Советская власть и церковь в первой половине 1920-х гг.

Отношения между государством и церковью в период до Великой Отечественной Войны 1941-1945-х гг. Взаимодействие советской власти и церкви во второй половине 20-х - начале 30-х г. Рассмотрение последствий гонений и развала духовности у российского народа.

Рубрика История и исторические личности
Вид курсовая работа
Язык русский
Дата добавления 06.11.2013
Размер файла 2,7 M

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Оглавление

Введение

Глава 1. Советская власть и церковь в первой половине 1920-х гг.

Глава 2. Советская власть и церковь во второй половине 20-х - начале 30-х гг.

Глава 3. Советская власть и церковь во второй половине 1930-х- 1940-е гг.

3.1 Отношения между государством и церковью в период до Великой Отечественной Войны 1941-1945-х гг.

3.2 Отношения между государством и Церковью в период Великой Отечественной Войны 1941-1945 гг.

3.3 Советская власть и Церковь в послевоенное время

Заключение

Список литературы и источников

Приложение

Введение

Развитие отношений государства и церкви составляет важнейшую и неотъемлемую часть истории России. Русское государство исторически складывалось при огромной консолидирующей роли церкви, а морально-нравственное сознание общества определялось влиянием религиозного вероучения. Жизнь народа России была проникнута религиозными традициями (посты, праздники, крестные ходы). В силу этого государство всегда уделяло пристальное внимание вероисповеднической политике, которая осознавалась как важная составляющая внутренней политики.

Тысячелетняя история церковно-государственных отношений не была безоблачной. Так, реформы Петра I, направленные на преодоление замкнутости России, затронули и церковь. Создавая Синод, Петр попытался заставить церковь служить государству и подчиняться ему. Проведенная Екатериной II секуляризация земель также затронула жизнь церкви и углубила её зависимость от государства. Эта историческая традиция не прерывалась и в советский период. Однако политика, осуществляемая советской властью в отношении церкви, была направлена на разрушение религиозной организации и изживание религиозного чувства народа.

Наиболее трагичным для церкви и верующих стал период 1920-х - 30-х гг., когда проходило утверждение тоталитарного режима в стране. Духовенство и верующие, воспринимаемые властью как очаг инакомыслия и оппозиции, подвергались преследованию. Гонения на церковь способствовали укоренению новой политической ситуации и соответствовали общей атмосфере страха, доносительства, шпиономании. Происходили подмена христианских (общечеловеческих) ценностей классовыми, уничтожение русского национального самосознания, ликвидация многих тысяч верующих. Следствиями гонений стали гибель значительной части культурных ценностей и снижение интеллектуального потенциала общества, так как вытесненные «лишенцы» составляли значительный слой русской интеллигенции. («Лишенцы» - лица, лишенные избирательных прав.). К их числу относились не только священники, но и члены их семей, зависимые материально от служителей культа. И все же народные массы сберегли религиозное чувство, несмотря на антицерковные акции 1920-х - 40-х гг.

К переосмыслению опыта взаимоотношений советской власти и церкви подталкивает еще ряд обстоятельств. Происходит постепенный возврат россиян к национальным (в том числе, религиозным) истокам жизни, что является неизбежным в условиях, когда остро стоит вопрос единства общества и государства.

Хронологические рамки исследования - 1921-1949-е гг.

Перед собой я ставлю следующие цели и задачи: изучить взаимоотношения церкви и государства в период после революции до начала строительства социалистического общества (1921-1927 гг.), выявить изменения в политике Советского государства в отношении церкви и позицию духовенства (1927-1949 гг.).

Данную проблему рассматривали деятели культуры и науки, писатели, публицисты. Советские и российские историки также изучали проблему взаимоотношений церкви и государства. О причинах и предпосылках негативного отношения большевистской власти к церкви говорится в статье О.Ю. Васильевой «Русская православная церковь и Советская власть в 1917-1927 годах» в журнале «Вопросы истории №8». В книге И.С. Ратьковского и М.В. Ходякова «История Советской России» рассказывается о начале противостояния власти и церкви. А в книге С. Зеньковского «Трагедия русского православия» затронута проблема взаимоотношения между православным населением и православными священниками и советской «верхушкой». Очень ярко показан ход религиозных гонений в годы Великой Отечественной войны и послевоенное время в книге Поспеловского «Русская православная церковь в 20-м веке». В ней также говорится о том, как русские священники принимали участие и в сражениях ВОВ. О политике советской власти по отношению к исламской, буддистской и др. церквям рассказывается в книге А.Г. Далгатова «Правительственная политика по отношению к этноконфессиональным меньшинствам». В статье И.В. Павловой «Власть и общество в СССР в 1930-е гг.», опубликованной в журнале «Вопросы истории №10» подробно описаны сталинские репрессии против духовенства.

государство церква война духовность

Глава 1. Советская власть и церковь в первой половине 1920-х гг.

Весной-летом 1921 г. на Советскую Россию обрушилась катастрофа - засуха и губительный голод охватили обширные территории Поволжья, Приуралья, Северного Кавказа, Украины и Крыма. Свыше 33 млн. человек оказались затронуты этим бедствием, несколько миллионов погибли от голода.

Под председательством патриарха Тихона (см.прил.1) в стране был образован «Всероссийский общественный комитет помощи голодающим» (Помгол), в который вошли известные общественные деятели, большей частью бывшие кадеты: Прокопович, Кускова, Кишкин (комитет тут же получил в народе наименование «Прокукиш» - по первым буквам фамилий его организаторов). Комитет помощи голодающим производил сбор средств и распределял помощь, поступавшую из-за рубежа. В конце августа 1921 г. Помгол был распущенна на его месте возникла «Центральная комиссия помощи голодающим» при ВЦИК. Несмотря на это, Церковь продолжала работу по сбору средств для пострадавших. Советская власть со своей стороны дала указания на места о том, чтобы «никаких препятствий церковным сборам не ставить». Собранные деньги могли сдаваться приходами «или непосредственно в местные финотделы, или направляться по желанию приходов в распоряжение высших своих органов».

В середине февраля 1922 г. патриарх Тихон призвал церковноприходские советы жертвовать на нужды голодающих драгоценные украшения, не имеющие богослужебного употребления. Вслед за этим 23 февраля 1922 г. ВЦИК принял декрет «О порядке изъятия церковных ценностей, находящихся в пользовании групп верующих». Начавшаяся реализация декрета привела к кровавым столкновениям представителей власти и верующих. Политбюро ЦК РКП (б) было вынуждено принять решение о временной приостановке изъятия ценностей. Однако уже 19 марта В.И. Лениным было подготовлено письмо для членов Политбюро, в котором указывалось, что «именно теперь и только теперь, когда в голодных местностях едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем (и поэтому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией». В письме подчеркивалось, что в сложившихся условиях «громадное большинство крестьянской массы будет либо за нас, либо, во всяком случае не будет в состоянии поддержать горстку черносотенного духовенства». Указание Ленина, таким образом, преследовало две основных цели: обеспечить помощь голодающим районам страны и в то же время подорвать значение Церкви, уменьшив ее влияние на население.

Изъятие церковных ценностей сопровождалось многочисленными эксцессами. В результате в апреле-мае 1922 г. в Москве прошел процесс 54 священников и мирян РПЦ, обвиненных в отказе от выдачи ценностей, на котором 11 человек были приговорены к высшей мере наказания. Сразу после того, как трибунал вынес свое решение, Л. Б. Каменев внес в Политбюро вопрос об отмене приговора. В отношении 6 осужденных было принято решение наказание смягчить. Каменев продолжал настаивать на помиловании и остальных обвиняемых. Письменное предложение в Политбюро было рекомендовано внести Л. Д. Троцкому. 14 мая 1922 г. он представил заключение, в котором указывалось, что оснований для смягчения участи пяти осужденных не имеется. Спустя несколько дней Политбюро согласилось с этим выводом. Патриарха Тихона, выступавшего свидетелем на суде, в тот момент не рискнули привлечь к ответственности.

Настаивая на суровом наказании организаторов антиправительственных выступлений, советское руководство в то же время стремилось заручиться поддержкой рядового духовенства. В секретной директиве, адресованной партийным и советским органам Петроградской губернии «Об отношении к сектам и политике в отношении религиозных групп вообще», прямо указывалось: «Ни в коем случае не применять к рядовому духовенству исключительных мероприятий, как, например, назначение на особенно тяжелые, грязные работы, как чистка отхожих мест».

Одной из главных задач большевистского руководства в начале 1920-х гг. стал подрыв влияния РПЦ в массах. 25 марта 1922 г. на места была разослана секретная циркулярная телеграмма ЦК РКП (б) за подписью секретаря ЦК В. М. Молотова, в которой указывались пути решения этой проблемы: «Нужно расколоть попов или, вернее, углубить и заострить существующий раскол». Действительно, в 1922 г. раскол в Православной Церкви стал фактом. Группа петроградских священников: А.И. Введенский, А.И. Боярский, Е. Белков и другие - в мае 1922 г. потребовала от патриарха Тихона оставить патриарший престол. Обновленцы (обновленческое течение в РПЦ оформилось еще в дооктябрьский период) выступили за организацию суда над «виновниками церковной разрухи» и объявили о создании Высшего Церковного Управления (ВЦУ), которое 15 мая приняло на себя ведение всех церковных дел в России. Тогда же обновленцы созвали учредительное собрание своих сторонников и провозгласили образование группы под названием «Живая Церковь». Деятельность «Живой Церкви» негласно поощрялась властью, официально заявлявшей о своем невмешательстве во внутренние дела служителей культа. Ареной ожесточенной борьбы обновленчества с РПЦ стал очаг раскола - Петроград. В 1923 г. из 123 петроградских храмов 113 принадлежали обновленцам.

О том, что руководители партии большевиков уделяли огромное значение «церковной работе», свидетельствует тот факт, что Троцкий в одном из своих писем членам Политбюро в мае 1922 г., критикуя недостаточно активную работу газет «Правда» и «Известия», отмечал: «Мельчайшая генуэзская дребедень занимает целые страницы, в то время как глубочайшей духовной революции в русском народе отводятся задворки газет». Ленин, ознакомившись с письмом Троцкого, эту фразу подчеркнул и сделал приписку: «Верно! 1000 раз верно! Долой дребедень!»

Попытки расчленить Церковь начались уже в 1919 г., когда был образован Исполнительный комитет по делам духовенства, так называемый «Ислолкомдух». Однако он, по мнению чекистского руководства, «принял ложное направление» и стал приспосабливать РПЦ к новым условиям, за что был распущен. Несостоятельными оказались в этом отношении и попытки ВЧК раскола Церкви через некоторых духовных деятелей, каким был, например, Владимир Утята (Пензенский). Осенью 1919 г. после неудачной попытки примирения с патриархом Тихоном Утята возглавил «Свободную народную Церковь» и объявил о разрыве с РПЦ.

Активную работу по разложению Церкви развернул Секретный отдел ВЧК. Заведующий этим отделом T.П. Самсонов в конце 1920 г. докладывал Ф.Э. Дзержинскому о том, что «религию разрушить не сможет никакой другой аппарат, кроме аппарата ВЧК». Данный путь считался верным по той причине, что «низшее поповство, освободившись от волчьих когтей больших церковных волков», иногда совершенно искренне работало с советской властью.

Тех священнослужителей, которые отказывались примкнуть к обновленцам и пользовались популярностью у широких народных масс, нередко ждала печальная участь. Так, летом 1922 г. в Петрограде состоялся процесс по делу о церковных ценностях. На скамье подсудимых в этот раз оказалось 86 обвиняемых. По мнению властей, они, так или иначе, были причастны к волнениям, которые происходили при изъятии ценностей из петроградских церквей. Главным свидетелем обвинения выступил протоирей В. Красницкий. Трибунал приговорил митрополита Вениамина, архимандрита Сергия (Шеина), профессора К.Л. Новицкого, И. Ковшарова к смертной казни. Часть осужденных получила различные сроки лишения свободы, а 22 человека были оправданы. В ночь с 12 на 13 августа 1922 г. приговор в отношении четырех осужденных был приведен в исполнение. Спустя 70 лет (в 1992 г.) митрополит Петроградский и Гдовский Вениамин был причислен к лику русских святых.

После Петроградского процесса 1922 г. (см. прил.2) борьба с Тихоновской Церковью была продолжена. 13 октября Секретариат ЦК РКП (б) рассмотрел вопрос о создании комиссии по антирелигиозной пропаганде (антирелигиозной комиссии). После своего оформления эта комиссия выработала правила о ввозе в страну религиозной литературы, установила порядок регистрации религиозных обществ. Каждые две недели председатель комиссии должен был представлять в Политбюро доклад о проделанной работе.

Вопросы антирелигиозной пропаганды были предметом специального обсуждения и на XII съезде РКП (б) в апреле 1923 г. В резолюции «О постановке антирелигиозной агитации и пропаганды» предусматривалось увеличение издания научно-популярных книг и брошюр, расширение устной пропаганды, введение антирелигиозного просвещения в систему школьного образования. К этому времени уже сложились основные формы антирелигиозной работы. С 1919 г. издавался журнал «Революция и церковь». В 1922 г. начался выпуск популярной газеты «Безбожник». В 1925 г. создается «Союз безбожников», который в 1929 г. превратится в «Союз воинствующих безбожников (см. прил. 3)». В эти же годы развернули свою деятельность: Общество воинствующих материалистов, Петроградское научное общество марксистов и другие организации. В газетах того времени публикуются целые подборки пословиц и поговорок, раскрывающих «истинное» отношение народа к служителям Церкви: «Попы, что клопы», «Попы да черти - одной шерсти», «Завистлив, что поповские глаза», «Поповского брюха не наполнишь» и т. д.

Патриарх Тихон в условиях разворачивавшихся гонений на Церковь отказался покинуть Россию, несмотря на предложения близких к нему людей. С декабря 1918 г. он находился под домашним арестом на своем подворье, в нижнем этаже которого располагались 3 красноармейца. 16 июня 1923 г. Тихон был освобожден из-под ареста. В печати появилось заявление, в котором он раскаивался в «антисоветских поступках». В послании от 1 июля патриарх отмечал: «Сознавая свою виновность перед Советской властью, выразившуюся в ряде наших пассивных или активных антисоветских действиях, т. е. в сопротивлении Декрету об изъятии церковных ценностей в пользу голодающих, анафемствовании Советской власти, возражении против Брестского мира, мы каемся и скорбим о жертвах, получившихся в ряде этой антисоветской деятельности... Церковь аполитична и не желает быть ни белой, ни красной церковью».

В конце 1924 г. здоровье Тихона резко ухудшилось. 7 апреля 1925 г. после состоявшейся незадолго до этого зубоврачебной операции патриарх скончался (он был причислен к лику русских святых в 1989 г.). В своём завещании Тихон призывал всех «не питать надежд на возвращение монархического строя и убедиться в том, что Советская власть - действительно народная рабоче-крестьянская власть, а потому прочная и непоколебимая».

Глава 2. Советская власть и церковь во второй половине 20-х - начале 30-х гг.

В день погребения патриарха, 12 апреля 1925 г., стали известны имена трех митрополитов, которые по завещанию Тихона должны были возглавить РПЦ. Поскольку митрополиты Кирилл и Агафангел, находясь вне Москвы, не могли этого сделать, в обязанности патриаршего местоблюстителя вступил митрополит Петр. Однако уже в декабре 1925 г. он был арестован. После этого руководство Церковью перешло к заместителю патриаршего местоблюстителя митрополиту Сергию (см. прил. 4).

Во второй половине 20-х гг. давление на Церковь со стороны государства усилилось. В это время главным местом заключения для священнослужителей был Соловецкий лагерь особого назначения. К 1926 г. там находились 24 епископа. 7 июля 1926 г. появилась знаменитая «Памятная записка соловецких епископов», обращенная к правительству СССР. В ней говорилось о необходимости «положить конец прискорбным недоразумениям между Церковью и Советской властью, тягостным для Церкви и напрасно осложняющим для государства выполнение его задач».

19 августа 1927 г. «Известия» опубликовали обращение временного патриаршего Синода, которое было подписано рядом известных митрополитов и архиепископов. В нем священнослужители заявляли, что они хотят «быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской родиной, радости и успехи которой - наши радости и успехи, а неудачи - наши неудачи». Делая шаг навстречу советской власти, служители Церкви порицали часть верующих за недостаточное осознание ими «всей серьезности, совершившейся в нашей стране». Утверждение новой власти, отмечалось в обращении, многим представлялось каким-то недоразумением, случайным и поэтому недолговечным. При этом люди забывали, что «случайностей для христианина нет и что в совершившемся у нас, как везде и всегда, действует та же десница Божия, неуклонно ведущая каждый народ к предначертанной ему цели». Данное послание далеко не всеми иерархами Церкви было принято и одобрено, однако заявление о лояльности в отношении советской власти никем не бралось под сомнение.

В 1928 г. власти стали готовиться к широкомасштабной высылке крестьян, большую часть которых составляли православные, сохранившие старый религиозный уклад жизни, для которых вера была не только образом мысли, но и соответствующим ей образом жизни. Во многих селах, не исключая самых глухих, были старосты храмов, действовали двадцатки, продолжали существовать многие монастыри, в 20-х гг. получившие от властей юридический статус кооперативов, товариществ и коммун. В конце 1928 г. Политбюро начало подготовку гонения, в основу которого был положен документ, очерчивающий его границы и масштабы. Написать документ было поручено Л.М. Кагановичу и Е.М. Ярославскому; предварительный черновой вариант был согласован с Н.К. Крупской и П.Г. Смидовичем.

24.01.1929 ЦК ВКП (б) утвердил окончательный текст указа «О мерах усиления антирелигиозной работы», и он был разослан всем ЦК нацкомпартий, крайкомам, обкомам, губкомам и окружкомам, т. е. всем представителям власти в Советской России. Этот документ положил начало массовым арестам священнослужителей, мирян и закрытию храмов.

В последующие годы РПЦ в значительной степени разделила судьбу всего советского народа. Начинается широкое применение административных мер в борьбе с религией. 8 марта 1929 г. ВЦИК и СНК издали новое постановление о религиозных объединениях, которым запрещалось осуществлять благотворительную деятельность, обучать религии частным образом и т. д. По стране прокатилась волна массового закрытия церквей. К 1928 г. РПЦ имела более 30 тыс. приходов - 2/3 от дореволюционного количества. После этого число храмов стало резко сокращаться. В 1928 г. было закрыто 534 церкви, в 1929 г. - 1119. В Москве из 500 храмов к началу января 1930 г. оставалось 224, а через два года - 87 церквей. В Орле к 1930 г. не осталось ни одной действующей православной церкви.

Закрытые храмы нередко использовались под производственные цеха, склады, квартиры и клубы, а монастыри - под тюрьмы и колонии. Разворачивавшееся социалистическое строительство требовало в те годы огромного количества средств, которых катастрофически не хватало. По этой причине церковные ценности, как сравнительно легкий и доступный источник пополнения бюджета, вновь стали привлекать все более пристальное внимание государства. 24 февраля 1930 г. хозяйственный отдел ОГПУ направил в секретариат председателя ВЦИК письмо с просьбой о разрешении снять позолоту с куполов храма Христа Спасителя. В ходатайстве отмечалось, что на купола этого храма в свое время было израсходовано свыше 20 пудов золота «прекрасного качества». В документе подчеркивалось, что 20 пудов золота, или «1/2 миллиона валюты», остающиеся на куполах, являются «излишней для СССР роскошью, а реализация золота будет большим вкладом в дело индустриализации страны». Наркомат финансов возражений против проведения этой операции не имел. Закрашивать купола, как предполагалось первоначально, не стали. В 1931 г. храм Христа Спасителя был просто взорван.

Колокола снимались с колоколен по всей стране. Часто это делалось под предлогом того, что они мешают слушать радио. В 1932 г. в связи с тем, что в Москве ударными темпами шло строительство здания Публичной библиотеки им. В. И. Ленина, было принято решение о снятии с восьми московских церквей колоколов с целью получения 100 т металла, требующегося «для бронзовых горельефов» по фасаду здания.

В целях законодательного ограничения религиозной пропаганды в 1929 г. в Конституцию СССР была внесена поправка, которая ограничивала религиозную деятельность церковными стенами. В то же время право на антирелигиозную пропаганду было оставлено в силе. В 1930 г. в своем интервью иностранным корреспондентам митрополит Сергий был вынужден заявить, что религия в СССР преследуется и что все аресты священнослужителей являются следствием их противозаконной деятельности. Положение патриаршего местоблюстителя некоторые тогда сравнивали с положением кур «в садке кухни повара. Приходит день, и из садка выхватывается следующая жертва».

В 1932 г. «Союз воинствующих безбожников» принял свой пятилетний план, в котором намечал поэтапно добиться закрытия всех духовных школ, лишить священнослужителей продовольственных карточек, провести массовое закрытие церквей, запретить написание религиозных сочинений и изготовление предметов культа, выслать всех «служителей культа» за границу и закрепить достигнутые успехи. После приостановления в 1931 г. волны массового закрытия церквей в 1934 г. она вновь прокатилась по стране и сопровождалась арестами, высылками священнослужителей и активных прихожан.

Глава 3. Советская власть и церковь во второй половине 1930-х- 1940-е гг.

государство церковь война духовность

3.1 Отношения между государством и церковью в период до Великой Отечественной Войны 1941-1945-х гг.

Гонения, начавшись в 1929 г., продолжались до 1933 г. Значительная часть духовенства за это время была арестована и сослана в лагеря, приняла мученическую кончину. В 1929-1933 гг. было арестовано около 40 тыс. церковно- и священнослужителей. В одной только Москве и Московской обл.- 4 тыс. чел. Большая часть арестованных была приговорена к заключению в концлагеря, многие были расстреляны. Находившиеся в заключении и дожившие до гонения 1937 г. претерпели мученическую кончину. Наконец, в 1935 г. ЦК ВКП (б) подвел итоги антирелигиозных кампаний, проводившихся последние несколько лет, и был составлен один из итоговых документов. В этом документе гонители засвидетельствовали огромную духовную силу РПЦ, позволившую ей, несмотря на постоянный гнет государства, аресты, расстрелы, закрытие храмов и монастырей, коллективизацию, уничтожившую значительную часть активных и самостоятельных мирян, сохранить половину всех приходов РПЦ. В этом документе говорилось об ослаблении деятельности всех антирелигиозных организаций, в частности Союза воинствующих безбожников (из 5 млн. членов в Союзе осталось около 350 тыс.). Сообщалось, что по всей стране насчитывается не менее 25 тыс. всяких молитвенных домов (в 1914 г. церквей было до 50 тыс.). Показателем усиления религиозности населения и активности верующих был рост жалоб и резкое увеличение числа ходоков в Комиссию по вопросам культов при Президиуме ВЦИК. Число жалоб достигло 9221 в 1935 г. против 8229 в 1934 г. Число ходоков в 1935 г. составило 2090 чел., что вдвое больше, чем в 1934 г. Неудовлетворительные, с точки зрения руководства страны, результаты антирелигиозной работы объяснялись, в частности, неверными представлениями некоторых чиновников о том, что борьба с религиозными влияниями в стране закончена и антирелигиозная работа является уже пройденным этапом.

В начале 1937 г. была проведена перепись населения СССР. По предложению Сталина в эту перепись был включен вопрос о религии, на который отвечали все граждане, начиная с 16 лет (см. прил. 6). Правительству, и в особенности Сталину, хотелось узнать, каковы же их реальные успехи за 20 лет борьбы с верой и Церковью, кем называют себя люди, живущие в государстве, исповедующем в качестве религиозного суррогата воинствующее безбожие. Всего населения от 16 лет и старше в Советской России оказалось в 1937 г. 98,4 млн. чел., из них 44,8 млн. мужчин и 53,6 млн. женщин. Верующими себя назвали 55,3 млн. чел., из них 19,8 млн.- мужчины и 35,5 млн.- женщины. К неверующим себя отнесла меньшая, но все же достаточно значительная часть - 42,2 млн. чел., из них 24,5 млн.- мужчины и 17,7 млн.- женщины. Не пожелали ответить на этот вопрос всего лишь 0,9 млн. чел. Но и это было не все: православными себя назвали 41,6 млн. чел., или 42,3% всего взрослого населения РСФСР и 75,2% всех, назвавших себя верующими. Армяне-григорианцы составили 0,14 млн. чел., или 0,1% всего взрослого населения, католики - 0,5 млн., протестанты - 0,5 млн., христиане прочих исповеданий - 0,4 млн., магометане - 8,3 млн., иудеи - 0,3 млн., буддисты и ламаисты - 0,1 млн., прочие и неточно указавшие религию - 3,5 млн. чел. Из переписи с ясностью следовало, что население страны осталось православным, сохранив национальные духовные корни.

Предпринятые с 1918 г. усилия в борьбе с Церковью и народом, осуществленные как с помощью судов, так и с помощью внесудебных административных преследований, не привели к желаемому результату, а если исходить из данных переписи населения, то можно сказать, что они потерпели крах. Сталину были очевидны размеры неуспеха строительства безбожного социализма в стране, ясно, насколько беспощадно-кроваво должно быть новое гонение и невиданная война с народом, в результате которой не лагерь, не каторжные работы ждали непокорных (причем непокорных не на деле, а только идейно, отличных своей верой), а приговоры к расстрелу и смерть. Так началось новое, последнее гонение, которое должно было физически сокрушить православие. В начале 1937 г. власти поставили вопрос о существовании РПЦ в качестве всероссийской организации. Как и раньше, в случаях принятия широкомасштабных решений, тех, которые называются «историческими» и которые приводят к гибели миллионов людей, инициативу постановки вопроса Сталин поручил другому, в данном случае Г. М. Маленкову.

20.05.1937 г. Маленков направил Сталину записку, в ней он предлагал отменить декрет ВЦИК от 8.04.1929 г. «О религиозных объединениях», в соответствии с которым религиозное общество могло быть зарегистрировано при наличии заявления от 20 чел. Маленков писал, что декрет способствует нежелательному для власти организационному оформлению «церковников» (в форме двадцаток), поэтому необходимо изменить порядок регистрации религиозных обществ и вообще покончить с органами управления «церковников» в том виде, как они сложились к концу 20-х гг. Отмечалось, что всего по СССР в двадцатках состояли около 60 тыс. чел. С запиской были ознакомлены члены и кандидаты в члены Политбюро. Ответил на записку Маленкова нарком внутренних дел СССР Н. И. Ежов. 2.06.1937 он написал Сталину:

«Ознакомившись с письмом т. Маленкова по поводу необходимости отмены декрета ВЦИКа от 8.4.29 года «О религиозных объединениях», считаю, что этот вопрос поднят совершенно правильно. Декрет ВЦИКа от 8.4.29 г. в статье 5-й о т. н. «церковных двадцатках» укрепляет церковь тем, что узаконяет формы организации церковного актива. Из практики борьбы с церковной контрреволюцией в прошлые годы и в настоящее время нам известны многочисленные факты, когда антисоветский церковный актив использует в интересах проводимой антисоветской работы легально существующие «церковные двадцатки» как готовые организационные формы и как прикрытия. Вместе с декретом ВЦИКа от 8.4.29 г. нахожу необходимым отменить также инструкцию постоянной Комиссии при Президиуме ВЦИКа по вопросам культов «О порядке проведения в жизнь законодательства о культах». Ряд пунктов этой инструкции ставит религиозные объединения на положение едва ли не равное с советскими общественными организациями, в частности, имею в виду пункты 16 и 27 инструкции, которыми допускаются религиозные уличные шествия и церемонии, и созыв религиозных съездов».

По данным правительственной Комиссии по реабилитации жертв политических репрессий, в 1937 г. было арестовано 136 900 православных священно- и церковнослужителей, из них расстреляно 85 300; в 1938 г. арестовано 28 300, расстреляно 21 500; в 1939 г. арестовано 1500, расстреляно 900; в 1940 г. арестовано 5100, расстреляно 1100; в 1941 г. арестовано 4 000, расстреляно 1900. В одной Тверской обл. было расстреляно только в 1937 г. более 200 священников, а в Московской - около 1000. Осень 1937 г. и зиму 1937/38 г. сотрудники НКВД едва успевали ставить свои подписи под «следственными» бумагами, а в выписках из актов о приведении в исполнение смертного приговора секретарь тройки при УНКВД часто ставил «1» час ночи, потому что на написание этой цифры тратилось меньше всего времени. И получалось, что все приговоренные в Тверской обл. были расстреляны в одно и то же время.

К весне 1938 г. власти сочли, что РПЦ физически уничтожена и отпала необходимость содержать специальный государственный аппарат по надзору за Церковью и проведению в жизнь репрессивных распоряжений. 16.04.1938 Президиум Верховного Совета СССР постановил ликвидировать Комиссию Президиума ЦИК СССР по вопросам культов. Из 25 тыс. церквей в 1935 г. после двух лет гонений в 1937-м и 1938 гг. в Советской России осталось всего 1277 храмов и 1744 храма оказались на территории Советского Союза после присоединения к нему западных областей Украины, Белоруссии и Прибалтики. Таким образом, во всей России в 1939 г. храмов стало меньше, чем в одной Ивановской обл. в 1935 г. Можно с уверенностью сказать, что гонения, обрушившиеся на РПЦ в конце 30-х гг., были исключительными по своему размаху и жестокости не только в рамках истории России, но и в масштабе всемирной истории.

В 1938 г. советская власть завершила 20-летний период гонений, в результате которых процесс разрушения был доведен до состояния необратимости. Если уничтоженные или превращенные в склады храмы можно было в обозримой перспективе восстановить или отстроить заново, то расстрелянные более 100 архиереев, десятки тысяч священнослужителей и сотни тысяч православных мирян стали невосполнимой утратой для Церкви. Последствия этих гонений сказываются и в наши дни. Массовое уничтожение святителей, просвещенных и ревностных пастырей, множества подвижников благочестия понизило нравственный уровень общества, из народа была выбрана соль, что привело его в угрожающее состояние духовного разложения.

3.2 Отношения между государством и Церковью в период Великой Отечественной Войны 1941-1945 гг.

Власти не собирались останавливать процесс закрытия храмов, он продолжался, и неизвестно, каков был бы его конец, если бы не Великая Отечественная война (1941-1945). Однако ни начало войны, ни поражения первых месяцев, ни оставление обширных территорий врагу нисколько не повлияли на враждебное отношение Советского правительства к РПЦ и не побудили прекратить гонение. Лишь после того, как стало известно, что немцы попустительствуют открытию храмов, и на оккупированных территориях открыто 3732 храма, т.е. больше, чем во всей Советской России, а на территории собственно России, без Украины и Белоруссии, немцы способствовали открытию 1300 храмов, власти пересмотрели свою позицию. 4.09.1943 состоялась встреча митрополитов Сергия (Страгородского), Алексия (Симанского) и Николая (Ярушевича) со Сталиным. Утром следующего дня НКГБ СССР по приказу Сталина выделил в распоряжение митрополита Сергия автомашину с шофером и горючим. Один день потребовался НКГБ для приведения в порядок особняка, отданного Патриархии, и 7 сентября митрополит Сергий со своим небольшим штатом переселился в Чистый переулок.

Уже на 11 часов следующего дня было назначено открытие Собора епископов и возведение митрополита Сергия в сан Патриарха. Таким образом, Советское правительство демонстрировало миру перемену в своем отношении к РПЦ - лояльность, которая, впрочем, ограничилась несколькими акциями. На территории, захваченной немцами, храмы продолжали открываться и восстанавливаться, но ни Сталин, ни Советское правительство не собирались открывать церкви, предполагая ограничиться выгодами представительной деятельности РПЦ за рубежом.

Во все время Великой Отечественной войны не прекращались аресты духовенства. В 1943 г. было арестовано более 1 тыс. православных священников, из них расстреляно 500. В 1944-1946 гг. количество смертных казней ежегодно составляло более 100 чел.

3.3 Советская власть и Церковь в послевоенное время

В 1946 г. Совет по делам РПЦ, образованный 8.10.1943 с целью наблюдения за умонастроениями в церковной среде и проведения распоряжений правительства, представил в Политбюро отчет о своей работе и о положении РПЦ и верующих в Советской России, в отчете были приведены следующие цифры:

«По состоянию на 1 января 1947 г. в СССР функционирует 13 813 православных церквей и молитвенных домов, что по сравнению с 1916 г. составляет 28% (не считая часовен). Из них: в городах СССР функционирует 1352 и в рабочих поселках, селах и деревнях - 12 461 церковь... Открыто немцами на оккупированной территории (главным образом, в УССР и БССР) - 7 тыс.; бывших униатских приходов, воссоединившихся с православной церковью (западные области УССР),- 1997. Распределение их по республикам и областям крайне неравномерно. Если на территории УССР функционирует 8815 церквей, то на территории РСФСР только 3082, и то из них около 1300 церквей открыто в период оккупации». В отчете говорилось об успехах в снижении религиозности в стране, достигнутых за 29 лет, однако с религией еще далеко не покончено, а «методы грубого администрирования, применявшиеся часто в ряде мест, мало себя оправдали».

С середины 1948 г. давление государства на Церковь усилилось. 25.08.1948 г. Совет по делам РПЦ вынудил Священный Синод принять решение о запрещении крестных ходов из села в село, духовных концертов в храмах во внебогослужебное время, поездок архиереев по епархиям в период сельских работ, служения молебнов на полях. Несмотря на многочисленные просьбы верующих об открытии храмов, с 1948-го по 1953 г. ни один храм не был открыт.

24.11.1949 Совет по делам РПЦ представил Сталину доклад, в котором говорилось о выполнении (начиная с 1945 г., но особенно в последние два года) постановления СНК СССР от 1.12.1944, предписывавшего закрывать открытые на оккупированной территории церкви (т. е. еще до окончания Великой Отечественной войны советское правительство приняло решение о закрытии открытых без его разрешения храмов).

В свою очередь 25.07.1948 г. министр МГБ В. Абакумов подал Сталину обширную докладную записку, в которой говорилось об активизации в последнее время деятельности «церковников и сектантов» «по охвату населения религиозным и враждебным влиянием», особенно через крестные ходы и молебны, якобы срывавшие полевые работы, через нелегальное религиозное обучение детей и молодежи, а также благодаря возвращению из мест заключения ранее репрессированных лиц. Отмечалось, что со стороны представителей местной власти в некоторых случаях имело место оказание помощи в открытии церквей, мечетей и молитвенных домов, говорилось о неэффективной работе Совета по делам РПЦ и советов по делам религиозных культов при облисполкомах по противодействию «церковникам». Органами МГБ с 1.01.1947 по 1.06.1948 по Советскому Союзу «за активную подрывную деятельность» было арестовано 1968 «церковников и сектантов», из них православных - 679.

Все послевоенное время шли аресты православных священников. Согласно сводному отчету ГУЛАГа, на 1.10.1949 количество священников по всем лагерям составляло 3523 чел., из них 1876 священников были в Унжлаге, 521 чел.- в Темниковских лагерях (Особый лагерь № 3), 266 чел.- в Интинлаге (Особый лагерь № 1), остальные - в Степлаге (Особый лагерь № 4) и Озерлаге (Особый лагерь № 7). Все эти лагеря принадлежали к категории лагерей каторжного режима.

В октябре 1949 г. председатель Совета по делам РПЦ Г. Г. Карпов стал настоятельно предлагать Патриарху Алексию I (см. прил. 7) «продумать сумму мероприятий, ограничивающих деятельность Церкви храмом и приходом». Неоднократные попытки Первоиерарха встретиться со Сталиным окончились неудачей. Стало запрещаться и то, что Церковь могла совершать в рамках своей богослужебной жизни - крестные ходы, кроме пасхальных, поездки духовенства в населенные пункты для духовного оформления верующих, оформление одним священником нескольких храмов, что при отсутствии священника могло привести к их закрытию.

Заключение

Положение церкви в современный период остается по-прежнему не совсем благополучным. Не решены многие внутренние проблемы, сохраняется излишняя политизация, крах советского режима не привел автоматически к установлению подлинно правовых церковно-государственных взаимоотношений, хотя отношение государства к церкви и религии изменяется (возвращаются храмы верующим, церковь получила возможность заниматься благотворительной деятельностью). Существует проблема реформирования действующего законодательства о культах, необходимо разработать новую модель государственно-церковных отношений. Это невозможно осуществить, не учитывая весь богатый исторический опыт российского государства в этой области, включая и советский период.

Последствия гонений и развала духовности у российского народа, привели к тяжёлым последствиям. Особо явно это можно было увидеть в начале 90-х годов. Люди не имея чёткого духовного ориентира, готовы были верить чему угодно. Достаточно вспомнить коллективные сеансы, которые проводили экстрасенсы, гипнотизеры. Так же появилась масса литературы и телепередач о НЛО и неведомых пришельцах. В это же время повсеместно открылось множество различных «сект», которые увлекли не малое число своих приверженцев в духовные ереси. Всё это духовное безумие произошло вследствие развала духовности и моральных устоев.

Список литературы и источников

1. Васильева О. Ю. Русская православная церковь и Советская власть в 1917-1927 годах. Вопросы истории №8. М.: Республика,1993.

2. Далгатов А.Г. Правительственная политика по отношению к этноконфессиональным меньшинствам. СПб.: Нестор, 2002.

3. Зеньковский С. Трагедия русского православия. М.: Родина, 1994.

4. Павлова И.В. Власть и общество в СССР в 1930-е гг. Вопросы истории № 10, 2001

5. Поспеловский Д.В. Русская православная церковь в 20 веке. М.: Республика, 1995.

6. Ратьковский И.С., Ходяков М.В. История Советской России. СПб.: Лань, 2001.

Приложение 1

Святейший Патриарх Тихон

Приложение 2

Петроградский процесс 1922 г.

Приложение 3

Значок «Союза воинствующих безбожников»

Приложение 4

Митрополит Сергий

Приложение 5

Памятная Записка соловецких узников

Приложение 6

Итоги переписи населения СССР 1937 г.

Приложение 7

Патриарх Алексий Й

Размещено на Allbest.ru


Подобные документы

  • Православие-старейшее направление в христианстве. Православная Церковь в годы революции и гражданской войны. Советская власть и православие в первой половине 1920-хгг. Судьба Церкви-судьба народа. Попытки духовенства оказывать сопротивление властям.

    реферат [28,6 K], добавлен 11.09.2008

  • Анализ истории отношений государства и церкви, ее патриотической деятельности в период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Патриотическое служение Русской Православной Церкви в военные годы. Прагматизм сталинской политики в "религиозном" вопросе.

    курсовая работа [49,7 K], добавлен 24.09.2014

  • Формирование основных тенденций конфессиональной политики советской власти в 1918-1921 гг. Русская православная церковь и советская власть в 1920–х гг. Положение римско-католической церкви. Протестанты и их взаимоотношение с советским государством.

    дипломная работа [73,3 K], добавлен 20.04.2014

  • Становление советской власти и ее влияние на русскую православную церковь. Гонение нового государства на религиозные организации во времена "Воинствующего безбожия". Государство и церковь во время Великой Отечественной войны и в послевоенное время.

    курсовая работа [59,4 K], добавлен 18.01.2017

  • Изменения в правовой регламентации деятельности советской школы во время Великой Отечественной войны. Исследование политики оккупантов в области народного образования на оккупированных территориях СССР. Учебно-воспитательный процесс в советской школе.

    дипломная работа [136,8 K], добавлен 29.04.2017

  • Положение Украины в период Второй Мировой и Великой Отечественной войны. Движение Сопротивления: партизаны и подполье. ОУН-УПА в 1941-1945 гг. Освобождение Украины и итог войны. Восстановление народного хозяйства после войны. Оттепель и период застоя.

    реферат [49,4 K], добавлен 16.03.2011

  • Предпосылки и причины Второй мировой войны. Ход Великой Отечественной войны: осуществление плана "Барбаросса", битва под Москвой и Сталинградом, освободительная миссия Советской Армии в Европе, капитуляция Германии. Участие СССР в разгроме Японии.

    контрольная работа [44,4 K], добавлен 24.09.2013

  • Становления советской власти в России представляет собой период гражданской войны и иностранной интервенции. Победа советской власти произошла благодаря организованному насилию власти. Главной идей революции было противостояние народа и интеллигенции.

    контрольная работа [20,0 K], добавлен 06.01.2009

  • Защищаемые государством сведения. Документы, которые входят в компетенцию государственной тайны. Переход командующего А.А. Власова на службу к немцам. Бои под Ржевом. Гибель Юго-Западного фронта Красной Армии во второй половине сентября 1941 года.

    реферат [22,6 K], добавлен 28.05.2015

  • Русская православная церковь накануне Великой Отечественной войны. Сбор пожертвований для нужд фронта. Церковь в первые дни войны. Изменение отношений государства к ней. Награды за отвагу и мужество служителям церкви. Жизнь архиепископа Луки в годы войны.

    реферат [30,3 K], добавлен 02.02.2013

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.