Жанр автобиографической повести в детском чтении

Изучение особенностей детской литературы второй половины XIX–начала ХХ веков, которая начала формировать свой золотой фонд, насчитывающий сотни названий художественных произведений. Жанр автобиографической повести. Повесть "Детство" Л.Н. Толстого.

Рубрика Литература
Вид контрольная работа
Язык русский
Дата добавления 13.01.2012
Размер файла 34,3 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Филиал государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования

«Красноярский государственный педагогический университет им. В.П. Астафьева» в г. Железногорске

Контрольная работа

Тема: Жанр автобиографической повести в детском чтении

Выполнил:

студент 2 курса

специальности дошкольная

педагогика и психология

Вержбицкий С.Д.

Железногорск 2012

Содержание

Введение

Глава 1. О детской литературе второй половины XIX - начала ХХ веков

Глава 2. О жанре автобиографической повести

Глава 3. Повесть «Детство» Л. Н. Толстого

Заключение

Список литературы

Введение

Потребность в детской литературе, служащей как воспитательным, так и педагогика нравственным целям, была осмыслена довольно давно. Ещё русский просветитель XVIII века Н.И.Новиков в своем трактате «О воспитании и наставлении детей для распространения общеполезных знаний и всеобщего благополучия» теоретически обосновывал основные задачи детской литературы. По его мнению, детские книги должны обучать «чувствовать справедливо», «упражнять» детей «в употреблении чувств», развивать «разум и сердце», а также соответствовать требованиям «образования разума» и «обогащения познания», одновременно являясь занимательными и «приятными», чтобы юные читатели «полюбили свою пользу».

Детская литература совместно с педагогикой должна выполнять задачу воспитания детей «счастливыми людьми и полезными гражданами ». Это неоднократно подчёркивается Н.И.Новиковым.

Создание детской литературы совершалось с участием классиков русской литературы, создавших золотой фонд художественной литературы для детей. Одновременно с величинами первого ряда работало немало сильных писателей второго ряда, чьи повести и рассказы дети читали с не меньшим увлечением. Среди них наиболее интересными представляются В. Авенариус, М. Алтаев, Е. Болабанова, Н. Вагнер, А. Измайлов, Н. Каразин, С. Караскевич, О. Петерсен, Н. Поздняков, М. Пожарова, Г. Полилов (Северцев), В. Светлов, П. Соловьева, Н. Телешов, В. Харузина, М. Цебрикова, Е.Чебышева-Дмитриева, М. Бородатова и др.

Вторая половина XIX века -- интереснейший период в истории русской детской литературы, время её формирования и расцвета. В это же время впервые происходит разграничение литературы собственно детской и литературы образовательной.

Глава 1. О детской литературе второй половины XIX века

Вторая половина XIX века -- период необыкновенно плодотворный для русской литературы в целом и, в частности, для литературы для детей и о детях. Это период, когда в литературе одновременно сосуществуют такие писатели, как К.Д. Ушинский, Л.Н.Толстой, В.Г. Короленко, А.П. Чехов, А.И. Куприн, Д.В.Григорович, Д.Н. Мамин-Сибиряк, В.М. Гаршин и Ф.М. Достоевский.

Кроме того, в создании детской литературы и отборе круга текстов для нее из литературы взрослой принимают участие известные педагоги, такие как В.П.Острогорский и Д.И.Тихомиров.

Серьёзный разбор современной ему детской литературы осуществил В. Г. Белинский. Критик отстаивал идею гармонического развития личности и действеннейшим средством воспитания считал литературу, полемизируя в этом с некоторыми современниками. «Есть даже люди, которые считают чтение для детей занятием больше вредным, чем полезным. Это грубое заблуждение, варварский предрассудок. Книга есть жизнь нашего времени. В ней все нуждаются и старые и молодые, и деловые и ничего не знающие; дети - также”. Состояние современной ему детской литературы, особенно беллетристики, по мнению критика, представляло собой зрелище крайне унылое. Именно этим объясняются многие резкие выпады в рецензиях на них Белинского. С одной стороны, критик высказывает убеждение, что детские книги «должны входить в план воспитания как одна из важнейших его сторон». С другой, он не раз называет вздорными и вредными не только «русские книги для детей, но и их иностранные образцы, разгуливающие по всему свету под эгидою громких имён их знаменитых авторов».

«Если бы это было не так, то откуда же возник бы вопрос: нужны ли, полезны ли детские книги вообще?» - продолжает он эту мысль несколькими годами позже. Критик, явившийся одним из первых теоретиков литературы для детей, неоднократно подчёркивал, что детская литература отнюдь не пустое занятие, как думают об этом многие, что детским писателем следует «родиться, а не сделаться», для этого нужен «не только талант, но и своего рода гений».

Самое развёрнутое суждение о детской литературе Белинский приводит в рецензии на составленный П.Фурманом «Альманах для детей»: «Обращаясь к общей идее полезности или бесполезности детских книг, вот что скажем мы, как результат нашего мнения об этом предмете: Мнение, что дети должны читать только то, что читают и взрослые, не лишено основания и справедливости; но требует больших исключений и ограничений. Но нам кажется, что можно дать на этот предмет правило, не допускающее почти никаких исключений и ограничений: книги для детей можно и должно писать, но хорошо и полезно только то сочинение для детей, которое может занимать взрослых людей и нравиться им не как детское сочинение, а как литературное произведение, писанное для всех. И к повестям, рассказам и детским пьесам это относится едва ли ещё не более, чем к статьям другого рода».

Суждения В.Г.Белинского о детской литературе во многом опережают его эпоху и предугадывают позднейшие споры об этом предмете. Тезис же о том, что литература для детей должна «занимать взрослых людей... как литературное произведение, писанное для всех», будет многократно и в разных вариациях повторяться в последующие десятилетия, причём чаще всего независимо от Белинского, настолько всеобщей станет эта мысль.

«Общее мнение осудило детские книжки на ничтожество и презрение , - пишет В.Г.Белинский. Детские книжки, детский писатель это все равно, что «пустые книжки», что «вздорный писатель». Предложи книгопродавец какому-нибудь известному литератору написать книжку для детей: если ещё не обидится таким предложением наш известный литератор, то уж непременно ответит, что ему некогда заниматься таким вздором. Предложи книгопродавец написать детскую книжку какому-нибудь незавидному литератору: «Извольте,- ответит тот,-детскую-то книжонку мы разом намараем» - сядет, да и напишет. Отец, покупая для детей книги, говорит книгопродавцу: «Как же можно так дорого просить за детские книжки?»... Напиши журналист в своей библиографической хронике серьёзную статью о вновь вышедшей детской книжке - все близорукие крикуны возопиют: «Помилуйте! можно ли говорить так много, так важно и таким ученым языком о детской книжке? Грубое заблуждение, жалкая ошибка !».

Занимается вопросами детской литературы и Н.А.Добролюбов. В целом его позиция совпадает с точкой зрения В.Г.Белинского, а сам он неоднократно указывает на то, что детские книги должны показывать действительность «живьём» и отвечать принципам реализма. Критик продолжает начатый В.Г. Белинским разбор детских изданий в журнале “Современник”.

Интересные наблюдения о детской литературе принадлежат Н.Г.Чернышевскому. В работе «Александр Сергеевич Пушкин, его жизнь и сочинения» Чернышевский верно отметил распространённую психологическую особенность детей, а именно их стремление быстрее повзрослеть: «Кто потрудится перенестись мыслию к собственному детству и отрочеству, тот, верно, вспомнит, как в то время хотелось ему казаться большим и как отталкивало его одно название детский. Нам случалось видеть детей, особенно в поре перехода к отрочеству, которые именно поэтому не читали хороших книг, тогда как с жадностию бросались на книги сомнительного достоинства, лишь бы на них не стояло: для детей.»

Споры о праве детской литературы на самостоятельное существование велись весь девятнадцатый век. Между литературой серьёзной, взрослой и литературой для детей существовала высокая стена, которую еще нужно было преодолеть. Сближение детской литературы с литературой второсортной, приключенческо-беллетристической или даже паралитературой было вполне обусловлено тем, что среди огромного количества произведений для детей было сравнительно мало действительно художественных. Зачастую юные читатели с их не выработавшимся ещё вкусом жадно поглощали произведения сомнительного достоинства, и, разумеется, это не могло не тревожить многих выдающихся деятелей русской культуры.

Не только А.П.Чехов, но многие другие деятели литературы и искусства склонны были считать, что в XIX веке в России не было своей сколько-нибудь заметной детской литературы. Между тем детская литература в XIX веке существовала, притом насчитывала не одно столетие своей истории. Как представляется, основой сомнений являлось низкое качество многочисленных литературных подделок, заполнявших книжный рынок и скрывавших в своей безликой массы выдающиеся художественные произведения.

В России литература для детей стала выделяться как особая область в XVI-XVII веке в виде потешных листов, азбук и букварей. Наряду с этим существовала богатейшая фольклорная традиция сказок, былин, песен, которые, не являясь исключительно ориентированными на детскую аудиторию, интенсивно ею потреблялись, существуя долгое время в устных формах. Всё это совместно с моралистической литературой, беллетристикой и различными пересказами библейских и евангельских сюжетов составляло круг чтения ребёнка XVII- конца XVIII века.

В XIX веке русская детская литература перешагнула на новую ступень своего развития и тогда же начала формировать свой золотой фонд, насчитывающий сотни названий художественных произведений.

Принцип формирования и разграничения текстов детской и “взрослой” литератур меняется от эпохе к эпохе и, расширяясь, захватывает часть произведений, которые раньше относились к области литературы взрослой. Можно даже сформулировать закон, согласно которому часть “взрослых” произведений пограничных жанров, а именно авантюрных, приключенческих, художественно-документальных и ряда текстов, относящихся к фольклору и эпосу, постепенно переходят в детскую литературу.

Примеров того, как взрослые книги становились детскими, немало. К их числу можно отнести большинство романов Вальтера Скотта, Марка Твена и Жюля Верна. Все эти книги писались не для детей, но довольно быстро их читательская аудитория помолодела. Часто дети принимали и «забирали себе» книги, написанные не для них.

Так произошло с «Робинзоном Крузо» Дефо, которого Руссо объявил лучшей детской книгой, хотя Дефо создавал его не для юношеской аудитории. Известно, что Г.-Х.Андерсен приходил в бешенство, когда его называли детским писателем, да и «Дон Кихот» Сервантеса, столь любимый многими детьми, адресовался взрослому читателю.

Одновременно с тем детская литература всегда была намного консервативнее литературы взрослой и гораздо тяжелее принимала новые имена и новые книги.

Объяснялось это стремлением большинства родителей дать детям нечто безусловно проверенное и благонадёжное, то, что они сами когда-то читали в детстве. Это соотносимо как с нашим временем, так и со второй половиной XIX века.

В 60-70-е годы, испытывая потребность в материалах для занятий, к детской литературе обращаются многие педагоги, среди которых следует особенно отметить К.Д.Ушинского и его последователей, таких, например, как Н.А.Корф, составитель и издатель книг для школьного и домашнего чтения. Его книга «Мой друг»(1869) имела практическую и прикладную направленность. Являясь сторонником «реального чтения», Корф стремился передать детям полезные для жизни сведения. В составленной им программе для чтения нет стихов или сказок. Педагог считает, что родители посылают детей в школу ради серьёзного чтения и практических навыков, а развлекательное чтение не вызовет у них доверия к учебе.

В 1871 году появляется «Книга для первоначального чтения в народных школах» В.И. Водовозова. Предложенная им программа намного шире, чем у Н.А.Корфа. В его книгу входят рассказы по истории, географии, естествознанию, статьи о важнейших промыслах и отраслях промышленности. Во многом она носит хрестоматийный характер: автор включает в неё отрывки из произведений А.С.Пушкина, М.Ю.Лермонтова, Н.В.Гоголя, Н.А.Некрасова, И.С.Тургенева.

Кроме того, активную роль в формировании и популяризации детской литературы второй половины XIX века играли детские журналы. Одним из наиболее ярких и интересных были «Семейные вечера» (1864-1890) М.Ростовской. В двух своих отделах-- для младших и старших читателей -- издательница помещает сказки, игры, рассказы, статьи по искусству, географии и истории, повести и многое другое.

В 60-е годы XIX века детские журналы появляются во множестве один за другим. Избыток детских журналов приводит к тому, что для того, чтобы выжить, детские периодические издания вынуждены переходить на более узкую возрастную специализацию. Выделяются журналы для самых маленьких, для детей младшего возраста, для юношества, журналы литературно-художественные и научно-популярные.

Появляется и целый ряд развлекательных журналов: «Часы досуга» (1858-1861), «Калейдоскоп» (1860-1862), «Дело и отдых» (1864-1866), «Забава и рассказы» (1863-1867). Среди научно-популярных стоит выделить «Вокруг света» (с 1861) и «Натуралист” (1864-1867

Роль журналов в детской литературе второй половины XIX века трудно переоценить. Вплоть до конца века журналы делали литературные обзоры, открывали новые имена, вспоминали о забытых традициях, служили средоточием литературной жизни. Впрочем, не только детская, вся значительная литература второй половины XIX века впервые появилась на журнальных и газетных страницах.

В 70-е годы в «малой» печати произошел некоторый спад. Новых детских журналов практически не возникает, лишь продолжают существовать некоторые из ранее основанных, например, «Детское чтение» (1869- 1906) или «Вокруг света». Зато в 80-е годы журналистика переживает стремительный расцвет. Из возникших журналов дольше всех издавались «Детский отдых» (1880-1906) и «Родник» (1882-1917). «Родник», как и “Детское чтение”, стремился стать центром объединения писателей.

На страницах этого отлично иллюстрированного, многостраничного издания юные читатели знакомились с произведениями Р. Киплинга, Ж. Верна, М.Твена. Издавала журнал детская писательница Е.А.Сысоева, а редактировал А. А. Альмединген, педагог и писатель.

С 60-х годов XIX века ведет свою историю детская литература познавательной направленности. Обычно всё новое вначале появлялось в журналах, а чуть позже выходило и отдельными изданиями. Печатаются и переиздаются адаптированные для детей переводные книги Брема и Дарвина. Высоко оцениваются читателями и критикой книги А.Разина «Путешествие по разным странам мира»(1860) и «Открытие Камчатки, Америки и Алеутских островов» (1860).

Примечателен взгляд на детскую литературу, высказанный видным педагогом, критиком и библиографом Ф. Г. Толлем. В 1862 году вышла его работа «Наша детская литература. Опыт библиографии современной отечественной детской литературы, преимущественно в воспитательном отношении». Автор - твёрдый сторонник жизненного правдоподобия, «реальных знаний» и естественнонаучного подхода в детской литературе. На страницах «Опыта библиографии» подробно разбираются 242 книги и шесть журналов. Во введении Ф.Г. Толль объясняет, какие задачи, по его мнению, должны решаться детской литературой и приводит выработанные им критерии оценки детских книг. Язык должен быть «безупречен по правильности, плавности, ясности и изяществу» и соответствовать возрасту читателя. Не менее строгие требования предъявляются и к содержанию, которое должно быть «безусловно нравственным» и содержать как можно больше полезной информации. «Книги, не заключающие в себе никаких сведений, которые бы стоило удержать в памяти», не нужны. «... мы, в большей части случаев, враги сказок, в которых фантастический элемент отъединён от познавательного и нравственного».

К концу века русская детская литература вполне сформировалась. Тогда же впервые возникла потребность в систематизации огромного наработанного материала, систематизации самой детской литературы и правильного направления детского чтения.

В статье «Значение фантастического элемента в детской литературе» П.В. Засодимский настаивает на скорейшем выделении детской литературы как особой отрасли, имеющей свои задачи. Автор осуждает тех взрослых, кто, особенно не задумываясь, даёт детям книжку лишь с целью, чтобы дети не мешали. Не меньшему осуждению подвергаются и те, кто относится к детской литературе как к забаве, а её цель видят лишь в том, чтобы “приохотить ребёнка к чтению”.

П.В. Засодимский считает, что перед детской литературой должны стоять более широкие задачи: служение человечеству и деятельному добру, нравственно-воспитательные цели и положительные идеалы. Ясно, что такие высокие задачи может выполнять лишь литература, сложившаяся как система, все произведения в которой классифицированы с точки зрения направленности и полезности, и, следовательно, таким чтением можно легко и осмысленно руководить. Страшнейшим злом автор считает чтение случайное, когда ребёнок берёт первые попавшиеся книги из библиотеки отца или, что еще хуже, достает их со стороны. По мнению педагога, система детской литературы должна сложиться как из литературы взрослой, главным образом классической, так и из собственно детских книг.

П.В. Засодимский, как и многие другие критики, отмечает стремительный взлёт современной русской литературы для детей и о детях, взлёт, проявляющийся в большом интересе писателей и педагогов к данной теме и обогащением литературы новыми интересными текстами. Та же тенденция продолжалась до конца XIX - начала ХХ века.

Глава 2. О жанре автобиографической повести

детский литература автобиографический повесть

Отдельно выделенная тема детства появилась в русской и зарубежной литературе сравнительно поздно. «Только романтизм почувствовал детство не как служебно-подготовительную фазу возрастного развития, но как драгоценный мир в себе, глубина и прелесть которого притягивают взрослых людей» - отмечают М.Эпштейн и Е.Юкина.

Однако более полное выражение тема детства нашла уже не при романтизме, а гораздо позднее, когда романтизм давно уже был на спаде и практически не проявлялся - в середине 50-х - начале 60-х годов XIX века. Реалистическая повесть о детстве является одним из наиболее интересных открытий этого периода. Разумеется, подобные попытки были и раньше, но по глубине психологического проникновения они намного уступали своим поздним собратьям. Повести о детстве второй половины XIX века счастливо сочетали в себе как мемуарный элемент, наполняющий их жизненным правдоподобием, так и обобщающее-психологический пласт, который выводил такие повести за рамки простых воспоминаний о днях отрочества и юности.

Повести о детстве появились в определенную историческую эпоху, когда остро назрели социально-исторические противоречия, непосредственно вызвавшие реформу 1861 г. Важным представляется тот факт, что Л.Н. Толстой, С.Т. Аксаков, П.А. Кулиш, А.Я. Панаева выступили в роли своеобразных летописцев уходящей в прошлое эпохи, сохраняя память о традиционной культуре, национальном быте, семейном укладе определенных социальных слоев общества (дворянства, разночинной богемной среды). Так, в книгах «Семейная хроника» и «Детские годы Багрова-внука» Аксаков бросил прощальный взгляд на эпоху XVIII века, запечатлев быт провинциального дворянства. Толстой в «Детстве» изобразил уклад усадебной дворянской жизни начала XIX века. Изображая детство, писатели осмысливали уходящую историческую эпоху, подводили определенные итоги (возможно, даже не ставя перед собой такой задачи). И это имело объяснение: предреформенное время провоцировало людей на осмысление пройденного исторического этапа, вызывало желание сквозь прошлое «прозреть», понять будущее.

Не менее важной причиной широкого распространения произведений о детстве явилась актуализация мемуарной традиции. Не случайно именно в это время в отечественных журналах публикуются разнообразные воспоминания и мемуары («Бабушка. Отрывок из семейных записок М.П. Бибикова», «Мои воспоминания» М.П. Погодина, «Мелочи из запаса моей памяти» М. Дмитриева, «История моей жизни» Ж. Санд, «История музыканта» Сарти, «Дэвид Копперфильд» Ч. Диккенса, «Записки трагика» Тальмы, «Замогильные записки» Шатобриана и др.).

Отметим наиболее характерные из них. Рассказ о жизни маленького героя писатели, как правило, выстраивают на основе своих личных впечатлений и воспоминаний (автобиографическая основа повестей о детстве). Но все эти произведения не укладываются в рамки строго документальной литературы: как показало сопоставление текстов с биографическими сведениями о жизни писателей, часто не менее важную роль в повестях играет вымысел, поэтому целесообразнее было бы обозначить произведения Толстого, Гарина-Михайловского, Кулиша, Панаевой и Аксакова не как автобиографические, а как художественно-автобиографические тексты.

В повестях о детстве используется своеобразный сюжет, в основе которого лежат мало занимательные, на первый взгляд, события, лишенные остродраматического начала.

События детских лет воссоздаются писателями в форме воспоминаний от первого лица, которая позволяет показать события как бы под двойным углом зрения: сочетается взгляд ребенка, по большей части наивно воспринимающего мир, и житейская мудрость взрослого человека, дополняющая и корректирующая восприятие юного героя.

В результате в повестях о детстве явно намечается противопоставление двух времен: «тогда» (время, в которое действует ребенок) и «сейчас» (время создания воспоминаний). Такое противопоставление настоящего и прошлого, как представляется, призвано не только указать на временную границу между прошлым и настоящим, но усилить противопоставление между двумя мирами - взрослого и ребенка. В соответствии с этим можно говорить об особом отношении авторов к миру детства, которое приобретает для них особую лиричность, задушевность и красоту.

Не случайно повествование часто нарушается лирическими отступлениями, основной темой которых становится грусть по золотому утраченному детству (исключением в этом плане становится только повесть Панаевой).

Своеобразным построением в повестях о детстве отличается и система персонажей, в центре которой стоит образ маленького героя. И это не случайно, поскольку основной акцент делается авторами на раскрытии личности, характера ребенка, на его постепенном взрослении. Остальные персонажи важны только с точки зрения своего влияния ни личность ребенка. И среди них особая роль отводится семье, наставникам и сверстникам.

Заметно выделяется в повестях о детстве ряд сквозных мотивов и эпизодов. Отметим два, наиболее популярных из них: это эпизод, который сыграл роль поворотного момента в жизни ребенка (например, первый отъезд из дома), и мотив первого горя.

Желание авторов запечатлеть, остановить на некоторое время детство побуждает их выбрать особый способ воспроизведения событий, в котором важную роль отводится детализированному описанию разнообразных предметов и вещей; зрительная осязаемость описываемого также является одним из устойчивых компонентов художественного мира повестей о детстве.

Скрупулезный анализ повестей о детстве дал не только возможность полно и обстоятельно обрисовать литературный процесс середины XIX века, но и определить место Л.Н. Толстого в этом процессе. Сопоставление повести «Детство» с тематически близкими произведениями выявило безусловное её первенство.

«Детство» Л.Н.Толстого и «Детские годы Багрова-внука» С.Т.Аксакова ввели в детскую литературу героя-ребёнка, обладающего свежим, непредвзятым взглядом на мир. Мир ребёнка уникален и самодостаточен, он разительно отличается от мира взрослого. Многие события, казалось бы, неважные с точки зрения выросшего человека, для ребёнка приобретают огромное значение и, напротив, события огромной для взрослого важности легко могут остаться вне поля зрения ребёнка.

Представляется символичным, что «Детство»(1852) - первое крупное произведение Л.Н.Толстого. Именно эта повесть, опубликованная в «Современнике», впервые заявила читающей публике о появлении нового яркого писателя, будущего автора «Войны и мира» и «Анны Карениной».

На примере «Детства», «Отрочества», «Юности» Л.Н.Толстого и «Семейной хроники”, «Детства Багрова - внука» С.Т.Аксакова можно проследить, что тема детства является соединительным мостом между литературой детской и взрослой. С середины XIX века она постоянно присутствует в творческом сознании русских писателей. К детству как главному формирующему личность периоду обращается и И.А.Гончаров в «Обломове»(1859), и М. Е. Салтыков-Щедрин в «Господах Головлевых» (1880) и «Пошехонской старине»(1889).

Повесть о детстве как самобытное явление литературы продолжает своё развитие и в конце XIX века, и в начале XX века в творчестве писателей самых разных направлений, обратившихся к традиции Л.Н. Толстого и С.Т. Аксакова. Это Н.Г. Гарин-Михайловский («Детство Темы», 1892), М. Горький («Детство», 1913-1914), А. Белый («Котик Летаев», 1914-1915), А.Н. Толстой («Детство Никиты», 1922), П.С. Романов («Детство», 1926), И.А. Бунин («Жизнь Арсеньева», 1930), И.С. Шмелев («Лето Господне», 1927-1948).

Н.Г. Гарин-Михайловский обратился к теме детства, отрочества и юности, естественно, не ради сентиментального желания вспомнить и запечатлеть собственное детство, но для того, чтобы сказать людям что-то очень важное, глубокое, выношенное.

Свою тетралогию Н.Г. Гарин-Михайловский писал в течение всей творческой жизни: с «Детства Тёмы», уже в сорокалетнем возрасте, началась биография писателя Гарина, и «Инженерами» она закончилась; четвёртую часть тетралогии писатель не смог, не успел довести до конца; в незавершенном виде она увидела свет в сборниках товарищества «Знание» уже после смерти Н.Г. Михайловского. Готовил её к печати А.М.Горький.

Семья, воспитание детей (наряду с сельским хозяйством и инженерным делом в России) были главными темами Гарина-Михайловского. Особенно возмущали писателя телесные наказания детей и связанное с ними унижение. Это было едва ли не самой болевой точкой мироощущения писателя, и без того остро и болезненно переживавшего многие жизненные моменты. Есть это и в «Детстве Тёмы». Уже в самом начале повести писатель дает ощутить читателю ужас мальчика перед возможным наказанием: ведь нечаянно он сломал любимый отцовский цветок. «Преступление» вот-вот откроется, и тогда «лицо отца нальется кровью, и почувствует, бесконечно сильно почувствует мальчик, что самый близкий ему человек может быть страшным и чужим, что к человеку, которого он должен и хотел бы только любить до обожания, он может питать и ненависть, и страх, и животный ужас».

Жизнь доброго, тонко чувствующего мальчика уже с раннего детства исковеркана страхом наказания за любой проступок, который покажется взрослым заслуживающим его. Между тем натура его ещё не испорчена: он не лгун, не лицемер, не трус. Последнее качество проявляется особенно ярко в эпизоде спасения Жучки. Нельзя сказать, что Тёма одинок в своей большой семье. Его понимает и защищает мать, стараясь, насколько это возможно при деспотизме отца, избавить сына и от побоев, и от неизбежного при этом унижения.

В сцене наказания Тёма в искреннем раскаянии говорит отцу: «Я придумал: отруби мои руки, или отдай меня разбойникам!» До какого же отчаяния нужно было довести восьмилетнего малыша, говорит писатель, чтобы он произнес столь страшные слова. В конце концов, подобное воспитание ломает Тёму он становится морально неустойчивым мальчиком: лжёт, подделывает отметки и даже предает однажды товарища. Преодоление того негативного, чем было отмечено детство Тёмы (и самого автора), пришло лишь через годы. Но впечатления той поры жизни остаются с человеком до конца. Вот и К. Чуковский писал: «Проходят десятки лет. Гарин седой инженер, писатель, общественный деятель, но в душе он все тот же Тёма».

Страшным Гарину-Михайловскому казалось еще то, что снаружи, на поверхностный взгляд, жизнь ребенка в богатой барской усадьбе протекала вполне благополучно. И в повести «Гимназисты» та же тема - внешне благопристойный гимназический быт калечит и развращает детей. В русской литературе с такой резкостью и убедительностью это было показано впервые.

В повести «Детство Тёмы» жизнь мальчика предстает перед нами с восьми до двенадцати лет - до третьего класса гимназии. Каждая глава отражает или определенный этап в становлении детского характера, или принципиально важный момент в попытках взрослых воздействовать на ребёнка. Передавая самые разные чувства и представления героя, писатель постоянно задерживается на том, как осознает ребёнок поступки других людей, как осмысливает их жизнь. В тех случаях, когда Тёма не может понять до конца и объяснить свои представления, автор договаривает за него или воспроизводит его речь и мысли в той естественной неоформленности, которая неизбежна для мальчика.

Характерная для русской автобиографической прозы черта -- осознать свой частный опыт с точки зрения важности его для других, проявилась в каждой повести тетралогии. Гарин-Михайловский поднял важные и сегодня вопросы воспитания и образования, взаимоотношений родителей и детей в семье, влияния школы на нравственное становление личности.

Важная линия в произведениях этого жанра выражается следующим образом: детство есть ключ к поэтическому творчеству, исток талантливости; всякий писатель родом из детства.

Таково «Детство» Л.Н.Толстого. Первые сцены -- пробуждение героя в прямом и в переносном смысле этого слова, заключительная -- смерть матери и прощание с ней, когда понимание смерти, постижение этой тайны делает ребенка взрослым человеком. Ни детские влюбленности, ни проступки, ни его собственные маленькие тайны, о которых повествует персонаж, а только постижение непостижимого переводит количество детских впечатлений в качественно новое состояние героя.

Глава 3.«Детство» Л. Н. Толстого

Повесть Толстого «Детство» была опубликована в 1852 году, когда детская тема оказалась одной из ведущих в русской литературе. Именно в этот период появляются произведения, в которых личность ребёнка выдвигается на первый план: «Петербургские шарманщики» (1843), «Деревня» (1846) Д.В. Григоровича; «Семейство Тальниковых» (1848) А.Я. Панаевой; «Сон Обломова» (1849) И.А. Гончарова; «Бежин луг» (1851) И.С. Тургенева; «Детство» (1852) Л.Н. Толстого; «История Ульяны Терентьевны» (1852) П.А. Кулиша; «Неточка Незванова» (1849), «Маленький герой» (1857) Ф.М. Достоевского; «Детские годы Багрова - внука» С.Т. Аксакова. В 50-е годы А.И. Герцен публикует первую часть эпопеи «Былое и думы» - «Детская и университет».

На примере повести «Детство» легко выявить основные отличия литературы для детей и литературы о детях, особенно явные потому, что проявились они в творчестве одного писателя.

Сопоставив «Детство» с »Русской книгой для чтения», легко обнаружить, как меняется проза и трансформируются художественные, языковые и композиционные средства при изменении адресата.

«Когда я писал «Детство», то мне казалось, что до меня никто ещё так не почувствовал и не изобразил всю прелесть и поэзию детства», признавался Л.Н.Толстой.

В повести писатель выводит на первый план ощущение новизны от знакомства с окружающим миром, «всю прелесть и поэзию детства». Эта поэзия -- в свежей живости чувств, в том, что и радость и горе оставляют особенно яркие и неизгладимые следы. Писатель хорошо понимает, что именно взрослый читатель ждет от книги о детях и детстве, а именно стремится обнаружить причинно-следственную связь между детством и состоянием личности в зрелости, ответить на вечный вопрос: почему он, как личность, сформировался именно таким, а не другим.

Л.Н.Толстой решает эту задачу творчески, в трудно постигаемых, живых и естественных противоречиях и оценках. Жизнь в повести “Детство” не несёт в себе черт ложной схематичности, её трагичность проступает в каждой яркой и выразительной детали. Одновременно с тем действительность предстает в раздробленных и одновременно чётких и логичных картинах, начиная от портрета отца и смерти матери до первых впечатлений от большого города. Образ автора и образ его главного героя намеренно сближен, что придает повествованию особенную достоверность.

Вот, к примеру, как дети входят в зал и видят мать: «... одной рукой она придерживала чайник, другою кран самовара, из которого вода текла через верх чайника на поднос. Но хотя она смотрела пристально, она не замечала этого, не замечала и того, что мы вошли».

Никаких оценок к портрету не прилагается и так ясно, что мать героя глубоко несчастна. Очевидно, что в детской прозе Л.Н.Толстого портрет был бы решён совершенно иными, более очевидными и однозначными средствами.

Другое отличие прозы о детях и для детей -- в самой глубине и фокусировке психологической детали. Примером такой детали в «Детстве» могут служить, скажем, пальцы приказчика Якова, в яростном движении которых опровергалось всё, что говорил отец и что Яков безмолвно и почтительно выслушивал. Так, с помощью ёмких деталей Толстому удается передать многие подробности и оттенки восприятия героем окружающей жизни. Несогласие, подавленная ярость, невозможность выразить свою личность -- всё это как бы увеличивается и разрастается, поскольку происходит на глазах у ребёнка. Герой видит и понимает это впервые, с отчетливостью новизны, отчего и читатель как бы возвращается в прошлое и, припоминая и восстанавливая события своей жизни, постигает их в новой и утраченной во времени ясности.

В «Детстве» Л.Н.Толстому удаётся передать всю свежесть детского восприятия и переживания, которые порождают сходный отзвук в сознании взрослого человека. И это пробуждает в читателе особый род сочувствия, сочувствия, осуществляемого не по психологической схеме «взрослый - взрослый», но по модели: «ребёнок - ребёнок». В литературе же для детей чаще всего задействована привычная схема «взрослый - ребенок», воздвигающая между автором и адресатом привычную стену.

Создание литературного шедевра происходило в определённой последовательности: Толстой постепенно начинает сосредоточивать своё внимание на личности Николеньки, на его отношении к окружающему миру, на его внутренних переживаниях. Писатель прекратил писание романа «Четыре эпохи развития» по той причине, что фигура ребёнка стала теряться на фоне многообразного материала. В последующих редакциях писатель постарался полнее и определённее раскрыть характер Николеньки Иртеньева. Уточнение замысла повлекло за собой и изменения в сюжете повести (отказ от истории о незаконнорожденных детях), её композиции (деление повести на небольшие главки), обрисовке действующих лиц (изменение приёмов описания родителей). Толстой ввёл в повествование многочисленные сцены и эпизоды, в которых действует именно ребёнок; по этой причине пришлось отказаться от громоздких авторских отступлений.

Основная идея, владевшая писателем при создании его произведения, воссоздать процесс формирования и развития человеческой личности. Этим определено авторское решение композиционным центром повествования сделать образ десятилетнего мальчика -- Николеньки Иртеньева. Внутренняя эволюция маленького героя является главным объектом наблюдения. Замысел писателя естественным образом сказался на всей структуре художественного текста. Не случаен выбор подчёркнуто «будничного» сюжета: описываются повседневные события, данные во временной последовательности и типичные для определённого социального круга (дворянского сословия). В судьбе героя привлекают внимание читателей не захватывающие перипетии, а тончайшие колебания, малейшие изменения во внутреннем мире ребёнка, постепенно открывающего для себя мир, насыщенный сложными и противоречивыми отношениями. Именно это становится источником развития сюжета.

Композиция повести логична и стройна: условное деление повествования на несколько частей позволяет писателю показать благотворное влияние на Николеньку деревенской жизни и отрицательное влияние города, где царит условность светского общества. Закономерно, что вокруг юного героя, вступая в различные с ним отношения, помещены все остальные персонажи, довольно чётко распределённые на две группы. К первой относятся maman, Наталья Савишна, Карл Иваныч, странник Гриша, побуждающие развитие в мальчике лучших черт его натуры (доброты, любовного отношения к миру, честности); вторая группа персонажей -- папа, Володя, Сережа Ивин -- пробуждает в Николеньке неприглядные свойства характера (самолюбие, тщеславие, жестокость).

Тема первой повести толстовской трилогии -- изображение детства -- обусловило и особенности пространственно-временной организации текста. Пространство детского мира Николеньки Иртеньева первоначально совпадает с миром родной усадьбы, имеющей чёткую границу: за темным лесом начинается чужое пространство. В этом узко очерченном кругу все является знакомым и родным для мальчика. Переезд в Москву расширяет пространственную характеристику повести. Здесь Николенька Иртеньев наблюдает новую жизнь и новых людей, что обогащает его представления о мире. Художественное время повести также соответствует возрастным характеристикам героя. Изображенные события захватывают немногим более шести месяцев, детальное же внимание повествователя сфокусировано всего на трёх днях.

Между тем у читателя создается иллюзия непрерывности и длительности изображенной жизни, словно автор охватил значительный её этап. Объясняется это, с одной стороны, точно уловленными особенностями детской психологии, с другой -- типичностью, как бы обыденностью описанных ситуаций.

Диалектически сложный образ детства в первой повести Толстого во многом создается благодаря введению в повествование двойной точки зрения: точки зрения маленького героя и взрослого повествователя. Такой подход к описанию событий позволил писателю, с одной стороны, изобразить ребёнка, раскрыть его внутренние переживания, и, таким образом, приблизить к читателю именно героя-ребёнка, а с другой стороны, изучить психологию ребёнка, проникая в его чувства, мысли, переживания. В результате Толстой, впервые обратившись к «диалектике души», не только описывает детство, но и анализирует его.

Известен особенный взгляд Толстого на детство как светлую и чистую пору человеческой жизни, которая со временем исчезает: ребёнок, взрослея, теряет свою нравственную высоту. Такой подход мотивирует появление лирических отступлений, освещенных неподдельным ностальгическим чувством автора.

Все отмеченные особенности позволяют констатировать, что Толстой блестяще воплотил в своем первом произведении уникальный по силе реалистического воплощения образ детства, дал глубокую и психологически достоверную картину этого периода человеческой жизни.

Заключение

Судьбы детской литературы прочно связаны с историей большой литературы. Связи эти сложны: в чём-то отставая от «взрослой», детская литература не плетётся в хвосте у неё, а идёт своими путями, делая собственные открытия и опережаю порою «взрослую» литературу. В развитии детской литературы есть своя внутренняя логика. Но в полной мере закономерности развития детской литературы появляются лишь в общем историко-литературном контексте.

Некоторая затруднённость в восприятии детьми автобиографической детской литературы состоит в том, что взрослому человеку, писателю кажется бесконечно дорогим и богатым мир его внутренней жизни -- "диалектика души",как характеризует путь души героя Н. Г. Чернышевский. А это представляет определённую трудность для ребёнка. Он прекрасно воспринимает динамичный сюжет, быструю смену картин и настроения; но погружение в душевное состояние -- прерогатива взрослого человека, способного к рефлексии и даже находящего в этом наслаждение. Так что даже лучшие автобиографические произведения следует преподносить детям дозированно.

Список литературы

1. Аксаков С.Т. Детские годы Багрова-внука. - М.: Дет. лит., 1986. 2. Арзамасцева И.Н., Николаева С.А. Детская литература. Учебник для студ. высш. и сред. пед. учеб. заведений. - М.: Академия, 2002. 3. Бабушкина А.П. История русской детской литературы. - М.,1948.

4. Белинский В.Г. Полн.собр.соч. : В 13 т. - М., 1953-1959.

5. Засодимский П.В. Значение фантастического элемента в детской литературе // Педагогический листок. 1880. № 1. 6. Новиков Н.И. О воспитании и наставлении детей для распространения

общеполезных знаний и всеобщего благополучия // Новиков Н.И. Изб. педагогич. соч., М., 1959.

7. Толль Ф.Г. Наша детская литература: Опыт библиографии современной

отечественной детской литературы. СПб., 1862.

8. Толстой Л.Н. Детство. Отрочество. Юность.- М.: Дет. лит.,1989. 9. Чернышевский Н.Г. Полн.собр.соч. в 8 т. - М., 1947.

Размещено на Allbest.ru


Подобные документы

  • История создания повести "Котлован". Обзор критических и научных работ, посвященных творчеству русского писателя Андрея Платонова. Трансформация хронотопа дороги. Изучение речевой структуры художественной системы повести. Повесть как прозаический жанр.

    курсовая работа [79,0 K], добавлен 09.03.2015

  • Явление "детской" литературы. Своеобразие психологизма произведений детской литературы на примере рассказов М.М. Зощенко "Лёля и Минька", "Самое главное", "Рассказы о Ленине" и повести Р.И. Фрайермана "Дикая собака Динго, или Повесть о первой любви".

    дипломная работа [124,2 K], добавлен 04.06.2014

  • Изучение жизни, детства и творчества Льва Николаевича Толстого. Роль "диалектики души" как основного художественного метода, используемого писателем для раскрытия характера главного героя Николеньки в повести "Детство". Анализ художественного текста.

    курсовая работа [36,0 K], добавлен 17.11.2014

  • Изучение особенностей летописания. "Повесть временных лет", ее источники, история создания и редакции. Включение в летопись различных жанров. Фольклор в летописи. Жанр "хождение" в древнерусской литературе. Бытовые и беллетристические повести конца 17 в.

    шпаргалка [96,7 K], добавлен 22.09.2010

  • Повесть "Собачье сердце" в ряду сатирических произведений М. А. Булгакова. Упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране. Эксперимент профессора Преображенского и социальный эксперимент начала XX века в данной повести.

    реферат [39,3 K], добавлен 13.01.2011

  • История создания повести и оценка творчества братьев Стругацких. Необходимость изображать будущее правдиво, учитывая все главные процессы, происходящие в обществе. Фантастические картины в повести и реальность, принципы изучения художественного мира.

    дипломная работа [98,4 K], добавлен 12.03.2012

  • Жанровое и языковое своеобразие повести "Митина любовь". Место лирического начала в произведении, его лирико-философское начало и проблематика. Концепция любви у И.А. Бунина. Характеристика образов главных героев повести, проявления декадентского начала.

    дипломная работа [83,4 K], добавлен 07.11.2013

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.