Начальное народное образование в России во 2-й половине XIX – начале XX века (сравнительная характеристика церковно-приходской и земской школы)

Возникновение, развитие народного образования в России в X-XVII вв. Особенности его существования от Петра I до начала либеральных реформ Александра II. Церковно-приходская и земская школы в системе образования. Государственная политика и финансирование.

Рубрика История и исторические личности
Вид дипломная работа
Язык русский
Дата добавления 22.10.2013
Размер файла 107,5 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

«Шуйский государственный педагогический университет»

Кафедра философии и религиоведения

Дипломная работа

Начальное народное образование в России во 2-й половине XIX - начале XX века (сравнительная характеристика церковно-приходской и земской школы)

Работу выполнил:

Витязева Ольга Федоровна, студент 5 курса

4 группы дневного отделения

Научный руководитель:

профессор, кандидат философских наук

Добродеева Ирина Юрьевна

Шуя 2007

Содержание

Введение

Глава I. История становления народного образования в России с древнейших времен до 60-х гг. XIX века

1.1 Возникновение и развитие народного образования в России в X-XVII вв.

1.2 Народное образование в России от Петра I до начала либеральных реформ Александра II

Выводы по 1-й главе

Глава II. Общественно-педагогическая мысль России о характере развития народного образования во 2-й половине XIX века

2.1 Народное образование в свете общественных споров 50-60-х гг. XIX века (по материалам периодической печати)

2.2 Выдающиеся русские педагоги и мыслители о назначении и смысле начальной школы

Выводы по 2-й главе

Глава III. Церковно-приходская и земская школы в системе начального образования России (1861-1918)

3.1 Государственная политика в сфере народного образования. Проблема финансирования земских и церковно-приходских школ

3.2 Организация учебно-воспитательного процесса в церковно-приходских и земских школах

3.3 Учительство церковно-приходской и земской школ

Выводы по 3-й главе

Заключение

Библиография

Введение

Актуальность исследования. В течение последних двух десятилетий в стране происходят коренные преобразования, идет поиск новых путей развития общества. В педагогической науке выдвигаются разнообразные варианты построения оптимальной модели воспитания и образования, призванной решить проблемы молодого поколения. В результате современная система образования породила ряд противоречий.

С одной стороны все согласны с тем, что существует необходимость духовно-нравственного обновления российского общества. Правительственная «Программа развития воспитания в системе образования России» на 1999-2001 годы начинается со слов: «Духовно-нравственное становление детей и молодежи, подготовка их к самостоятельной жизни есть важнейшая составляющая развития общества, государства» [Цит. по: 9, с. 145]. Отечественные традиции названы одной из основ обновления содержания и структуры воспитания. По-новому оценивается роль Православия в истории России, и признается его большое влияние на духовно-нравственное развитие человека.

С другой стороны неправильное понимание светского государства как атеистически ориентированного приводит к тому, что цели, задачи и содержание образования основываются на атеистическом мировоззрении (сейчас еще модно называть его гуманистическим). В результате православный взгляд на человека и мир в современной педагогике полностью игнорируется.

Таким образом, данное противоречие создает предпосылки для переосмысления принципов и целей современного образования, а в соответствии с ними и его содержания. Однако, построить новую школу нельзя, отбросив все старое, созданное мудростью народа. Без знания о том, чем жила старая школа, какими силами располагала, какие идеалы завещала, нельзя понять, что она должна нести в себе сейчас. Тем более, что в истории России во второй половине XIX века уже была подобная ситуация, когда школа стояла перед выбором, какой идеал взять за основу - гуманистический или православный. Конечно, у них обоих есть много общих черт, оба они в качестве основной цели выделяют воспитание личности. Но коренное их различие состоит в том, что гуманистический идеал - антропоцентричен, а традиционный для России православный идеал - христоцентричен. Первый был взят за основу в земской школе, а второй - в церковно-приходской. Сравнительная характеристика мировоззренческих оснований и истории деятельности двух этих наиболее распространенных во второй половине XIX - начале XX века типов школ поможет разобраться в сложной ситуации выбора идеологического обоснования образования, сложившейся в настоящее время в современной педагогике.

Степень разработанности проблемы. В отечественной истории и истории педагогики по объекту исследования имеется достаточно обширный материал. Для более удобного его рассмотрения необходимо обозначить общую схему периодизации историографии: дореволюционная, советская и современная (постсоветская) историография.

Консервативные историографы дореволюционного периода освещали преимущественно деятельность государства в области образования. Основные работы были написаны В. В. Григорьевым, С. И. Миропольским, С. В. Рождественским. Источниками для их трудов служили многочисленные циркуляры, постановления, распоряжения правительственных и государственных учреждений. Эти исследования представляют значительную научную ценность, так как вводят в оборот большой массив документов.

Принципиально иной была источниковая база у либералов, писавших о земской деятельности в области народного образования -- земские статистические обследования, материалы делопроизводства земских учреждений, периодической печати, произведения ведущих педагогов, сотрудничавших с земствами. В число сочинений подобного рода попадают обобщающие труды В.И. Чарнолуского [56], П.Ф. Каптерева [16], Б.Б. Веселовского.

Правительственные мероприятия предстают в их работах как препятствия делу «народного просвещения» и потому рассматриваются в русле общеполитической борьбы за «народное освобождение». Именно их работы во многом содействовали тому, что в историографии утвердился взгляд на начальную школу как исключительную заслугу земства. Упомянутые авторы создали представление, согласно которому земская начальная школа оценивалась как наиболее успешная и эффективная форма образования народа. Из их сочинений эти оценки, воспринимаемые некритично, перекочевали в советскую историографию.

Анализируя ситуацию написания этих трудов, мы сталкиваемся с феноменом особой системы личных, неформальных связей, объединявших общественных деятелей, занимавшихся проблемами образования. Это специализированное сообщество воспринималось остальной частью политически активной либеральной «общественности» в качестве группы экспертов, и поэтому выводы и оценки этой группы оказывались быстро ретранслируемыми в «общественное мнение» и либеральную прессу, создавая эффект общественной истины, противопоставляемой точке зрения государства[1].

Большое значение имеют также церковные источники, не обладавшие официальным статусом. В первую очередь это пресса. Привлечение, кроме либеральных, ряда церковных периодических изданий («Русской беседы», «Христианского чтение», «Домашней беседы для народного чтения») позволило отследить реакцию традиционного общества на происходившие изменения в сфере начального народного образования. Также в эту группу входят труды И.Н. Корсунского [18], Ф.В. Благовидова, В.С. Маркова. Данные авторы в своих сочинениях отмечали необходимость решения вопроса образования народа в плоскости духовно-нравственного совершенствования, отмечали особую роль Православной Церкви в деле народного просвещения.

В связи с рассмотрением в данной работе философско-педагогического аспекта и духовно-нравственного базиса школ немаловажным также является педагогическое наследие русских философов и школьных деятелей. Эта группа источников также распадается на два направления: традиционно-церковное (К.Д. Ушинский [52], С.А. Рачинский [36], К.П. Победоносцев[34], В.В. Розанов [40], И.В. Киреевский [17] и др.) и либерально-демократическое (Н.А. Добролюбов [11], Н.Г. Чернышевский [57], Л.Н. Толстой [51]).

В советский период, в силу доминирования в это время в стране атеистической идеологии марксизма-ленинизма, вопрос о духовно-нравственном базисе дореволюционной школы не представлял научного интереса, а процесс становления начального народного образования в России XIX - начала XX вв. характеризовался необъективно. Многие исследователи (Н.А. Константинов, Н.В. Чехов, Е.Ф. Грекулов, В.Я. Струминский, В.З. Смирнов) рассматривали вопрос о народном образовании исключительно с точки зрения развития общественной, земской школы, противопоставляя ее проправительственным церковным школам.

С изменением общественно-политической ситуации в России в начале 90-х гг. XX в. появилась возможность объективно оценить вклад различных общественных сил в дело народного просвещения. В ряде исследований этого периода наметилась тенденция к переоценке социально-политического и духовного развития России во второй половине XIX - начале XX вв. Церковь стала рассматриваться как институт, способствовавший повышению культурного уровня населения, закладывавший нравственные основы развития личности и общества. Эти аспекты получили свое отражение в работах С.В. Римского [38], Д.И. Латышиной [24], В. Рожкова [39], Е. Шестуна [9, 58], а также в диссертациях Е.С. Введенского [7], Е.В. Крутицкой [21], Р.В. Ященко [60] и др.

Вместе с тем важно отметить и то обстоятельство, что появление и развитие начальной школы для русского крестьянства традиционно отечественными историками рассматривается как заслуга земства. И земская школа оценивается как наиболее успешная и эффективная форма образования для народа. Тема земства и его образовательной деятельности в постсоветский период получает второе дыхание. Помимо общих работ по истории земских школ (М.Ф. Соловьевой [48] и др.) есть также немало работ, посвященных изучению земских школ в отдельных регионах.

Следует отметить, что в то же время тема объективной оценки значимости и вклада в народное образование церковно-приходских и земских школ в истории педагогики не разработана. В современной историографии отсутствует общий научный анализ состояния и деятельности как земских, так и церковно-приходских школ. Нет и работ, посвященных сравнению этих двух наиболее распространенных на тот период типов народной школы и выяснению роли каждого в народном образовании. Данное обстоятельство и определило выбор темы исследования: «Начальное народное образование в России во второй половине XIX - начале XX века (сравнительная характеристика церковно-приходской и земской школы)».

Научная новизна и практическая значимость исследования заключается в следующем. Проведено исследование принципов построения народного образования и выявлены специфические черты деятельности этих двух наиболее распространенных на тот момент типов школ. Практическая значимость состоит в возможности использования результатов данного исследования для разработки концепции современной системы народного образования (ее идеологической базы).

Проблема исследования может быть сформулирована следующим образом: «Каковы значение и роль церковно-приходской и земской школ в истории России?»

Целью исследования является проведение сравнительной характеристики мировоззренческих оснований и особенностей функционирования церковно-приходской и земской школ.

Задачи исследования. Для достижения данной цели представляется необходимым решение следующих задач:

выяснить роль Церкви в становлении и развитии народного образования России;

провести анализ материалов периодической печати и философско-педагогического наследия для сравнения идеологической базы данных типов школ;

проанализировать характер государственного влияния на сферу народного образования;

определить специфику влияния материального фактора на развитие школьного дела;

рассмотреть, как осуществлялась практическая реализация просветительских задач в данных типах школ;

раскрыть социальный и духовный облик учительства земских и церковно-приходских школ.

Объект исследования - начальное народное образование России 1861-1918.

Предмет исследования - идеологические принципы и практическая деятельность церковно-приходской и земской школ.

Используемые методы исследования: историко-генетический и сравнительно-сопоставительный анализ различного рода материалов; анализ, систематизация и обобщение исторических фактов и философско-педагогических трудов; выявление тенденций и закономерностей развития начальной школы.

Глава I. История становления и развития народного образования в России с древнейших времен до 60-х гг. XIX века

1.1 Возникновение и развитие народного образования в России в X-XVII вв.

Историю образования в России принято отсчитывать от даты принятия Русью христианства (988 год), так как именно с этого времени начинаются фундаментальные изменения всех сторон жизни Древней Руси, в том числе и воспитания. Одной из ведущих его форм становится религиозно-христианское воспитание, которое в одинаковой мере воздействовало на все слои общества. И в великокняжеских палатах, и в боярских теремах, у служилых людей, в купеческих домах и в семьях простого люда образование получало один и тот же целенаправленный духовный характер. Цель же воспитания состояла в том, чтобы указать человеку путь, средства, условия очищения и восстановления в нем «прежде падшего» образа Божия, уподобления Христу, показавшему совершенный образ человечности в условиях этого мира.

Христианство распространялось быстро и плодотворно. То обстоятельство, что первые известия об отдаче детей в книжное учение соответствуют по времени известиям об учреждении христианства в Киеве и Новгороде, подтверждает, как цель обучения детей книжной премудрости, так и церковный характер направленности этого учения. До эпохи Петра I единственным содержанием образования на Руси служила религиозная истина в ее православно-церковном виде. В этой истине черпали свою духовную силу строители и защитники московской государственности.

Для более четкого понимания общей картины развития народного образования в России допетровского периода необходимо дать определенную периодизацию. Считается, что наиболее оптимальный ее вариант был разработан ученым XIX столетия С. И. Миропольским, который специализировался в данном направлении истории педагогики [60, с. 23].

Начальный период - от основания первых училищ на Руси до монгольского ига (988-1238). Просвещение народа «книжным учением» распространяется по Руси параллельно с христианизацией. Школы существуют вместе с Церковью и под руководством церковных властей. Распространение начальных училищ идет быстро, свободно без потрясений, охватывает всю Русь и дает положительные результаты.

Большое значение имели монастыри, которые появляются на Руси достаточно рано и становятся первыми учреждениями, распространяющими азы православной веры и книжного учения. В домонгольский период их насчитывалось около пятидесяти. В них создавался совершенно уникальный климат целостного воспитания человека. Там, изучая по кожаным рукописным книгам вселенский опыт святых, напитываясь примерами их многоразличных подвигов в пустынях и в миру, в царских дворцах и убогих хижинах, на поле боя и в делах гражданских, получая одновременно навык правильной христианской жизни от рядом стоящего духоносного наставника, ученики-послушники постепенно возрастали до нового человека, святого. В монастырях формировалась наука, замечательная по своей неразрывной связи между теорией и практикой. Святоотеческие творения изучались не ради теоретических богословских познаний (знания ради знания) или получения ученых степеней и почетных должностей, но единственно из стремления найти верный путь образования в себе истинного христианина. И таковой становился свят не для себя одного. Потому монастырь имел огромное нравственное влияние на все общество в целом [32, с. 36-37].

И не только нравственное. Вся русская книжность шла также из монастырей, в которых она формировалась главным образом на великой византийской книжности, несущей с собой высшую образованность того времени. Переводы здесь делались не случайные: брали лучшие книги, воспитывающие и ум, и душу человека, а не развращающие его под предлогом просвещения, как это происходит позднее. Такая проверенная критерием истинной мудрости и святости литература закладывалась в основу всего образования на Руси.

Потому грамотность не была ни самоцелью, ни тем более средством к земному успеху. Образование всегда было подчинено высшей цели - духовному и нравственному становлению человека. Отцы наши хорошо видели первичность духовного начала в жизни личной и общественной и понимали, что духовно цельный человек и худое сделает прекрасным, а многознающий, но страстный и развращенный, и лучшую жизнь превратит в ад.

Эта цель познавания - стать человеком более святым, а не богатым - находила отклик и с благоговением принималась во всех слоях русского общества, становясь достоянием практически всего народа, даже неграмотных, поскольку содержала в себе не абстрактные "философические" материи, а очевидную норму реальной святой жизни и прямо отвечала на самый главный вопрос человека - о смысле его жизни. Так постепенно, несмотря на постоянное противоборство языческих начал жизни, созидался общий дух нации, утверждался ее идеал - устроение Святой Руси.

Из монастырей образование распространялось по Руси с епископами, назначенными из монахов, и каждая новая епархия становилась новым учебным округом, новый монастырь - училищем, новая церковь - школой.

Часто первые шаги в появлении школ делали князья. Но, как и любой правитель, тот или иной князь не мог постоянно контролировать этот процесс последовательно и плодотворно, поэтому дальнейшее существование школ обеспечивалось только при сочувствии и поддержке приходов. Община земледельцев стала восполнять церковные нужды, заботясь о церкви с причтом, о школах и училищах в деле образования и воспитания детей.

Таким образом, можно сделать вывод, что с принятием христианства образование начинает не просто развиваться быстрыми темпами, но что в это время складывается в определенной мере целостная система образования. Она включает в себя начальные школы, школы, дающие более высокий уровень образования - княжеские и монастырские школы, и «высшие» школы. Конечно, необходимо оговориться о том, что все эти школы были достаточно разрознены и не имели какого-либо единого устава и преемственности.

Распад единого Киевского государства не остановил процесса развития и расширения образования. Устойчивое функционирование различных типов школ позволяло иметь достаточно большое количество образованных людей в это время. Так Б.В. Сапунов полагает, что можно «определить нижнюю границу прослойки грамотных людей в Новгороде XII - начала XIII вв.: не менее 5 % от всего населения или не менее 10 % от населения взрослого. Верхнюю границу пока установить затруднительно. Такой же процент грамотных людей должен был существовать и в других наиболее крупных городах Древней Руси» [44, с. 54].

Второй период охватывает время, приходящееся на татаро-монгольское иго (1238-1480). Татаро-монгольское нашествие приостанавливает начавшийся быстрый рост учебных заведений. Более того, число школ резко сокращается, исчезли государственные школы. Светская власть сконцентрировалась на проблемах внешней и внутренней политики. Идет борьба за новые территории, главенство над всей Русью, охота за ханским ярлыком. Времени на развитие новых школ, к сожалению, не остается. Но духовенство все же сберегает школу: образование сосредотачивается в монастырях и поддерживается черноризцами, священниками и причтами.

Духовенство, как наиболее образованное сословие, продолжая учить население грамоте в храмах и монастырях, поддерживает училища и школы с сохранением православной веры. Следует отметить, что татаро-монголы с уважением относились к любым религиозным институтам и обеспечивали духовенству личную и имущественную неприкосновенность, церковное управление и права. Особые исторические условия выделяют духовенство из других категорий и делают грамотность для детей священников обязательной.

В татаро-монгольский период появляется на Руси частное обучение - школы грамоты, в которых давали основы знаний «книжные людские повестники», «мастера грамоты». Но такие школы находились на более низком уровне, чем церковно-приходские. В школу поступали дети в возрасте 7-10 лет и обучались чтению, письму, церковному пению и в некоторых случаях иконописи. Воспитание совершалось в духе евангельской любви, кротости, страха Божия.

Третий период начинается со второй половины XV века и продолжается до начала правления Петра I. В XV веке в виду упадка просвещения и возникновения ересей, духовные иерархи предпринимают меры к учреждению правильно устроенных церковных школ по всему государству. Уровень образования был таким низким, что в конце XV века приходилось ставить в священники безграмотных людей. Тяжелое состояние просвещения в этот период архиепископ Геннадий Новгородский в своем послании митрополиту Симону выражает такими словами: «По малому числу грамотных некого ставить в священники, учиться же никто не хочет» [28, с. 755]. Он же просит Ивана III, чтобы тот ради своей чести и спасения земли русской от позора, повелел завести училища, хотя бы для подготовки иереев [28, с. 755-756].

В XVI веке монастыри продолжали считаться основным источником образования и распространения грамоты вне пределов церковной общины. Важнейшим стимулом обучения грамоте являлись книги. Особенно их роль увеличивается после изобретения станка для книгопечатания. Результатом издания и накопления книг был рост библиотек. Библиотеки имелись уже не только при монастырях, но и при архиерейских кафедрах, при городских и сельских церквах.

С 1551 года по итогам Стоглавого собора было решено открывать в домах священников, дьяконов церковные школы для обучения грамоте, книжному письму, церковному пению и чтению. [42, с. 118-119]. Но такие церковные школы существовали только в крупных центрах.

С середины XVII века в Москве появляются новые типы церковных школ, где помимо традиционных предметов включалось изучение иностранных языков, либо греческого, либо латинского. Необходимость такого типа предметов в образовании обуславливалась потребностью в священниках, владеющих классическими языками: накопилось огромное количество богослужебных книг, которые необходимо было исправлять; уметь вести обоснованную полемику с униатами, еретиками; поддерживать своей ученость повышающийся на православном Востоке авторитет Московской патриархии.

В целом же в XVII веке преобладало домашнее обучение, включающее чтение, письмо и счет. Поместный Собор 1666-1667 гг. повелел «чтобы всякий священник детей своих научил грамоте» [28, с. 755]. Грамотные люди чаще всего сами обучали своих детей. Характер образования, полученного на дому и в начальных школах, был одинаковым, так как основными учебными пособиями оставались Псалтирь и Часослов - богослужебные книги с текстами молитв. В это время активно внедряется в образовательный процесс использование букварей и азбук, но и их содержание определяли церковные тексты. Поэтому обучение начальной грамоте служило одновременно и школой усвоения православного вероучения.

Учителями были представители белого и черного духовенства: священники, диаконы, дьячки, архимандриты, иеромонахи, а из светских учителей - мастера грамоты, находившиеся в тесной связи с духовенством (помощники дьячка, лица, готовившиеся занять духовную должность).

В результате всех этих перемен число грамотных на Руси растет. Так, по подсчетам А. И. Соболевского, в XVI-XVII веках грамотными были почти все представители белого духовенства, среди дворян было 50 % грамотных, «между московскими торговыми людьми XV-XVII веков грамотность была обычным явлением», среди посадского населения - не менее 20, а среди крестьян не менее 15 % [47, с. 4-8].

1.2 Народное образование в России от Петра I до начала либеральных реформ Александра II

В царствование Петра вместе с преобразованием им России особенно усиливается влияние Запада на все сферы государственной деятельности. В своих реформах Петр производил ломку нашей православной веры на почве явных своих симпатий к протестантизму. Упразднив патриаршество и учредив «духовную коллегию» - Синод, он лишил Церковь ее самостоятельности, подчинил духовную власть гражданской. Церковь отныне была обязана участвовать в мирской жизни по спускаемым ей правительством предписаниям. Петр старался переустроить быт русского народа, который весь был проникнут церковностью, на немецкий лад: издавал постановления против обрядности, крестных ходов, умножения часовен, годичного хранения артоса, богоявленской воды и т.д. [14, с. 411]. Реформирование монастырей привело к резкому их обнищанию, а число монахов было очень ограничено.

В итоге противоцерковных реформ Петра в жизни русских людей произошло охлаждение к православной вере и всем внешним формам ее проявления. Еще современное Петру русское образованное общество, проникаясь европейскими протестантскими взглядами, начало стыдиться своей прежней детской и простодушной религиозности и старалось скрывать ее, тем более, что она открыто с высоты престола и начальственными лицами подвергалась резкому осуждению.

Кроме того, Петр привил русскому народу симпатию к протестантизму, имевшему в себе самом великий соблазн и привлекательность, так как он возвышает человека, человеческую личность над Богом, дает перевес его разуму и свободе над авторитетом веры и обольщает независимостью и прогрессивностью своих начал. Поэтому он сделался главной основой, на которой, с легкой руки Петра, у нас стало распространяться свободомыслие в виде вольтерьянства, масонства, сектантства, гуманизма, социализма, нигилизма и других заблуждений [См. об этом подробнее: 46, с. 35-48].

Суть петровских реформ в области образования - в сословности и секуляризации системы образования. Исчезает ее церковно-богослужебный характер. Церковные книги больше не изучаются. К чтению рекомендуются книги, излагающие учение других вер. Допускается религиозный скепсис и признание некоторого несовершенства своей веры. Появляется религиозный рационализм, чуждый образованию допетровской эпохи. Характерное для петровской эпохи педагогическое сочинение «Юности честное зерцало» признает важным не воспитание ума и сердца, не развитие нравственности и благочестия, а внешнюю благопристойность, манеры и платье.

Государственные мероприятия этого периода в сфере образования были обусловлены важностью получения населением таких знаний, которые могли бы быть полезными для армии и флота, а также для экономического и культурного развития страны. Сформированные в лоне православной культуры основы обучения церковно-приходской школы не соответствовали прагматическому пониманию Петром I государственных интересов. Поэтому, энергично устраивая профессиональное образование для высших сословий, поддерживая крутыми и даже жесткими мерами его обязательность, император предоставил начальную школу ее естественному ходу и тем наличным средствам, какими она обладала. В результате духовенство по-прежнему обучало народ при церквях. Под руководством дьячка в его же доме они обучались церковному пению и чтению. Само жилище причетника стало называться в простонародье школой. При этом звание дьячка до того слилось в понятии народа с учительством, что, по словам М. И. Сухомлинова, самые крутые меры не в состоянии были подорвать доверия к дьячковским школам [См.: 21, с. 47].

Однако, отняв у русской Церкви ее имущество и превратив монастыри в благотворительные учреждения, Петр лишил их средств для приобретения книг и учреждения школ и тем самым уничтожил основу для истинного церковного просвещения русского народа, которое Церковь распространяла благодаря своим богатым средствам. Интересно отметить, что так смотрел на отнятие у Церкви ее имуществ и наш гениальный А. С. Пушкин. Еще в ранней молодости, проживая в Кишиневе, он высказал однажды свое письменное мнение, что отобрание церковных имений нанесло сильный удар просвещению народа в России [См.: 46, с. 42].

Кроме того, усиление государственной и крепостной зависимости привели к тому, что образование все меньше становилось потребностью широких слоев населения. В результате всех этих изменений уровень грамотности в России в XVIII веке упал по сравнению с предшествующим веком.

После Петра русскому народу снова пришлось пережить ряд глубоких потрясений в своей вере - во время царствования императрицы Анны Иоанновны, когда окружавшие ее немцы-протестанты во главе с Бироном открыто гнали православную веру, а затем долгого правления императрицы Екатерины Второй. Последняя исполняла все требования наружного благочестия, но не имела православной настроенности и ценила религию исключительно с точки зрения ее пользы для государства. Особенно тяжкий удар она нанесла Церкви через окончательное отобрание в казну монастырских имений и введение монастырских штатов. В силу этой пагубной реформы было закрыто 4/5 монастырей. При отобрании церковных имений было дано обещание обеспечить духовные школы и духовенство, но оно не было исполнено государственной властью. И что интересно, последняя не получила от этой реформы большой пользы, так как огромная часть монастырских имений была роздана императрицей в дар своим фаворитам.

Зато это привело к значительному обеднению Церкви и лишило ее возможности разворачивать школьно-просветительскую деятельность; возникшее в то время стесненное, зачастую бедственное положение духовенства, лишило его достаточных средств даже для собственного образования. Большинство школ перешло под управление светской власти. За священниками осталось право учительствовать лишь в полной зависимости от училищных начальников. Народными школами стали распоряжаться светские лица. И хотя в течение XIX столетия церковные средства снова начали возрастать, однако независимость народных школ от влияния Церкви не располагало последнюю к проявлению активности в развитии школьного дела. Духовенство не было заинтересовано в том, чтобы тратить церковные средства и собирать пожертвования на школьное строительство при условиях, которые были, например, в 60-х годах, когда в земских школах было не больше двух уроков Закона Божия в неделю, а учителя из демократической интеллигенции подрывали у детей основы всякой религиозности.

Итак, вместе с лютеранством начала западного неверия в виде гуманизма быстро стали распространяться в России и укореняться в жизни русского народа. Гуманизм не только предоставляет человеческому разуму полную свободу в области веры, но с корнем уничтожает ее, так как по своему существу он есть неверие в бытие Высшего Божественного Существа, каковым гуманизм считает самого человека, проповедуя человекобожие, что то же самое, что и богоборчество. Гуманизм не признает для человека никаких авторитетов, кроме его собственного разума. Поэтому русское общество, увлекаясь гуманизмом, вместо Церкви и ее святоотеческого учения, поставило науку в качестве высшего для себя авторитета. Критерием истины для большинства русских интеллигентных людей была не церковность, осеняемая Духом Святым, Духом Истины, а научность с богоборческим духом князя мира сего, который незримо через общественное мнение стал властно управлять русским народом, заставляя его преклоняться перед либеральной научностью, отрицающей и ниспровергающей авторитет Церкви. Отсюда и рождается тНачальное народное образование во второй половине XIX - начале XX века (сравнительный анализ церковно-приходской и земской школы)

приверженность, прежде всего, научному просвещению, которая начала господствовать особенно явно в русском обществе в XIX веке. Овладение наукой стало сводиться к учености, эрудированности, имеющей протестантскую окраску.

Так, Екатерина II, увлеченная желанием просветить народ, задумала целую систему народного просвещения, которая должна была не только учить, но и воспитывать. Перенесение воспитания из семьи в школу было связано с изменением педагогического идеала. Евангельский идеал заменялся зародившимся в Европе в эпоху Возрождения гуманистическим идеалом. Речь велась о воспитании добродетелей, путем воспитания и развития естественных, природных склонностей человека. И способ такого воспитания состоял в стремлении оградить ребенка от всех влияний окружающей среды, поэтому учебные заведения были запланированы закрытого типа. Но задумка эта до конца не была претворена в жизнь. Церковно-приходские же школы при Екатерине II преследовались.

Народ, однако, не принял новой образовательной политики государства, которая предусматривала «совершенное устранение духовенства от религиозно-нравственного образования народа». Поэтому в дьячковские и пономарские школы дети более охотно шли учиться, тогда как в народном училище приходилось прибегать к содействию полиции, чтобы собрать детей, разбегавшихся из него [21, c. 49].

Конечно, последующие правители, начиная с Павла, были благожелательно настроены к Русской Церкви. Они способствовали развитию монашества, умножению монастырей и церквей в России и содействовали духовному образованию. Но неверие уже слишком глубоко укоренилось в русской жизни.

Начало XIX века охарактеризовалось либеральными начинаниями в области просвещения. В 1802 году было открыто Министерство народного просвещения. Оно являло собой специальный государственный орган, который придал школам внешнюю стройность и порядок. Согласно «Уставу учебных заведений, подведомственных университетам» (1804) вводилась новая система народного образования и управления учебными заведениями. Из малых народных училищ образовались две разновидности низших училищ: приходские и уездные, которые имели целью подготовку для поступления в высшие учебные заведения и обучение первоначальным сведениями. Однако к улучшению просвещения народа это не привело. Устав свел школьное дело в селах к свободному участию в нем духовенства без конкретного материального обеспечения, но с прибавкой административной регламентации со стороны министерства, попечителей округов и т.д.

Кризисные явления в российском обществе, вызванные выступлением декабристов, вынудили придать внутренней политике жесткий консервативный характер. В основе реформ народного образования данного периода лежало сословное разделение. В рескрипте от 19 августа 1827 года на имя министра народного просвещения Шишкова император Николай I высказал, что для полного соответствия правил народного воспитания истинным потребностям и положению государства необходимо, чтобы «повсюду предметы учения и самые способы преподавания были, по возможности, соображаемы с будущим вероятным предназначением обучающихся, чтобы каждый, вместе с здравыми, для всех общими понятиями о вере, законах и нравственности, приобретал познания, наиболее для него нужные, могущие служить к улучшению его участи, и, не быв ниже своего состояния, также не стремился через меру возвыситься над тем, в коем, по обыкновенному течению, ему суждено оставаться» [Цит. по: 16, с. 246].

Если Александровская система образования связывала все учебные заведения в одну непрерывную цепь так, что низшая школа по необходимости являлась ступенью к высшей, то Николаевская реформа предполагала разъять эту систему на части, но из каждой части сделать совершенно особое, самостоятельное целое. Каждому учебному заведению было определено преимущественное предназначение: приходские училища учреждаются для детей крестьян, мещан и ремесленников низшего класса; уездные училища - для детей купечества, промышленников и людей свободного состояния; гимназии - для посвящающих себя различной государственной службе детей дворян и чиновников, не исключая и другие свободные состояния, кроме крепостных и казенных крестьян. В целом план этих преобразований никогда не был осуществлен, принятие же частных мер, вытекающих из этого плана, растянулось на многие годы. Неизменным в системе образования при новом порядке осталось приходское училище. Оно продолжало служить подготовительной ступенью для следующих.

Усматривая в просвещении, и не без основания, опасность в распространении прогрессивных идей, николаевская реакция старалась формировать систему образования для народа на основе «теории официальной народности» и давнего союза Православной Церкви и самодержавного государства. Однако, в условиях борьбы с ростками свободомыслия, верховная власть особенно не стремилась к народному обучению, даже в рамках церковно-приходского образования, далекого от просветительских идей, и средств на это дело не выделяла. Помещики же, в большей степени, рассматривали школу для народа как учреждение, способное научить крестьянина отстаивать свои интересы и оторвать от его прямого предназначения - трудиться.

Само духовенство также оказалось недостаточно готовым к широкой организации школьного дела. Московский святитель Филарет с горечью подчеркивал, что отход в образовании от религиозных устоев оказывает негативное влияние не только на общество, но и на традиционного проводника знаний в народе - Церковь. Будучи задавлено нуждой и вечно зависимым положением, взаимодействуя с государством в таких условиях, духовенство снизило свою активность в области просвещения. Слабо ведя проповедь, оно недостаточно разъясняло народу нравственные устои религии и основную задачу свою видело в исполнении обрядов. Таким образом, всецело подчиняясь предписаниям гражданской власти, не обладая материальной базой и возможностью самостоятельно осуществлять религиозно-нравственное воспитание, духовенство начало постепенно утрачивать навыки в обучении народа. Тем не менее, в указанный период при всей сложности участия Церкви в сфере начального обучения духовенство продолжало осуществлять просветительскую миссию. В 1861-1862 годах отмечается невиданный рост числа церковно-приходских школ. Причем комиссии, учрежденные для их проверки и удостоверения их подлинности, указывали на достаточно высокое качество преподавания в них.

Здесь также важно отметить, что традиционное обучение грамотности русского народа изначально все же было связано с домашним обучением. Небольшие неофициальные школы были распространены в крестьянских селениях на протяжении многих столетий. Часто дети учились дома, у своих отцов и родственников. Своих грамотеев русский народ называл «мастерами», грамоту - «Божьей искрой». Зачастую, как только она заносилась в дом, целый дом получал расположение учиться, родители выучивали своих детей, старшие братья - младших. Домашние школы содержали крестьяне, отставные солдаты, сельские писари. Среди таких «мастеров» было много представителей духовенства, особенно причетников - пономарей и дьячков: «Дьячок вхож во все дома, знаком и с зажиточным мужичком и с кабальным… Обыкновенно дьячки живут в ладу с крестьянами: у них есть общее горе, они часто терпят от одной беды. Связь между ними поддерживается еще тем, что крестьяне вверяют дьячкам воспитание своих детей. Дьячок знает, как учить и чему учить, лучше его никто не научит - думают родители, сами учившиеся у дьячков, иногда тех же самых, к которым отдают детей» [49, с. 175].

Проблема внешкольной грамотности в исторической литературе практически не ставилась. Между тем, в одной из публикаций «Журнала Министерства народного просвещения», описывающей в 1863 году ситуацию в системе народного образования Ярославской губернии, приводилась поразительная статистика грамотности рекрутов в 30-60-е годы XIX столетия. В Яриловой волости Пошехонского уезда, представлявшей «среднюю степень народной образованности», грамотность рекрутов за тридцать пореформенных лет составляла около 40 %. В иных местностях грамотность доходила до 2/3, в некоторых вовсе не было неграмотных. По городу Угличу в 1858 - 1861 годах из 283 призывников грамотных было 257. Причем, практически поголовная грамотность молодых призывников в Угличе не являлась следствием создания полноценной школьной сети, охватывающей все население города. Исследователь М. Сухомлинов считает, что это, в первую очередь, заслуга домашних неофициальных школ и учителей, большинство из которых были священно- или церковнослужители [49, с. 173-174].

В первой четверти XIX века государство пыталось поставить под свой контроль неофициальные школы, открытые духовными лицами [См. об этом подробнее: 8, с. 112-115].Однако государственное давление омертвляло всю ткань церковно-общественной жизни. Школы в селениях государственных крестьян с самого начала своего существования принимали все более казенный характер. Помимо Закона Божия, грамоты, арифметики, церковного пения и основ сельского хозяйства в сельских училищах преподавался сельский полицейский и судебный устав. В основном училища содержались за счет общественного сбора. Многими крестьянами это воспринималось как новая повинность.

Таким образом, к моменту начала реформ 60-х годов XIX века русская народная начальная школа накопила значительный организационный и педагогический опыт. В значительной степени школьная сеть была сформирована усилиями государственной власти. Однако проблема соотношения казенного просвещения и народной инициативы оставалась не разрешенной. Государственная власть по-прежнему воспринимала себя в качестве единственной цивилизующей силы в русском обществе. Осмысливая эту ситуацию, славянофилы призывали власть отказаться от цивилизаторского подхода к народному просвещению и строить школьное дело во взаимодействии с органичными силами русского народа, вместе со священнослужителями. К сожалению, этот голос не был услышан. В 60-70 годы к цивилизаторским усилиям чиновников присоединилась такая же цивилизаторская деятельность представителей «просвещенного общества». Все это, в конечном счете, значительно затруднило развитие действительно народного образования России.

Выводы по 1-й главе

Образование в России до Петра I имело ярко выраженный религиозно-нравственный характер. Основной целью его было духовное и нравственное становление человека. Осуществлялось оно по большей части при храмах и монастырях посредством изучения богослужебной и назидательной литературы, а также церковного пения, славянского языка и в некоторых случаях иконописи. Учителями были священно- и церковнослужители.

С приходом к власти Петра I образовательная деятельность начинает регулироваться государством, которое стремится взять ее под свой контроль и подчинить своим интересам. Исходя из общегосударственных целей, постепенно меняются и цели образования в государственных школах: вместо духовного развития на первое место в них выдвигается развитие умственное, как наиболее пригодное для практического использования. Основанием же для такого просвещения становится теперь не религия, а наука. Кроме того, церковные реформы Петра I и Екатерины II привели к существенному обеднению Церкви, что лишило ее возможности самостоятельно разворачивать школьно-просветительскую деятельность и привело к значительному сокращению церковных школ. Важное значение имели и прозападнические устремления правительства, которые привели к тому, что в высшем обществе произошло охлаждение к православной вере, и начали распространяться идеи либерализма и гуманизма с их приоритетом разума над верой.

Во время правления Александра I подчинение системы народного образования было закреплено законодательно. При этом священник-преподаватель в государственной школе становится лицом зависимым, подотчетным светскому начальству.

Николаевское правительство, усматривая в просвещении опасность распространения революционных идей, особенно не стремилось к народному обучению и средств на это дело не выделяло.

Однако народное образование в данный период было достаточно широко распространено посредством домашнего обучения в неофициальных школах, организованных по большей части членами причта.

Таким образом, к моменту начала реформ 60-х гг. русская народная школа накопила значительный организационный и педагогический опыт. Одну из главных ролей в просвещении русского народа играли священник и члены причта.

Глава II. Общественно-педагогическая мысль России о характере развития народного образования во 2-й половине XIX века

1.1 Народное образование в свете общественных споров 50-60-х гг. XIX века (по материалам периодической печати)

В конце 50-х годов XIX столетия на фоне подготовки отмены крепостного права и других крупных реформ заметно оживилось и педагогическое движение. Министерством народного просвещения начинается подготовка школьной реформы, возникают новые педагогические журналы, разворачиваются общественные дискуссии о путях русской школы. На смену традиционно христианскому направлению народной школы теперь, в духе времени, предлагаются разговоры о «цивилизации», «прогрессе», «гуманизме», «общечеловеческих ценностях». Активно включаются в полемику по педагогическим вопросам и православные периодические издания. Однако, прежде чем приступить к разбору этих споров, необходимо вначале кратко обрисовать их характер и попытаться в целом оценить духовно-интеллектуальную атмосферу той общественной среды.

Говоря о ситуации в России того времени, важно заметить, что «образованное общество» страстно перенимало западные рационалистические идеи, имеющие, в сущности, довольно абстрактный и умозрительный характер, и в результате, как точно заметил И. В. Киреевский, в глубине своего сознания оно оторвалось от всякой связи с действительностью и стало очень отвлеченным, равно способным всему сочувствовать, все одинаково любить, ко всему стремиться, лишь бы только в действительной жизни ни от чего не страдать и не беспокоиться [17, с. 244].

Выдающийся славянофил А. С. Хомяков дает такую оценку характеру тогдашних дискуссий в периодике по принципиальным общественным вопросам: «Писавший не понимал того, что пишет, а читавший и хваливший не понимал того, что читал… Ни тот, ни другой не привыкли требовать отчета от своего мышления… Вот примеры… прискорбного воздействия не воспитанного мышления на практическую жизнь» [30, с. 12]. Наиболее же нелицеприятную характеристику тогдашнего русского «образованного общества» дал ведущий автор и цензор «Русской беседы» Н. П. Гиляров-Платонов. Российская интеллигенция, по его мнению, не склонна к работе над собой, ее отличает «господство фраз», так называемый поиск убеждений («как будто убеждения такая вещь, которую можно поднять на полу и положить в карман»), при этом за «убеждения» принимается сиюминутная искренняя уверенность [6, с. 61-68].

Автор журнала «Христианское чтение», оценивая в 1862 году несколько предшествующих лет, писал: «Бывают времена, когда только любимые, лелеемые, льстящие затаенным думам и наклонностям большинства, мысли считаются за истину, когда известные антипатии вместо рассудка и точного опыта заправляют печатным и устным судом о людях и их делах, когда люди один перед другим стараются отличиться в непомерной похвале одних и в озлобленном порицании других» [43, с. 616]. Люди в этом случае теряют свою личность, свое отдельное сознание, живут общей жизнью, уносятся ее порывами и тонут в ее водовороте; голова и сердце бывают у всех как будто общие. «Много нужно самостоятельности мышления, - заключает он, - много твердости воли и убеждений, чтобы среди этой суматохи найтись и во время остановиться, когда все бегут куда-то» [43, с. 617]. О страшной суматохе общественной и литературной жизни ближайших к нему лет он пишет так: «Никогда столько нелепостей не выдавалось и не принималось за непреложные истины, никогда клевета не встречала такого общего доверия, никогда самые святые истины не находили так мало защитников, никогда суд о людях и их делах не бывал так односторонен и несправедлив» [43, с. 616].

Таким образом, становится очевидно, что серьезное обсуждение духовных, интеллектуальных и общественных вопросов в такой удушливой, рационалистической, насыщенной штампами и безыдейной атмосфере перелома эпох было невозможно. Однако, именно в это время на страницах периодической печати были сформулированы все основные проблемы развития народной школы ближайших 10-20 лет и разворачивалась полемика православных изданий с теми, кто выступал за придание принципиально нового, исключительно «светского» характера народной школе.

Одним из первых христианский характер народного образования начал отстаивать журнал В.И. Аскоченского «Домашняя беседа». В 44 его выпуске 1859 года было опубликовано «Письмо к редактору» с характерным названием «Цивилизация, прогресс, гласность и общественное мнение». Совершенно очевидно, что этот неподписанный материал имеет характер передовой статьи, ставящей целью выразить позиции редакции журнала по принципиальным общественным вопросам [55].

Главная мысль статьи заключается в словах ее автора: «Вся беда от темноты и мутности современного слововыражения; а мутность годится лишь для того, чтобы способнее было рыбку ловить» [55, с. 430]. Действительно, неопределенность понятий, а значит и неопределенность смысла ожидаемых преобразований, путей движения и целей были весьма характерны для этой переломной и неустойчивой эпохи. Так, автор статьи выступает против абсолютизации вошедших в широкое употребление понятий «цивилизации», «прогресса», «гуманизма» из-за их неопределенности.

Цивилизация в буквальном переводе на русский язык означает «гражданственность», однако это значение не вполне соответствует смыслу данного слова. Если же под цивилизацией понимать «принятие такого образа жизни или состояния, которое способствует спокойному общежитию, которое выражается в миролюбии и честности взаимных отношений, учтивости, мягкости… уважении прав личности и проч.» [55, с. 428], т.е. благовоспитанность, то это понятие будет означать не прогресс, а скорее возврат к языческим временам. Ибо то, что было достаточно для умственной сферы древнего римлянина-язычника, то слишком тесно для сферы христианина. Цивилизация древних язычников ограничивалась устройством взаимных гражданственных отношений и общественной жизни на весьма несовершенных основаниях, - и высшей её целью было удобство материальной жизни. Образование христианина, сверх материальных жизненных потребностей и удобств, предполагает развитие умственной деятельности и «возвышение духа до степени возможного уподобления совершенствам Создателя» [там же].

Иными словами «цивилизация» предполагает лишь внешние материальные блага и удобства, а «образование» в христианском смысле - возможность не только материального, но и умственного, и духовного совершенствования, причем в бесконечной перспективе, ибо бесконечен процесс уподобления человека своему Создателю.

Слово «прогресс» может означать движение вперед и в необузданности беззаконной воли, и в стремлении к безначалию, и во всем, что разрушает общественный порядок в его основаниях. Поэтому вместо слова «прогресс» автор предлагает употреблять русское слово «преуспеяние, усовершенствование». «Тогда бы никакой дерзкий ум, - пишет он, - не осмелился вывести заключения, чтобы совершенствование человечества или общества могло быть основано на разрушительных и противных любви христианской правилах… Как кому угодно, но слово «прогресс» далеко не выражает той будущности, которую может ожидать человечество для своей образованности и просвещения от христианского совершенствования и преуспеяния в развитии тех духовных и нравственных качеств, которые одни могут устроить мир и прочное счастье жизни гражданственной» [55, с. 429].


Подобные документы

  • Политика правительства в области среднего и высшего образования. Российские университеты при Екатерине II, развитие народного образования при Александре I и Николае I. Реформа образования 1863 года, усиление научного и учебного потенциала университетов.

    дипломная работа [86,3 K], добавлен 06.02.2013

  • Характеристика и анализ последствий смутного времени для России в начале XVII века. Особенности социально-экономического развития России в середине и второй половине XVII века. Исследование внутренней политики Романовых, а также их основных реформ.

    реферат [32,8 K], добавлен 20.10.2013

  • Задачи перед российским образованием на рубеже XIX и XX вв. Проблема массовой неграмотности. Сфера подготовки специалистов высшей квалификации. Развитие отечественного образования во второй половине XIX - начале XX в. Роль высшей технической школы.

    реферат [27,7 K], добавлен 13.09.2009

  • Предпосылки, необходимость государственных реформ в России эпохи Александра II. Экономическая политика. Время формирования капиталистических отношений в России. Экономические итоги России в годы "Великих реформ" и в Пореформенный период развития страны.

    контрольная работа [49,6 K], добавлен 17.10.2008

  • Особенности экономики России в период второй половины XIX века – начале XX века, предпосылки для ее развития. Экономическая политика страны в первой половине ХХ века: начало индустриализации, первые пятилетки; народное хозяйство СССР к началу 40 гг.

    реферат [36,4 K], добавлен 09.01.2011

  • Исследование предпосылок и особенностей отмены крепостного права и других либеральных реформ XIX века в России. Характеристика основных направлений и результатов общественного движения. Изучение внутренней политики Александра III, реформы 1861 года.

    реферат [35,0 K], добавлен 13.02.2012

  • Общая характеристика народного образования в Гайнской волости во второй половине ХIХ – начале ХХ века. Специфика и проблемы обучения детей в советский и постсоветский периоды. Современное состояние сферы образования в районе и перспективы на будущее.

    курсовая работа [38,0 K], добавлен 05.02.2012

  • Характеристика и предпосылки судебной, земской, университетской, финансовой, военной, цензурной реформы, реформы народного образования во второй половине XIX в. в Российской империи. Наиболее значимые изменения в государстве после проведения реформ.

    реферат [25,9 K], добавлен 06.05.2011

  • Социально-экономическое состояние России в начале XIX века. Восшествие на престол Александра I и период либеральных реформ, начало карьеры М.М. Сперанского. Создание Негласного комитета. Преобразования высших органов власти. Сперанский и декабристы.

    дипломная работа [92,3 K], добавлен 13.12.2010

  • Истоки либерализма. Зарождение и развитие либерализма в царской России. Реформы Александра II. Отмена крепостного права. Земская и городская реформы. Судебная и военная реформа. Реформы системы просвещения и цензуры. Контрреформы 80-90-х годов.

    реферат [40,8 K], добавлен 23.11.2006

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.