласия сторон, должен рассматриваться как реальный.

Отнесение договора страхования к числу реальных или, напротив, консенсуальных должно предопределить вывод относительно другого деления: на одно- и двусторонние договоры. Если договор страхования состоит из обязанности страхователя уплатить премию и обязанности страховщика возмещать убытки (уплатить страховую сумму), то указанные обязанности считаются взаимными только при условии, если и та и другая входят в содержание договора. А это означает, что двусторонним может быть лишь консенсуальный договор страхования. А если договор страхования - реальный, то в случае невнесения страхователем первого взноса, договор будет признан незаключённым и тем самым неспособным породить какие-либо последствия.

Право страхователя требовать от страховщика возмещения убытков (уплаты страховой суммы) возникает только с момента наступления страхового случая.

Тем самым договор страхования приобретает черты условной сделки. И все же страхование условной сделкой не является, т.к. наступление предусмотренного в договоре события есть не случайная, добавочная часть страхового договора, а часть договора существенная, необходимая.

Существует ряд договоров, которым свойственно определённое сходство с договором страхования. Однако между ним и смежными договорами имеются также принципиальные различия. С учётом лежащей на страхователе обязанности, связанной с принятием мер по сохранению застрахованного имущества, первым из таких сходных со страхованием договоров может быть названо хранение.

Что же касается различий между договорами хранения и страхования, то они состоят прежде всего в цели договора. Для хранения - это сберечь вещь, в то время как для страхования - возместить убытки, причинённые гибелью или повреждением вещи. Кроме того, в договоре хранения обязанность сберечь вещь возлагается на сторону, предоставившую услугу (под услугой имеется в виду собственно сбережение), а при страховании, напротив, принятие мер по сбережении застрахованной вещи лежит на страхователе - стороне, которая обращается за услугами; соответственно в договоре хранения его предмет передаётся стороне, оказывающей услуги, в то время как при страховании никакой передачи имущества вообще нет; наконец, хранение лишь предполагает возмездность, а страхование - всегда возмездно.

При поручительстве, подобно страхованию, обязательство соответствующей стороны вступает в силу в результате события, которое может наступить или не наступить. Различие же состоит в характере соответствующего события. При поручительстве речь всегда идёт об одном и том же - неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства, в то время как набор страховых случаев многообразен. Кроме того, обязательство поручителя является субсидиарным, а страхования - основным.

В договоре займа встречная обязанность - платёж (возврат полученных взаймы денег) - безусловна, а при страховании она зависит от наступления определённого события; к этому можно добавить, что при договоре займа уплате подлежит заранее определённая сумма, к тому же как правило, с процентами, а при имущественном страховании размер выплаты определяется, в конечном счёте, лишь с наступлением страхового случая.

Различие между страхованием с одной стороны, и алеаторными сделками в виде игр и пари, с другой, состоит в том, что требования из договора страхования защищаются в обычном порядке, в то время как вытекающие из игр и пари обязательства носят натуральный характер и соответственно не подлежат судебной защите; в договоре страхования обе стороны, как уже отмечалось, имеют один и тот же интерес, который состоит в том, что бы соответствующее событие (страховой риск) не наступило, в то время как интересы участников игр и пари, а также их организаторов в этом смысле прямо противоположны.

При заключении договоров страхования важная роль принадлежит правилам об отдельных видах страхования.

В силу п.1 ст.943 ГК правила страхования (стандартные правила страхования) соответствующего вида принимаются, одобряются или утверждаются страховщиком или объединением страховщиков. При этом следует иметь в виду, что объединение страховщиков представляет собой некоммерческую, лишённую властных полномочий организацию. Однако за страховщиком сохраняется возможность самому разрабатывать правила страхования и тогда, когда исходящие из объединения страховщиков аналогичные стандартные страховые правила вообще не существуют или, хотя и были приняты объединением, но не удовлетворяют страховщика, считающего необходимым разработать собственные.

Правила, о которых идёт речь, способны, помимо прочего, обеспечить как унификацию используемых на страховом рынке договоров, так и их достаточную полноту и определённость. Всё это, в свою очередь, даёт возможность сократить основания для споров между сторонами, заключившими договор страхования.

Все такого рода правила, независимо от того, приняты ли они, одобрены или утверждены, приобретают юридическую силу только после того, как будут преобразованы в обычные, согласованные сторонами договорные условия. Прямой путь к этому - включение правил в целом или отдельных их условий в текст договора. То есть следует, не ограничиваясь указанием на применение конкретных правил, непременно изложить их в одном документе с договором (страховым полисом), либо поместить на оборотной стороне договора, либо приложить правила к договору. В этом последнем случае необходимо включить в договор указание на то, что правила были вручены страхователю при его заключении.

Порядок заключения договора страхования подчиняется общему для всех гражданско-правовых договоров положению, закреплённому в п. 1 ст. 432 ГК: договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в надлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Для договора имущественного страхования существенными являются условия об объекте страхования - определённом имуществе либо ином имущественном интересе, о страховом случае - характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование, о размере страховой суммы и сроке действия договора.

Аналогичный перечень установлен и для договора личного страхования[24]. Это - те же: страховой случай, страховая сумма и срок действия договора. Отличие выражается лишь в том, что место имущества и иных имущественных интересов заняло условие о застрахованном лице. По этому поводу можно отметить, что наряду с размером страховой суммы «объект» и «застрахованное лицо» выполняют одну и ту же роль - предмета соответствующего договора. Следовательно, речь идёт о том единственном условии, которое, как предусмотрено всё в той же ст.432 ГК, является существенным для любого гражданско-правового договора. И только срок действия договора (и для личного и для имущественного страхования) является ещё одним, предусмотренным в законе существенным условием договора. Соответствующее условие - о предмете - обеспечивает индивидуализацию конкретного договора страхования. В одном из дел, возникших в связи с заявленным требованием о выплате страхового возмещения, по договору была застрахована компьютерная техника. При этом ее индивидуализация ограничивалась лишь местонахождением - определенным помещением. В решении по этому делу Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отметил: «Индивидуальных признаков вещей, составляющих массу застрахованного имущества, в договоре не приведено. Следовательно, в данном случае имеет значение местонахождение застрахованного имущества, а указание конкретного адреса, по которому находится имущество, является одним из существенных условий договора». Соответственно действия страхователя, который без согласия страховщика переместил застрахованное имущество в другое помещение
(спор возник в связи с тем, что в этом последнем было украдено застрахованное имущество), были расценены как представляющие собой
«изменение истцом в одностороннем порядке одного из существенных условий договора», которое «нарушает права страховщика и противоречит закону». Соответственно Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ признал, что «правовые основания для возложения на страховщика обязанности по выплате страхового возмещения отсутствуют».

Предусмотренный в ст.942 ГК перечень представляет собой для обоих видов договора страхования обязательный минимум подлежащих непременно согласованию условий. По этой причине содержащееся в ст.432 ГК указание на то, что помимо предмета договора и других условий, названных в законе и других правовых актах существенными, таковыми являются и условия, необходимые для договоров данного вида, а так же все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, распространяется и на договоры страхования.

Страхование относится к числу договоров, для которых письменная форма является не просто обязательной, а именно условием её действительности. Указав на последствия нарушения требования о письменной форме - недействительность договора страхования, ст. 940 ГК, посвящённая форме договора страхования, всё же предусмотрела исключение из приведённого правила. Имеются в виду договоры обязательного государственного страхования.

Из двух возможных способов заключения гражданско-правового договора, которым посвящён п. 2 ст. 434 ГК, - составление одного документа, подписанного сторонами, либо обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, - п. 2 ст. 940 ГК для договоров страхования признаёт только первый. Вместе с тем, наряду с составлением единого документа, который, как вытекает из ст.434 ГК, должен быть подписан страхователем и страховщиком, ст. 940 ГК указывает в качестве альтернативы заключение договора с помощью полиса. Страховой полис - это документ, который исходит от одной стороны договора - страховщика, и вручается контрагенту - страхователю в соответствии с его предварительно направленным страховщику письменным или устным заявлением. В свою очередь акцептом - стадией, завершающей заключение договора, служит принятие полиса страхователем. Оно означает согласие страхователя заключить договор страхования на условиях, которые содержатся в полисе.

Помимо деления страхования на добровольное, основанное на свободно совершаемом по воле сторон договоре, и обязательное, при котором договор страхования должен быть заключён независимо от воли сторон, в силу прямого предписания закона, существует и промежуточная конструкция. Она выражается в том, что на одну из сторон, в самых различных по своей юридической природе договорах, возлагается законом или договором обязанность застраховать соответствующее имущество, использовав для этой цели договор страхования.

Обязанность страхования может предусматриваться в отдельных случаях и факультативной нормой. Так, ст. 490 ГК допускает возможность возложения договором купли-продажи обязанности страховать товар на любую из сторон - продавца или покупателя.

Наконец, основанная на договоре обязанность страхования может быть установлена и императивной нормой и носить вместе с тем альтернативный характер. Примером служит п.2 ст.587 ГК, который признаёт существенным для договора ренты условие, по которому плательщик ренты должен либо представить обеспечение исполнения обязательства выплачивать ренту, либо застраховать в пользу получателя ренты риск ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение соответствующего обязательства.


Подобные документы

  • Совершенствование законодательства Российской Федерации в развитии непосредственно военного законодательства в сфере возмещения вреда, причиненного личным правам военнослужащих в условиях чрезвычайного, военного положения либо в состоянии войны.

    реферат [27,0 K], добавлен 25.01.2009

  • Статистика рассмотрения военными судами дел, связанных с возмещением военнослужащим вреда причиненного их личным правам и законным интересам в условиях боевых действий в Российской Федерации. Эффективность обращения в Европейский суд по правам человека.

    реферат [28,8 K], добавлен 25.01.2009

  • Защита личных прав и законных интересов военнослужащих. История становления института возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих. Функции, порядок, основания и условия возмещения вреда. Размер, объем и характера возмещения.

    дипломная работа [90,6 K], добавлен 28.03.2011

  • Понятие и общая характеристика обязательства, возникающего вследствие причинения вреда, его основания и условия. Правоотношения по возмещению вреда (стороны) между потерпевшим и причинителем. Определение размера возмещения вреда, причиненного жизни.

    курсовая работа [47,0 K], добавлен 07.09.2012

  • Понятие гражданско-правовой ответственности, основания ее возникновения. Возмещение вреда, причиненного жизни (здоровью) гражданина при исполнении договорных либо иных обязательств. Увеличение размера возмещения вреда в связи с повышением стоимости жизни.

    курсовая работа [51,2 K], добавлен 19.10.2016

  • Понятие и основания обязательств из причинения вреда в соответствии с россйским законодательством. Изучение особенностей правового регулирования возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина работодателем или в медицинском обслуживании.

    курсовая работа [66,8 K], добавлен 27.08.2012

  • Характеристика и правовая природа возмещения вреда, нанесенного жизни и здоровью гражданина, его место и роль в законодательстве РФ и нормативная база. Порядок расчета размера и процесс возмещения нанесенного вреда согласно действующему законодательству.

    курсовая работа [42,0 K], добавлен 04.06.2009

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.