Роль стриатума в асимметрии компенсаторных процессов и нейрохимической асимметрии при выполнении манипуляционных движений у крыс

Изучение асимметрии восстановления специализированного моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности в условиях восстановления и интенсивного ретренинга. Исследование асимметрии уровня дофамина.

Рубрика Биология и естествознание
Вид автореферат
Язык русский
Дата добавления 26.03.2018
Размер файла 206,0 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Автореферат

Диссертации на соискание ученой степени

кандидата биологических наук

Специальность 03.03.01 физиология

«Роль стриатума в асимметрии компенсаторных процессов и нейрохимической асимметрии при выполнении манипуляционных движений у крыс»

Будилин Сергей Юрьевич

Москва - 2010

Диссертация выполнена в лаборатории математической нейробиологии обучения (заведующий - доктор биологических наук А.А. Фролов) Учреждения Российской академии наук Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН (директор - доктор биологических наук, профессор П.М. Балабан)

Научный руководитель доктор медицинских наук М.Е. Иоффе

Официальные оппоненты доктор биологических наук,

профессор В.В.Шульговский

доктор биологических наук М.Л. Пигарева

Ведущее учреждение Научный центр неврологии РАМН

Защита диссертации состоится « 24 » ноября 2010г. На заседании Специализированного ученого совета (Д-003 10.01) при Учреждении Российской академии наук Институте высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН по адресу: 117865, Москва, ул. Бутлерова, д. 5а

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Учреждения Российской академии наук Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН

Автореферат разослан « 21 »______октября____________2010г.

Ученый секретарь

Диссертационного совета

профессор, доктор биологических наук В.В. Раевский

1. Общая характеристика работы

Актуальность исследования. Одной из длительно изучаемых и до сих пор остающейся актуальной проблем нейрофизиологии является межполушарная асимметрия головного мозга. Несмотря на длительное изучение вопроса, причины возникновения ярко выраженной полушарной латерализации у человека и механизмы этой асимметрии нельзя считать окончательно установленными. Так, например, не вполне ясно, в какой мере праворукость человечества является врожденной, а в какой является результатом обучения. Некоторое содействие может оказать изучение латеральной специализации мозга у животных, у которых обнаружены различные виды асимметрии: морфологическая, функциональная, нейрохимическая и другие.

Одним из видов асимметрии является двигательная, которая включает в себя асимметрию позы, пространства (выбор стороны в лабиринте) и такую наиболее исследованную асимметрию, как предпочтение руки или передней конечности у животных. В отличие от человека, у животных процент правшей и левшей приблизительно равен и суммарно составляет около 80 процентов (большая часть данных получена на крысах и мышах). Остальные 20 процентов составляют амбидекстры, то есть животные, одинаково использующие и правую и левую конечность. Это соотношение зависит от сложности выполняемого движения. Общее правило таково: чем сложнее моторная задача, тем выше латерализация. Очень интересны опыты с обучением животных использовать ранее непредпочитаемую лапу (Peterson, 1951). Большинство животных переучивается, после чего в свободном поведении часть из них возвращается к исходному предпочтению, а часть нет. При этом существуют животные, которых ни при каких условиях невозможно обучить пользоваться другой конечностью. Таких животных можно считать истинными «левшами» или «правшами». Представляется, что по степени моторного предпочтения популяция животных является континумом, простирающимся от крайних «правшей» до крайних «левшей», между которыми находятся амбидекстры. (Микляева, 1989). И хотя у человека предпочтение сильно сдвинуто вправо (на что, конечно, сильно влияет обучение и жизнь в «правой» среде), и в человеческой популяции, как и у животных, существует некоторый пул левшей, которые либо плохо, либо вообще не обучаются пользоваться правой рукой (Доброхотова, Брагина, 1994). Помимо этого, важно отметить, что предпочтение конечности не является изолированным признаком, а связано с асимметрией иммунной и нейромедиаторной систем, что указывает на сложность данного феномена, выходящего за рамки исключительно нервной системы (Barneoud et al., 1990; Fride et al., 1990; Qingling et al., 2004; Shen et al., 2005; Quaranta et al., 2008).

Существуют работы, в которых показаны межполушарные различия нарушений позы и движений, а также процесса реабилитации после поражений правого и левого полушария, однако число работ, в которых исследовались бы различия неврологических нарушений у левшей и правшей, относительно невелико (Жаворонкова, 2006). Известно также, что левши более склонны к развитию таких заболеваний как шизофрения и эпилепсия. Несмотря на сложность и многогранность этих заболеваний, ряд исследователей проводит некоторые параллели между человеком и животными (Louilot et al., 1994; Cowell et al., 1999).

Существует большое количество работ связанных с изучением нарушения и восстановления двигательных функций после повреждения различных структур мозга у животных (Starkstein et al., 1988; Wolterink et al., 1990; Carman et al., 1991; Whishaw et al., 1991, 2000, 2002; Castaneda et al., 1992; Winkler et al., 1999; Mukhida et al., 2001), Однако асимметрия компенсаторных процессов после повреждения мозга мало изучена. В ряде работ (Miklyaeva et al., 1993) исследовали асимметрию восстановления латерализованного моторного навыка после удаления моторной коры правого или левого полушария. Однако в литературе нет работ, в которых бы изучалась асимметрия восстановления навыка после повреждения стриатума, а именно хвостатого ядра. С учетом того, что число левшей в человеческой популяции растет, представляется, что такие исследования на животных, имеют существенное значение. Нерешенным остается и вопрос о формировании моторного предпочтения. В настоящее время показано, что латерализация связана или, по крайней мере, сопровождается нейрохимической асимметрией (Сabib et al., 1995; Louilot et al., 1997; Nielsen et al., 1997). Вкупе с известной функциональной и химической асимметрией стриатной системы (Jerussi et al., 1976; Glick et al., 1977, 1978, 1988; Ross et al., 1981) это может указывать на значительные различия в мозговых механизмах у животных с различным предпочтением передней конечности. Частным случаем такой асимметрии является предпочтение передней конечности в специализированных движениях. Было показано, что у мышей уровень дофамина в прилежащем ядре (ПЯ), являющемся вентральной частью стриатума, коррелирует с предпочтением передней конечности при осуществлении двигательных реакций (Rosen et al., 1984; Barneoud et al., 1990; Сabib et al., 1995), что позволяет предположить участие дофаминергической передачи в ПЯ в определении моторного предпочтения. На крысах же таких работ не проводилось. Учитывая, что ПЯ не является сугубо двигательной структурой, такая корреляция представляется весьма интересной. Встает вопрос, в какой степени дофаминергическая передача в ПЯ является существенной в формировании предпочтения конечности в специализированных движениях. Можно было предположить, что изменение уровня дофамина в прилежащем ядре может изменять предпочтение конечности в манипуляционных движениях.

Учитывая вышеизложенное, мы считали важным изучить роль стриатума в различных аспектах асимметрии предпочтения передней конечности у крыс, а именно в компенсаторных механизмах восстановления функций у правшей и левшей и нейрохимических аспектах предпочтения передней конечности.

Цели исследования. Изучение роли стриатума в механизмах восстановления моторного навыка и связи нейрохимической асимметрии стриатума и предпочтения передней конечности в манипуляционных движениях. крыса асимметрия ретренинг хвостовой

Задачи исследования:

1. Изучить асимметрию восстановления специализированного моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности в условиях спонтанного восстановления и интенсивного ретренинга.

2. Изучить асимметрию уровня дофамина в прилежащем ядре у крыс с различным предпочтением передней конечности

3. Изучить влияние введения дофаминергических препаратов в прилежащее ядро крыс на предпочтение передней конечности.

Научная новизна. Впервые показано существование асимметрии восстановления моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности. Также впервые показана асимметрия уровня дофамина в прилежащем ядре у крыс с различным предпочтением передней конечности и возможность изменения предпочтения путем воздействия на дофаминергическую систему стриатума.

Практическое значение. Результаты работы могут быть полезны для понимания природы моторной асимметрии, в частности ее нейрохимических аспектов. Данные о различиях восстановления манипуляционного навыка у животных с предпочтением правой или левой передней конечности могут быть полезны при моделировании неврологических расстройств на животных.

Положения, выносимые на защиту. У крыс с различным предпочтением передней конечности восстановление манипуляционного навыка после разрушения хвостатого ядра происходит по-разному. У крыс с различным предпочтением конечности различается уровень дофамина в прилежащих ядрах и воздействие дофаминергических препаратов на эти ядра может временно изменить предпочтение.

Апробация работы и публикации. Основные положения диссертации докладывались и обсуждались на научной конференции молодых ученых ИВНД и НФ РАН и МГУ им. М.В. Ломоносова (10 -11 октября 2001); Отчетной конференции Института высшей нервной деятельности и нейрофизологии, РАН, Москва, 8 ноября 2006 года; Отчетная конференция Института высшей нервной деятельности и нейрофизологии, РАН, Москва, 8 ноября 2007 года; XX Съезде Физиологического общества им. И.П. Павлова, 4-8 июня, 2007 года. По теме диссертации опубликовано 4 статьи.

Структура и объем работы. Диссертация изложена на 100 страницах машинописного текста, содержит 15 рисунков и 2 таблицы и состоит из введения, обзора литературы, материалов и методов исследования, результатов исследования и их обсуждения, а также выводов и списка цитированной литературы, включающего 163 источников.

Работа проведена на 141 самцах крыс линии Вистар массой 250-300 г. В соответствии с общей задачей исследования, использовались разные методические приемы: 1/ определение моторного предпочтения в манипуляционных движениях, 2/ повреждения хвостатого ядра и исследование их влияния на выполнение выученных движений при разном моторном предпочтении, 3/ исследование асимметрии содержания дофамина и его дериватов в прилежащем ядре, 4/ локальное введение в прилежащее ядро агониста дофамина.

1/ Определение моторного предпочтения в манипуляционных движениях. Использовался манипуляционный навык (тест Коллинза), который является трудноисполнимым для животного и дает достоверное определение предпочитаемой конечности. Животное помещали в экспериментальную камеру размерами 30, 16, 16см, на полу которой лежали три семечка, которые крыса могла беспрепятственно взять. После этого крыса должна была взять семечко, лежащее на краю отверстия трубки диаметром 12 мм, находящейся на высоте 5 см от пола. Животные, как правило, делали это языком. Далее пища постепенно отодвигалась в глубину трубки, и животное могло достать ее только лапой. Некоторым крысам семечки подавались на игле, таким образом, чтобы животное не могло снять пищу языком, но легко могла стащить лапой. Конечным этапом тестирования было взятие лапой десяти семечек с глубины 17 мм., по которым определяли предпочтение конечности. Для этого использовали коэффициент асимметрии (Кас). Кас = (П - Л)/(П + Л), где П - число взятий правой лапой, а Л - левой лапой. По коэффициенту асимметрии крыс разделяли на "правшей" (-0,4<Кас<1), "левшей" (-1<Кас< -0,4) и амбидекстров (-0,4<Кас<0,4), т.е. животное считалось "левшой" или "правшой", если из 10 взятий 8 совершались соответственно левой или правой лапой.

2/ Повреждение хвостатого ядра и исследование его влияния на восстановление моторного навыка у крыс с различным моторным предпочтением и при различной интенсивности постоперационной тренировки. Разрушение головки хвостатого ядра (ХЯ) производили постоянным анодным током силой 4 мА в течение 40 сек. контралатерально по отношению к предпочитаемой лапе по стереотаксической методике из двух точек (А - 0 от брегмы, L - 3 мм, H - 5,5 мм; А - 1,5 мм от брегмы, L - 2,5 мм, H - 5,5 мм), под калипсоло-рометаровым наркозом (1,5 мл/кг каждого препарата). Ту же операцию производили и в контрольной группе животных (n=6), электрод также вводили в ХЯ, но ток не пропускали.

После операции были сформированы две группы, каждая из которых состояла как из «правшей», так и из «левшей». В группе редкого тестирования (РТ, 27 «левшей» и 22 «правши») тестирование проводили 1 раз в неделю. В группе интенсивного ретренинга (ИР, 19 «левшей» и 15 «правшей») опыты проводили 3-4 раза в неделю. В обеих группах послеоперационное тестирование продолжалось 5 мес., методические различия между группами состояли только в интенсивности тестирования.

Через 7 дней после операции начинали исследование восстановления навыка, выполнявшегося «больной» лапой. В контрольной группе моторный навык через 7 дней после операции был полностью сохранен.

Крысам в экспериментальной группе, для предотвращения использования "здоровой" лапы в добывании пищи из трубки, на запястье этой конечности надевали браслет.

При тестировании после операции, животные находились в экспериментальной камере от 10 до 20 мин. Если за 10 мин нахождения в боксе крыса не брала лапой пищу с края отверстия, то на этом опыт завершался. Если же в течение 10 мин такое взятие совершалось, то животному давалось еще 10 мин для попыток взятия пищи из глубины трубки. После одного - двух взятий пища отодвигалась на 2 мм, и животное должно было брать семечко с большей глубины. Таким образом, в каждом опыте выявлялась та максимальная глубина, на которую крыса могла просунуть лапу. Для группы ИР результаты усредняли для каждой недели и усредненные за неделю данные сравнивали с показателями, полученными для группы РТ (один опыт в неделю). Измерение объемов разрушений производилось на серии фронтальных срезов толщиной 20 мкм, брался каждый 5-й срез.

3/ Исследование асимметрии содержания дофамина и его дериватов в прилежащем ядре с помощью высокоэффективной жидкостной хроматографии с электрохимическим детектированием.

У 16 самцов крыс по вышеописанной методике определялась предпочитаемая конечность. Во избежание значительного обучения число проб не превышало десяти. Через две недели животные, после двухчасового привыкания к месту, были декапитированы. Мозг животных извлекался, замораживался в парах жидкого азота и хранился при -70 С.

Выделялись прилежащие ядра, которые гомогенизировались в 20 кратном объеме 0,4 Н перхлорной кислоты (HClO4). Гомогенаты центрифугировали 10 мин при 15000g. Супернатант фильтровали центрифугированием через нейлоновые микрофильтры Nyllon - 66 (диаметр пор 0,2 мкм, США). 50 мкл фильтрата вкалывали в хроматографическую колонку.

Для хроматографического определения концентрации ДА и его метаболитов: диоксифенилуксусную кислоту (ДОФУК) и гомованилиновой кислоты (ГВК) использовали колонку для обратно фазового разделения - “Doctor Maish Reprocil Pure (C - 18), 150 x 3 мм, диаметр частиц 3 мкм. Мобильная фаза: 0.1 M лимонно-фосфатный буфер содержащий 0,27 мM ЭДТА, 300 мг/л октил сульфата Na+ и 9% ацетонитрила (pH 3,2), электрохимическое детектирование проводили при + 0,72 V.

4/ Локальное введение агониста дофамина апоморфина в иписилатеральное к предпочитаемой конечности прилежащее ядро.

У 40 самцов крыс определялась предпочитаемая конечность. Число проб было равно 10. Животным под хлоралгидратным наркозом билатерально устанавливались постоянные стальные канюли диаметром 0,5 милиметров, кончик которых находился в ПЯ (A - 1.7, L ± 1.5, V - 7).

Через неделю после операции в течение семи дней в одно из прилежащих ядер ежедневно вводился 1 микролитр (10 микрограмм) раствора апоморфина, а в противоположное буферный раствор в том же объеме с той же скоростью. Животные были разделены на две группы. В одной группе (n = 14) введение апоморфина производилось в контралатеральное по отношению к предпочитаемой конечности прилежащее ядро. В другой группе (n = 26) введение апоморфина производилось в ипсилатеральное по отношению к предпочитаемой конечности ядро. Введение производилось в течение одной минуты с помощью шприца Гамильтона через иньекционную иглу диаметром 0,3 милиметра. На седьмой день сразу после введения проводилось тестирование предпочитаемой конечности. Локализацию кончика канюли определяли на серии окрашенных по методу Ниссля фронтальных срезов толщиной 20 мкм.

Восстановление моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс при редком тестировании.

После операции ходьба, груминг, взятие пищи с пола внешне не пострадали. Повреждение ядра привело к тому, что при попытках выполнить пищедобывательное движение все крысы поменяли предпочитаемую лапу на "здоровую". Так ни одно животное не смогло сразу выполнить полноценное пищедобывательное движение «больной» лапой. Что касается моторного навыка, то после операции пострадали такие его компоненты, как глубина просовывания лапы, точность движений, однако ретракция лапы не пострадала.

Восстановление специализированного движения. Перед началом выполнения пищедобывательного движения, т.е. перед тем, как впервые взять пищу лапой с края отверстия трубки, животные в течение нескольких недель совершают безуспешные попытки достать пищу. Эти движения носят разный характер у разных крыс. Восстановление движения "больной " лапой можно разделить на несколько типов. В одном случае крысы совершали сначала неточные, нередко круговые, движения "больной" лапой возле отверстия, которые со временем становились точнее и животное совершало "шлепающее" движение, попадая кистью по краю отверстия, но крайне редко касаясь семечка. Затем точность попадания по семечку возрастала, но не было схватывания или оно было недостаточным, и семечко падало на пол. Другой тип восстановления пищедобывательного движения состоял в следующем: крыса пыталась достать семечко "прямолинейным" движением "здоровой" лапы, одетой в браслет, вместе с которой, на удалении приблизительно 0,5 см, двигалась и "больная" лапа или животное опиралось лапой в браслете на край отверстия и пыталось доставать пищу "больной" лапой. С течением времени точность движения "больной" лапой увеличивалась, и однажды крыса совершала успешное движение. При 3-м типе восстановления животное действовало только "больной" лапой, выполняя прямолинейные движения, и не наблюдалось ни синергичных движений со "здоровой" лапой, ни машущих движений. При этом типе наблюдалось мало попыток достать семечко лапой в браслете.

Все три типа восстановления наблюдались как у "правшей", так и у "левшей", и обнаружить различия между группами по этому признаку не удалось. В обеих группах восстановление у большей части животных происходит на 1 - 5-й неделе (52% для "левшей" и 53 для "правшей") и на 6 - 10-й неделе (33 и 41% соответственно). Остальные животные начали восстанавливать этот этап на 11 - 15-й неделе.

Результаты восстановления навыка у крыс при редком тестировании. Анализ средней глубины просовывания лапы в трубку. У обеих групп животных в течение послеоперационного тестирования средняя глубина просовывания лапы растет, однако не достигает дооперационного уровня, колеблясь между 8 - 9 мм в последней четверти тестирования. При этом и "левши", и "правши" в процессе пятимесячного тестирования достигают одинаковой глубины просовывания лапы (8 - 9мм). Однако у "левшей" выявляется достоверный постепенный рост глубины просовывания лапы в трубку, тогда как "правши" начинают брать семечко из глубины трубки только с 5-й недели и при этом сразу достигают максимальной глубины. В дальнейшем глубина просовывания лапы в трубку не растет, Рис. 1. Наклон линий регрессии, характеризующих ход восстановления глубины просовывания лапы у "правшей" и "левшей", достоверно различается (p < 0,05). Таким образом, у "правшей" в отличие от "левшей" нет динамики восстановления. Восстановление и у "правшей" и "левшей" достигает одного уровня, но у "левшей" это происходит к концу исследования, а у "правшей" на 5-й неделе.

Сравнение восстановления навыка у крыс «левшей» и «правшей» при редком тестировании и интенсивном ретренинге. Так как ход восстановления различался у крыс-«левшей» и крыс-«правшей», то эти группы рассматриваются отдельно и затем сравниваются между собой.

Рис.1. Регрессионный анализ глубины просовывания лапы в трубку у крыс "левшей" (сплошная линия, темные квадраты, n = 20) и "правшей" (пунктирная линия, светлые кружки, n = 16). По горизонтали - время послеоперацинного тестирования; по вертикали - десятичный логарифм глубины просовывания, мм.

Динамика изменения процента животных, выполняющих взятие пищи из глубины трубки, в различных группах животных. Динамика изменения процента животных, выполняющих пищедобывательное движение, у "левшей" в группах редкого тестирования и интенсивного ретренинга.

Наибольшие различия в ходе восстановления обнаруживаются на первых неделях исследования (см. рис. 2).

Рис. 2. Изменение процента животных, выполняющих взятие пищи из глубины трубки. Сравнение изменения процента животных, выполняющих движение у крыс - "левшей" при редком тестировании черная линия, квадраты) и интенсивном ретренинге (пунктир, ромбы), у "правшей" при редком тестировании (прерывистая линия, кружки) и интенсивном ретренинге (пунктир, звездочки); по горизонтали - недели послеоперационного тестирования, по вертикали - средний процент животных.

Так, интенсивный ретренинг в первые недели после операции приводит к более раннему и значительному увеличению процента животных, восстанавливающих навык: уже на первой неделе в группе интенсивного ретренинга 27 процентов животных выполняют пищедобывательное движение, тогда как в группе редкого тестирования движение выполняет только менее 10 процентов животных (на 3 неделе различия достоверны). В дальнейшем, с шестой недели, кривые идут почти параллельно. Анализ кривых методом множественной регрессии показывает достоверные отличия (p < 0,05) как наклона кривых, так и начальных значений (интерсепта).

Динамика изменения процента животных, выполняющих пищедобывательное движение, у "правшей" в группах редкого тестирования и интенсивного ретренинга. Как и в случае редкого тестирования, при интенсивном ретренинге "правши" начинают восстанавливать навык не сразу, а с задержкой (рис. 2). Однако при интенсивном ретренинге она уменьшается с четырех недель до двух, при этом методом множественной регрессии выявляются достоверные различия в начальных значениях (интерсепт). В дальнейшем, с пятой недели тестирования, можно видеть, что кривые, характеризующие увеличение процента животных, идут почти параллельно. Достоверных отличий между точками по методу Фишера и критерию хи - квадрат не выявляется. Однако при интенсивном ретренинге "правши" достигают максимального восстановления на 12 неделе, тогда как при редком тестировании только на 19й неделе. Таким образом " правши" при интенсивном ретренинге демонстрируют тенденцию к лучшему восстановлению, чем при редком тестировании.

Сравнение динамики изменения процента животных, выполняющих пищедобывательное движение у "левшей" и "правшей" при интенсивном ретренинге. Первое различие между "правшами" и "левшами" (рис. 2) состоит в том, что "левши" начинают восстановление уже на первой неделе, тогда как "правши" демонстрируют задержку восстановления как при редком тестировании, так и при интенсивном ретренинге. В дальнейшем ходе восстановления достоверных отличий не обнаружено, в том числе и методом множественной регрессии, но видно, что "правши" при интенсивном ретренинге восстанавливаются быстрее и достигают максимального восстановления на 12 неделе, а "левши" только к концу исследования. Таким образом, интенсивно обучаемые "правши" демонстрирую тенденцию к лучшему восстановлению.

Сравнение динамики изменения глубины пищедобывательного движения в разных группах животных. Максимальная глубина просовывания лапы в трубку была снижена во всех группах животных и полностью не восстановилась ни при редких тестированиях, ни при интенсивном ретренинге. Тем не менее, в процессе тестирования наблюдалась определенная динамика увеличения глубины, причем она была различной в разных группах животных.

Динамика изменения глубины пищедобывательного движения у "левшей" при редком тестировании и интенсивном ретренинге. Как видно на рисунке 3, у "левшей" интенсивный ретренинг не приводит к увеличению глубины и достоверных различий между группами не обнаруживается.

Динамика изменения глубины пищедобывательного движения у "правшей" при редком тестировании и интенсивном ретренинге. Рассматривая кривые восстановления глубины пищедобывательного движения (рис. 3), можно видеть, что ход восстановления глубины в этих группах различен. При редких тестированиях после начального периода отсутствия реакций крысы сразу достигают своей максимальной глубины (9 -10 мм) и дальнейшее тестирование не приводит к ее увеличению. При интенсивном ретренинге после более короткого периода отсутствия реакций животные, в процессе ретренинга, постепенно увеличивают глубину с 6 до 12 мм (р < 0,05). При этом на 5ой неделе максимальная глубина в группе интенсивного ретренинга меньше, чем при редких тестированиях, когда она восстанавливается спонтанно, но к концу ретренинга, на 20й неделе, максимальная глубина в группе интенсивного ретренинга уже достоверно (p < 0,05, метод Манна - Уитни) превосходит глубину, которой достигают крысы при редких тестированиях.

Рис. 3. Изменение глубины пищедобывательного движения. по горизонтали - недели послеоперационного тестирования, по вертикали - средняя глубина просовывания лапы в трубку. Остальные обозначения как на рис. 2.

Таким образом, интенсивный ретренинг у "правшей" приводит к лучшему восстановлению глубины движения, что особенно заметно на последних неделях тестирования. Достоверные различия выявляются также при регрессионном анализе наклона кривых: в случае редкого тестирования кривая идет почти параллельно горизонтальной оси, а в случае интенсивного ретренинга она имеет достоверный наклон.

Динамика изменения глубины пищедобывательного движения у "левшей" и "правшей" в группе интенсивного ретренинга. Как видно на рис. 3, "правши", как и в случае редкого тестирования, начинают брать пищу после задержки с такой же глубины, что и "левши", но в дальнейшем показывают достоверно лучшие результаты. Это определяется как по наклону соответствующих кривых регрессии (p < 0,05), так и при сравнении максимальной достигнутой глубины, во второй половине исследования, по отдельным неделям. Таким образом, у "правшей" интенсивный ретренинг приводит к достоверно большему увеличению глубины взятия, чем у "левшей".

Результаты морфологического анализа.

Данные морфологического контроля показали, что у всех животных была разрушена большая часть ХЯ, и в некоторой степени повреждена моторная кора и мозолистое тело. Контрольным животным также вводился электрод, но ток не пропускался. Средние объемы разрушений (мм3) и их отклонения у животных с редким тестированием составляют в группе правшей 12.5 ± 5.320 мм3 (SD) и 14,098 ± 6,287 мм3 (SD) в группе левшей. Объемы разрушений у контрольных животных, обусловленных только введением электрода, значительно меньше, чем у подопытных 0,631 ± 0,577 мм3 (SD) (отличие достоверно, р < 0,05). Разрушение моторной коры составило 4,406 ± 1,882 мм3 (SD) у правшей, 5,464 ± 2,634 мм3 (SD) у левшей и 1,384 ± 0,157 мм3 (SD) в контрольной группе животных. Достоверных различий в объемах разрушений между "правшами" и "левшами" нет. В группе животных с интенсивным ретренингом достоверных отличий в обьеме разрушений между животными с различным предпочтением конечности не обнаружено. Средний объем повреждения хвостатого ядра в группе "левшей" составил, соответственно, 12,738 4,352 мм3 (SD) и, в группе "правшей" 13,217 3,988 мм3 (SD) (p > 0,05). Отсутствие корреляции между объемом разрушений и степенью восстановления навыка указывает на то, что в опытной группе был достигнут критический объем разрушений. Объем сопутствующих повреждений моторной коры равнялся соответственно 4,564 2,377 мм3 (SD) у "левшей" и 3,896 2,322 (SD) у "правшей". На рис. 10 приведен пример разрушения структур мозга крыс опытной группы.

Таким образом, можно заключить, что существуют различия в характере восстановления специализированного двигательного навыка у крыс с разным предпочтением передней конечности, как при спонтанном восстановлении, так и при обучении. Интенсивный ретренинг, в общем, улучшает восстановление навыка у «правшей» больше, чем у «левшей».

Обнаруженная асимметрия восстановления навыка была исследована после разрушения дорзального стриатума. С другой стороны, известна роль вентрального стриатума (Cabib et al., 1995; Nielsen et al., 1997) в асимметрии предпочтения передней конечности. В связи с этим мы провели ряд экспериментов направленных на изучение нейрохимических особенностей вентрального стриатума и его связи с моторной латерализацией.

Результаты определения уровня дофамина и его дериватов прилежащем ядре крыс «левшей» и «правшей».

Содержание дофамина в правом и левом прилежащем ядре у крыс «правшей» и «левшей». Как показали проведенные исследования, у крыс «правшей» концентрация ДА в правом прилежащем ядре достоверно выше, чем в левом (см. таблицу 1). У крыс «левшей» достоверных различий между правым и левым прилежащими ядрами не обнаружено. В правом прилежащем ядре обнаружена тенденция к повышению уровня концентрации ДА относительно левого прилежащего ядра. При сравнении двух групп видно, что у крыс «левшей» концентрация ДА в левом и правом прилежащем ядре достоверно выше, чем у крыс «правшей» в левом прилежащем ядре (p < 0.05).

Содержание метаболитов дофамина в правом и левом прилежащем ядре у крыс «правшей» и «левшей».

Проведенные исследования не выявили достоверных различий в концентрации метаболитов ДА в правых и левых прилежащих ядрах у крыс с различным предпочтением передней конечности. В таблице представлены концентрации дофамина и его метаболитов.

Таблица 1. Концентрация дофамина (нмоль/мг ткани) и его метаболитов (m ± se).

Вещества

Латерализация

Левое прилежащее ядро

Правое прилежащее ядро

Дофамин

Правши

79,15 ± 27,31

*1164,75 ± 453,07

Левши

*737,28 ± 383,13

2495,19 ± 1344,59

Дезоксифенилуксусная кислота

Правши

6,93 ± 3,24

14,11 ± 4,13

Левши

49,08 ± 24,81

34,72 ± 16,68

Гомовалиновая кислота

Правши

6,61 ± 3,89

8,34 ± 3,28

Левши

23,89 ± 11,09

22,67 ± 10,78

р < 0,05 относительно левого прилежащего ядра у крыс «правшей».

Таким образом, полученные результаты свидетельствуют о роли дофаминовой системы в организации предпочтения конечности в манипуляционных движениях, причем важную роль в этом играет уровень концентрации ДА в прилежащем ядре. При этом некоторые различия между результатами настоящей работы, полученными при минимальном обучении, и данными Cabib et al. (1995) полученными при интенсивном обучении животных, позволяют думать, что в определенной степени эти механизмы формируются в процессе обучения.

Влияние хронического введения апоморфина в прилежащее ядро на предпочтение передней конечности.

Хотя ПЯ и считается структурой в основном относящейся к лимбической системе, воздействие на дофаминергическую передачу в этом ядре приводит к изменению двигательной активности (Belcheva et al., 1990). Это можно объяснить связями ПЯ с такими структурами, как черная субстанция и тегментальное ножко-мостовое ядро (Nauta et al., 1978). В литературе мы не обнаружили работ, в которых бы делались попытки изменить исходное предпочтение конечности, воздействуя на нейрохимические системы. Таким образом, нас интересовала возможность изменения предпочтения передней конечности путем воздействия на дофаминергическую передачу прилежащего ядра.

В группе животных с введением апоморфина в контралатеральное по отношению к предпочитаемой конечности прилежащее яро изменения предпочтения обнаружено не было.

Из 26 животных после хронического введения апоморфина в ипсилатеральное ПЯ 8 (30.76%) изменили предпочитаемую конечность. Данные представлены в таблице.

Таблица 2. Изменение касс после введения апоморфина.

Примечание. А - касс до введения апоморфина. Б - касс после введения. (-) - не работающие животные.

У животных с № 1 по № 8 введение апоморфина привело к изменению предпочтения конечности. Среди них 3 исходных «правши» и 5 «левшей». При этом большая часть животных (5 из 8, т.е. 62.5%) стали амбидекстрами. Из 3 «правшей» 2 стали «левшами», а из 5 «левшей» 4 стали амбидекстрами и лишь один - «правшой». Единственный исходный амбидекстр с тенденцией к «правшеству» (№9, Кас = 0.4) стал выраженным «правшой» после введения препарата в правое ПЯ. Тестирование через две недели после отмены препарата показало, что большинство животных вернулись к исходному предпочтению (5 из 8, т.е. 62.5%), при этом у части животных (№ 1, 2, 3) предпочтение несколько ослабло. У одного животного (№5) сохранилась амбидекстрия, возникшая после введения апоморфина, и одна крыса сохранила и усилила измененное предпочтение (№4). Амбидекстр, ставший «правшой» (№9), сохранил приобретенное предпочтение. Крысы № 22 и 24 не поменяли предпочтение, но достать пищу не смогли, а через две недели после отмены препарата продемонстрировали обычный уровень выполнения реакции. Остальные 15 животных (9 «правшей» и 6 «левшей») не изменили предпочтения. В контрольной группе животных (n=10) 7-дневное билатеральное введение буферного раствора не вызвало изменения предпочтения. Морфологический анализ показал, что кончики канюль в основном находились в core ПЯ и различий в их расположении у животных, изменивших и не изменивших предпочтение конечности, не было обнаружено.

Можно видеть, что большинство животных, изменивших предпочтение (5 из 8) стали амбидекстрами, то есть потеряли предпочтение. В то же время большая часть животных, изменивших предпочтение после воздействия на обмен дофамина в прилежащем ядре, в течение двух недель после прекращения воздействия вернулась к исходному предпочтению, что говорит о его устойчивости. Таким образом, полученные данные дают основание предполагать существенную роль дофаминового обмена в прилежащем ядре в генезе предпочтения конечности в специализированных движениях у крыс.

Целью настоящей работы было изучение роли основных структур дорзального (хвостатое ядро) и вентрального (прилежащее ядро) стриатума в механизмах восстановления моторного навыка и организации предпочтения передней конечности.

Восстановление манипуляторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности.

Одним из важных вопросов настоящей работы является возможная роль хвостатого ядра в организации предпочтения конечности при выполнении манипуляционных навыков. После разрушения хвостатого ядра, контралатерального по отношению к предпочитаемой конечности, животные в условиях свободного поведения меняют предпочитаемую конечность и пользуются «здоровой» лапой. Однако это не дает возможности утверждать, что предпочтение конечности определяется хвостатым ядром. Также этого нельзя сказать этого и о моторной коре, поскольку последовательное двухстороннее удаление коры не приводит к изменению предпочтения. Необходимо сказать, что смена предпочитаемой конечности происходит не только после контралатерального повреждения стриатума и моторной коры, но и после воздействия на черную субстанцию (Whishaw et al., 1992; Miklyaeva et al., 1994). Изменение предпочтения в данном случае вполне объяснимо дофаминергической денервацией стриатума. Скорее всего, и кора и стриатум связаны в большей степени с организацией выполняемого движения, его моторной программы, тогда как само предпочтение, возможно, связано с асимметрией нейрохимических процессов, например, с асимметрией концентрации продуктов обмена дофамина в прилежащем ядре, которая коррелирует с моторным предпочтением (Cabib et al., 1995). Что же касается асимметрии моторной программы, то при анализе полученных результатов прежде всего обращает на себя внимание разница в начальном периоде восстановления между «левшами» и «правшами». Если «левши» начинают восстановление с первого опыта, то у «правшей» начало восстановления задержано до 5-й недели при редких тестированиях и до 3-й недели при интенсивном ретренинге. Анализ этих различий заставляет предположить разную роль правого и левого хвостатого ядра в инициации специализированного движения: инициация явно задержана у «правшей» с разрушенным левым хвостатым ядром, что позволяет думать о большей роли левого хвостатого ядра в инициации программы точностного движения. По - видимому, как правое, так и левое хвостатое ядро связаны с выполнением координационной программы движения, так как максимальная глубина движения нарушена после разрушения как правого так и левого хвостатых ядер. Однако у «правшей» максимально возможная глубина при редком тестировании достигается сразу после начала восстановления, причем она соответствует той глубине, к которой приходят «левши» в конце исследования. Это позволяет думать, что сохраненное после операции у «правшей» правое хвостатое ядро больше связано с координационной программой движения, определяющей максимальную глубину движения. Оно же осуществляет компенсацию при интенсивном ретренинге, вследствие чего максимальная глубина в конце ретренинга у "правшей" существенно больше, чем у «левшей».

Асимметрия уровня дофамина и его дериватов в прилежащем ядре у крыс с различным предпочтением передней конечности.

Прилежащее ядро nucleus accumbens получает корковую иннервацию в основном из лимбической коры, поэтому считается лимбической структурой и входит в лимбическую петлю, подобно экстрапирамидной моторной петле: лимбическая система - вентральный стриатум - вентральный паллидум - таламус - фронтальная и передняя лимбическая кора. С другой стороны, связи прилежащего ядра с такими моторными структурами, как черная субстанция и тегментальное ножко-мостовое ядро, позволяют объяснить влияние прилежащего ядра на двигательную активность. Таким образом, прилежащее ядро является лимбической структурой, имеющей также моторные выходы, влияющие на двигательную активность. В связи с этим особенно интересна связь уровня дофамина в прилежащем ядре и моторной асимметрии. Cabib et al. (1995) показали, что у мышей существует асимметрия по концентрации ДА и его метаболитов в прилежащем ядре, связанная с предпочтением передней конечности при выполнении захвата пищи. У животных, предпочитавших определенную конечность, уровень концентрации ДА был больше в ипсилатральном по отношению к предпочитаемой лапе прилежащем ядре, чем в контралатеральном. Кроме того, у мышей «левшей» уровень дофамина в левом полушарии достоверно больше, чем в правом, а у мышей «правшей» наблюдалась противоположная ситуация.

Полученные нами результаты в значительной степени подтверждают данные литературы. Это говорит о том, что такая асимметрия не является специфическим свойством мышей, но характерна, видимо, для разных грызунов, во всяком случае, для крыс. С другой стороны, мы не обнаружили подобной асимметрии уровня ДА в прилежащем ядре у крыс «левшей». Можно предположить, что асимметрия ДА в прилежащем ядре появляется только после интенсивного обучения, как это имело место в работе Cabib et al. (1995).

Влияние введения апоморфина в прилежащее ядро на предпочтение передней конечности в манипуляционных движениях у крыс.

Несмотря на относительно небольшой объем экспериментального материала, процент животных, изменивших предпочтение конечности, достаточно высок. В то же время большая часть животных, изменивших предпочтение после воздействия на обмен дофамина в прилежащем ядре, в течение двух недель после прекращения воздействия вернулась к исходному предпочтению. Это говорит в пользу стойкости исходного предпочтения. Очевидно, вызванные в эксперименте изменения обмена дофамина являются нестойкими, что приводит лишь к временным изменениям исходного предпочтения. Следующий вопрос касается характера изменений предпочтения при изменении дофаминового обмена в ПА. Из 8 животных, изменивших предпочтение в наших экспериментах, 5 стали амбидекстрами, т.е. по существу потеряли выраженное предпочтение конечности. Таким образом, изменение обмена дофамина в ПА чаще приводит к потере выраженной моторной асимметрии, чем к ее смене. Возможно, одностороннее введение апоморфина, изменяя дофаминовый обмен в одном ПА, не создает условий ДА-обмена в другом ПА, необходимых для возникновения нового моторного предпочтения. Следует отметить, что наблюдавшиеся изменения являлись результатом изменения обмена дофамина, а не разрушающего действия объема вводимого вещества или кончика канюли, о чем говорят показатели билатерального введения буферного раствора в том же объеме.

Таким образом, полученные данные позволяют предполагать, что дофаминовый обмен в прилежащем ядре играет существенную роль в генезе предпочтения конечности в специализированных движениях у крыс. Каков же механизм изменения моторного предпочтения после изменения обмена дофамина в ПЯ? Апоморфин является неспецифическим агонистом D1- и D2 -рецепторов и в зависимости от дозы действует на различные дофаминовые рецепторы. В большой дозе, как в нашем случае, препарат, действуя на постсинаптические рецепторы (Radhakisum et al., 1988), стимулирует дофаминергическую передачу в ПЯ. Активация ПЯ приводит к торможению обмена ДА в дорзальном стриатуме (Саульская, 1996). Возможно, что асимметричное нарушение дофаминергического равновесия в стриатуме и приводит к изменению предпочтения.

Выводы

1. Существуют различия в характере восстановления специализированного двигательного навыка, после разрушения головки хвостатого ядра, у крыс с разным предпочтением передней конечности, как при спонтанном восстановлении, так и при обучении.

2. Интенсивный ретренинг увеличивает процент животных, восстанавливающих навык, особенно у «правшей», а также оказывает значительно большее воздействие на увеличение глубины взятия у «правшей», чем у «левшей», при этом «правши» всегда начинают восстанавливать навык позже, чем «левши», и тренинг уменьшает эту задержку.

3. Полученные данные указывают на различие функций правого и левого хвостатого ядра при выполнении специализированных движений и на разные механизмы восстановления латерализованного моторного навыка после односторонних разрушений хвостатого ядра правого и левого полушарий.

4. Связь асимметрии концентрации дофамина в прилежащем ядре и предпочтения передней конечности у крыс, видимо, не является видоспецифической, поскольку данные, полученные на крысах «правшах», совпадают с данными, полученными на мышах. В то же время у крыс «левшей» не выявлено достоверной асимметрии дофамина в прилежащем ядре. Сопоставление этих результатов может говорить о том, что у крыс «левшей» асимметрия формируется после интенсивного обучения.

5. Воздействие на дофаминергическую передачу в ПЯ может изменить исходное предпочтение конечности или вызвать временную утрату предпочтения, при этом исходное предпочтение, определенное по десяти взятиям пищи, является достаточно стойким и восстанавливается через две недели после прекращения воздействия на обмен дофамина в ПЯ.

6. Полученные данные дают основание предполагать существенную роль дофаминового обмена в прилежащем ядре в генезе предпочтения конечности в специализированных движениях у крыс.

Список работ, опубликованных по теме диссертации

2. С.Ю. Будилин, В.Н. Мац. Восстановление моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности. ЖВНД, 2001, том 51, № 1, с. 123-127

3. С.Ю. Будилин, В.Н. Мац. Различия в восстановлении моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с предпочтением правой или левой конечности. ЖВНД, 2001, том 51, № 2, с. 236-243.

4. С.Ю. Будилин, В.Н. Мац, М.Е. Иоффе, М.А. Куликов С.Ю. Восстановление моторного навыка у крыс с различным предпочтением передней конечности после разрушения хвостатого ядра: роль интенсивного обучения. ЖВНД, 2005, том 55, № 5, с. 702-706.

5. С.Ю. Будилин, И.С. Мидзяновская, Н.В. Щеголевский, М.Е. Иоффе, А.С. Базян. Асимметрия содержания дофамина в прилежащем ядре и моторное предпочтение у крыс. ЖВНД, 2007, том 57, №5, с. 598-603.

6. С.Ю. Будилин, Н.В. Пасикова, И.С. Мидзяновская, М.Е. Иоффе. Влияние введения апоморфина в прилежащее ядро на предпочтение передней конечности в манипуляционных движениях у крыс. ЖВНД, 2008, том 58, № 3, с. 339-44.

7. Молодежная научная конференция, посвященная 90 - летию со дня рождения академика М.Н. Ливанова 15 октября 1997 года. ИВНДиНФ, РАН Москва. Устный доклад: «Сравнительный анализ роли хвостатого ядра правого и левого полушария в осуществлении манипуляторных движений у крыс» стр. 18.

8. Научная конференция молодых ученых, посвященная 95 - летию со дня рождения академика РАМН В.С. Русинова 14 - 15 октября 1998 года. ИВНДиНФ, РАН Москва. Устный доклад: «Отличия в восстановлении манипуляторного навыка у крыс с различным предпочтением лапы» стр.14.

9. Научная конференция молодых ученых, посвященная 150 - летию со дня рождения академика И.П. Павлова 13 - 14 октября 1999 года. ИВНДиНФ, РАН Москва. Устный доклад: «О роли хвостатого ядра в реализации моторного навыка у крыс с различным предпочтением передней конечности» стр. 34.

10. ХХХ Всероссийское совещание по проблемам высшей нервной деятельности, посвященное 150 - летию со дня рождения И.П. Павлова. Санкт - Петербург, 15 - 18 мая 2000 г. Стендовый доклад: «О роли хвостатого в реализации моторного навыка у крыс с различным предпочтением передней конечности» стр. 39.

11. Конференция молодых ученых по нейронаукам, посвященная 80 - летию академика РАО Е.Н. Соколова. МГУ, Москва, 26 сентября 2000 года. Устный доклад: «Асимметрия восстановления моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности: роль ретренинга» стр.14.

12. XVIII Съезд физиологического общества имени И.П. Павлова. Казань, 25-28 сентября 2001 года. Стендовый доклад: «Восстановление моторного навыка у крыс после разрушения хвостатого ядра в условиях спонтанного восстановления и обучения» стр. 41.

13. Научная конференция молодых ученых 10-11 октября 2001 года, ИВНДиНФ. Устный доклад «Восстановление моторного навыка у крыс после разрушения хвостатого ядра в условиях спонтанного восстановления и обучения. Роль моторной коры в восстановлении навыка». Стр 26.

14. VII Международный симпозиум «Базальные ганглии и поведение в норме и при патологии» СПб. 29-31 октября 2002 года. Стендовый доклад «Влияние ретренинга на восстановление моторного навыка после разрушения хвостатого ядра у крыс с различным предпочтением передней конечности». На СD.

15. Конференция «Актуальные вопросы функциональной межполушарной асимметрии» 29-30 мая 2003 года. Стендовый доклад «Восстановление моторного навыка у крыс с различным предпочтением передней конечности после разрушения хвостатого ядра». ГНИИМ, Москва.

16. XIX Съезд физиологического общества им. И.П. Павлова, Екатеринбург. Стендовый доклад «Прилежащее ядро и моторная асимметрия» Российский физиологический журнал том 90, №8, стр. 367, август 2004.

17. III всероссийская с международным участием школы-конференции по физиологии мышц и мышечной деятельности, посвященной 250-летию Московского Государственного Университета им. М.В. Ломоносова, Москва, ФФМ МГУ им. М.В. Ломоносова 1-4 февраля 2005 г. С.Ю. Будилин, И.С. Мидзяновская, Н.В. Пасикова «Исследование связи обмена дофамина в прилежащем ядре и моторное предпочтение у крыс».

18. Всероссийская научная конференция с международным участием «Структурно - функциональные и нейрохимические закономерности асимметрии и пластичности мозга» 27 - 28 октября 2005 года. Прилежащее ядро и предпочтение передней конечности у крыс. ГНИИМ, Москва.

19. Отчетная конференция Института высшей нервной деятельности и нейрофизологии, РАН, Москва, 8 ноября 2006 года. Устный доклад: «Асимметрия урофня дофамина в прилежащем ядре и предпочтение передней конечности у крыс».

20. IV Всероссийская с международным участием Школа - конференция по физиологии мышц и мышечной деятельности «Инновационные направления в физиологии двигательной системы и мышечной деятельности». 31 января - 3 февраля 2007 года, ФФМ, МГУ им М.В. Ломоносова. Тезисы «Моторное предпочтение у крыс и асимметрия уровня дофамина».

21. ХХ Сьезд физиологического общества России, 4 -8 июня 2007г. Тезисы С.Ю. Будилин, И.С. Мидзяновская, Н.В. Щеголевский «Асимметрия уровня дофамина и моторное предпочтение у крыс».

22. ХХ Сьезд физиологического общества России, 4 -8 июня 2007г. Тезисы С.Ю. Будилин, И.С. Мидзяновская, Н.В. Пасикова, Е.В Плетнева, Н.В. Щеголевский «Исследование дофаминовых механизмов моторного предпочтения у крыс».

23. Отчетная конференция Института высшей нервной деятельности и нейрофизологии, РАН, Москва, 8 ноября 2007 года. Устный доклад: «Воздействие на дофаминергическую передачу в прилежащем ядре может изменить моторное предпочтение у крыс».

Размещено на Allbest.ru


Подобные документы

  • Определение, сущность и сравнение симметрии и асимметрии. История возникновения категорий симметрии как одного из фундаментальных свойств природы, а также анализ ее места в познании и архитектуре. Общая характеристика асимметрии человеческого мозга.

    контрольная работа [30,6 K], добавлен 22.12.2010

  • Исследование выраженности предпочтения к использованию правой или левой руки у учащихся гуманитарных классов. Обзор функциональной асимметрии больших полушарий головного мозга. Анализ проявления асимметрии мозга в разных областях человеческого организма.

    реферат [204,7 K], добавлен 26.12.2011

  • Понятие флуктуирующей асимметрии, особенности использования метода ее определения в целях выявления уровня загрязненности окружающей среды. Исследование флуктуирующей асимметрии озерной лягушки в водоемах урбанизированной территории, анализ результатов.

    дипломная работа [232,1 K], добавлен 09.04.2013

  • Характеристика флуктуирующей асимметрии. Применение оценки флуктуирующей асимметрии как индикатора антропогенных воздействий. Флуктуирующая асимметрия озерной лягушки в предгорных районах Северо-Западного Кавказа. Оценка стабильности развития земноводных.

    курсовая работа [692,1 K], добавлен 11.12.2015

  • Общие сведения о декоративных крысах и их разновидностях. Основы крысиной генетики, принципы наследования. Типы окраса крыс. Лабораторные крысы, использование крыс как биоматериала. Возможные наследственные заболевания. Влияние генной модификации.

    курсовая работа [32,8 K], добавлен 17.12.2013

  • Исследование биологической роли ферментов в механизмах взаимодействия адренергической и пептидергической систем. Определение активности ферментов флюорометрическим методом. Изучение гипофиза, гипоталамуса, больших полушарий и четверохолмия самцов крыс.

    статья [14,0 K], добавлен 01.09.2013

  • Возможные механизмы магниторецепции. Пути создания ослабленного геомагнитного поля. Анализ его влияния на биосистемы и организм человека. Исследование суточной динамики и ритмической составляющей поведения крыс под воздействием гипогеомагнитных условий.

    курсовая работа [1,2 M], добавлен 03.12.2014

  • Асимметрия как совокупность признаков неравенства функций рук, ног, половин туловища и лица в формировании общего двигательного поведения и его выразительности. Моторная и психическая асимметрия. Несходство правшей и левшей во всем двигательном поведении.

    дипломная работа [110,0 K], добавлен 27.01.2011

  • Характеристика эволюции человека в сфере коллективного сознания и резкий рост асимметрии в направлении доминирования позитивного рационального интеллекта, граничащего с прагматизмом. Определение природы биоэнергетики, ее значение и прикладные аспекты.

    контрольная работа [19,0 K], добавлен 13.03.2009

  • Флуктуирующая асимметрия как способ оценки стабильности развития организма (популяции). Влияние различных факторов на уровень флуктуирующей асимметрии. Характеристика тополя черного, его ботаническое описание, способы размножения и распространения.

    дипломная работа [706,0 K], добавлен 26.02.2014

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.