Базовая идейная структура право-радикальных идеологий в современной России

Концептуальная схема правого радикализма: эвристическая схема, концептуальные блоки. Контент-анализ программ сайтов политических партий и националистических организаций. Морфологический подход и идеология. Реконструкция системы смысла А.Г. Дугина.

Рубрика Политология
Вид дипломная работа
Язык русский
Дата добавления 30.07.2016
Размер файла 791,1 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Аполлонический Логос останавливается на границе с материальностью, возвращается назад к Истоку, а Дионисийский оказывается способным преодолеть эту границу Аполлонический Логос останавливается на границе с материальностью, возвращается назад к Истоку, а Дионисийский оказывается способным преодолеть эту границу. Именно эта способность характеризовала Радикального Субъекта, как фундаментально отличного от человека лишь Традиции.

В-третьих, эксплицитный тезис радикальной плюральности сосуществует с имплицитным "антитезисом" универсализма, сводящимся к синтезу циклической истории. С одой стороны, Дугин утверждает неизбежность "осознанного принятия множественности этноцентрумов, основанных на плюральности Dasein'а, при том, что каждый из них строится на основании именно своей центральности и исключительности". А.Г. Дугин Ноомахия: войны ума. Логос Европы: средиземноморская цивилизация во времени и пространстве. - М.: Академический Проект. 2014. С.19 Мыслитель жестко выступает против редукционизма и гносеологического расизма, характерного Западной мысли. Однако явные указания на регрессивный характер циклов Нуса встраивают выделенные Логосы в универсальную структуру, что косвенным образом выстраивает "световую" иерархию народов, представляющих тот или иной "профиль" (тройственная структура Логоса - Мифоса). Далее, отличается истинный Дионис от ложного, где первый подчинен Аполлону, а второй является производным ("иллюзией") Кибелы. Явное нарекание чего-либо ложным выдает перспективную интерпретацию Дугины Вселенной - взгляд на нее с позиции Аполлоно-дионисийского логоса. При этом Дугин претендует на занятие мета-позиции.

3.4 Логос и Мифос России

Логос России и Европы

Совершим переход от фундаментальных оппозиций к конкретному противостоянию. Обратимся к рассмотрению выстраивания Дугиным профилей России и Европы.

Структура Логоса России воспроизводится в томе Ноомахии, посвященном "цивилизациям границ". Опираясь на реконструкцию Дугина, можно выделить три момента этого Логоса. Во-первых, земледельческий, исконно славянский, момент, сглаживающий индоевропейскую солярность. Применительно к тройственности Логосов, этот момент обнаруживается как "Сечение Деметры", непосредственное преображающее столкновение сакральности и идеи с хтонической женственностью Земли. Происходит упорядочивающая борьба с дикостью, спонтанностью, самородностью, природой и материей в чистом виде. Таким образом, имеем крайний дионисийский момент в структуре Логоса, полагающий, однако, подчинение Аполлоническому принципу, но нахождение в прямом контакте с силами Кибелы. Дугин называет патриархально-андрогинным изначальное славянство, подчеркивая близость к структурам вечной женственности.

Второй момент связывается с туранским фактором. Дугин, вслед за евразийцами признает субстанциальное влияние монгольской цивилизационной культуры на становление российской государственности и коренную трансформацию этнического профиля славян. Кочевники привносят воинское начало, внедряют принципы иерархии и зачатки административного устройства будущей Московской Империи. Монголы значительно укрепляют обветшавший русский логос, возможно, дают новый, прививая принципы радикального самодержавия, жесткой дисциплинированности, политического централизма, веротерпимости, широты и свободы геополитического взгляда на Восток, организации общества по принципу служения. А.Г. Дугин Социология русского общества. Россия между Хаосом и Логосом. - М.: Академический Проект. 2011. С.380 Здесь мы имеем дело с аполлоническим влиянием режима диурна в достаточно чистом, "диком" и пред-логическом виде.

Важнейшим с точки зрения духовности моментом оказывается Византизм, политическое, культурное, правовое, наконец, религиозное влияние Восточной Римской Империи и ее аполлоно-дионисийского Логоса. "После крещения Руси и ее христианизации древнерусская культура прививается к древу культуры средиземноморской, а это означает, что она становится частью цивилизации, главной чертой которой является победа олимпийских богов над титанами, торжество аполлонического порядка над матриархальной хтонической культурой". А.Г. Дугин Ноомахия: войны ума. Цивилизации границ: Россия, американская цивилизация, семиты и их цивилизация, арабский Логос, туранский Логос. - М.: Академический проект. 2014. С.47

Относительного совершенства и полноты комплексный Логос России достигает в период утверждения доктрины "Москва - Третий Рим", обретения национальной идеи, вырастающей из теургического христианского мессианства. Столкновение с Западом нарушило аутентичность Логоса, однако попытки его восстановления, предоставления обновленной философской интерпретации воплощались к аполлоно-диаонисисйские конструкты. Именно так понимает Дугин софиологическую традицию российской мысли: дионисийская София, диалективная, единая и множественная, находясь между Богом и миром, расчленяет и воссоздает Единое; принцип всеединства полагает наполнение мира духовным и божественным; имперский политический дизайн оказывается глубоко родственным Платонополису; утверждение универсализма восстановления духовного единства "Рима" как русской миссии. "Софианизм воспринимает небесные влияния мягко, "по-женски", но воплощает воспринятое вполне мужественно, обращая в священную мощь империи". Там же С.90

Дугин очерчивает русскую цивилизацию как солярно-патриарахальную, воплотившую своё аполлоно-диаонисийское начало в имперской государственности Римской идеи, мессианском солярном православии, консервативно-тардиционалистской системе ценностей. "Без могущественного волевого мужского Дазайна великой империи не построишь". Там же С.147 Таким образом, практический византизм признается за адекватное выражение экзистенциальной структуры русского Логоса.

Сопоставление фрагментов о Логосе России и аналитике русского дазайна позволяет обозначить противоречие между солярной, аполлоно-дионисиской мужественностью (диурн - драматический ноктюрн) на уровне структуры Логоса и мистическим ноктюрном режима воображения, четко обозначенном в книгах "Логос и Мифос" и "Мартин Хайдеггер. Возможность русской философии". В "Обществоведении для граждан новой России" приводится список особенностей русской цивилизации (действительность, в идеализме Дугина, всегда отражение структур Логоса и режимов воображения), вскрывающих, скорее, аполлоно-дионисийский профиль русского Логоса, склоняющийся, однако, к дионисийству: "содержательное мессианство (бытие ради истины); ценность целостности (соборной, народной, общественной, государственной); принцип справедливости (правды), консерватизм (верность устоям, традициям, преданию, почитание «бо-гоносных отцов»); жертвенность, созерцательность, духовность, державность (государство как ценность)". А.Г. Дугин Русская цивилизация // Обществоведение для граждан новой России. - М.: Евразийское движение. 2007. В статьях книги "Консервативная Революция" Россия явно причисляется к цивилизации Традиции, а "всякая полноценная традиция основана на центральности активного, светового, духовного Принципа, главным носителем которого всегда считался мужчина", А.Г. Дугин Элевсинские топи фрейдизма // Консервативная Революция. - М.: Арктогея. 1994. С. 229 утверждении Сакрального над Профаническим и Духовного над Материальным, мускулинного принципа преображения (не высвобождения) имманентных сил души. "В русской нации всегда было мощное мужское начало, способное к ясной и четкой мысли, к убийственно точным определениям, к смелому и опасному творчеству в наиболее мужской сфере человеческой активности - в сфере духа, в сфере интеллекта, в сфере идеологического творчества". А.Г. Дугин Апология национализма // Консервативная Революция. - М.: Арктогея. 1994. С.140

Сам мыслитель обозначает эту проблему, отмечая лишь сопоставление трех фундаментальных признаков мужского солярного характера русской цивилизации с феминоидной стороной русских, фиксируемой в ходе разбора экзистенциалов русского Дазайна. А.Г. Дугин Ноомахия: войны ума. Цивилизации границ: Россия, американская цивилизация, семиты и их цивилизация, арабский Логос, туранский Логос. - М.: Академический проект. 2014. С.54-55 Последняя, надо полагать, связывается именно с указанным выше "Сечением Деметры", что преодолевает в некоторой степени вскрытое противоречие. Впрочем, снятие может быть произведено несколько иначе, посредством отсылки к теории этноса и народа Дугина. Глубинный ноктюрн русских может быть гармонизирован с мужской сакральностью именно на уровне народа, предполагающего присутствие другого, вступление в историю, наличие героических элит. Политическая Власть предполагает "длинную волю", расчетливость, жесткость, безразличие к средствам, четкое отделение Друга и Врага, что вступает в противоречие с ноктюрном русских. "Для того, чтобы русские стали волевыми и смогли выполнять серьезные функции в социальной элите, они должны утратить базовые психологические черты, характеризующие русских. Как это ни парадоксально, но, чтобы стать эффективными носителями воли, русские должны перестать быть русскими. Не исключая такой вероятности для отдельных представителей большого народа, для стихийных пассионариев, авангардистов, футуристов, даже авантюристов, все же очевидно, что критической массы, необходимой для формирования искусственного «малого народа», подлинной национальной элиты, таким путем -- и особенно при крайне неблагоприятных внешних условиях -- достичь не удастся". А.Г. Дугин Парадоксы воли или малый народ Евразии // Русская Вещь. Очерки национальной философии. Т.1. - М.: Арктогея. 2001. Таким образом, русская ноктюрническая этничность интегрируется в российскую цивилизацию, которая характеризуется уже аполлоно-дионисийским логосом. Подобное разрешение всецело соответствует "эротической" концепции Империи Дугина, согласно которой Император как носитель солярного Принципа сходится с Народом Империи (Землей). "Высшей формой планетарной эротики, макрокосмической сексуальности является имперостроительный импульс, который ведет к объединению гигантских географических, этнических и культурных пространств под эгидой единого правителя, воплощения Единой Идеи, единой Силы". А.Г. Дугин Эротизм и империя // Консервативная Революция. - М.: Арктогея. 1994. С.217 По нашему убеждению, максима слияния Абсолютного (религиозного) патриарахата с Софией национализма заключает органичный переход к русской философии Софии. Таким образом вскрывается метафизическая синонимичность Софиологии, Сечения Деметры и идеи синтетической Империи.

Переходя к Европе, Дугин обращает внимание на изменчивость ее Логоса. История Западной Европейской цивилизации представляет собой жизненный путь Аполлона, где стадия зрелости отражена платонизмом, а агонии - постмодерном. Дугин подчеркивает момент перелома, предпочитая размышлять о "двух Европах", вернее, о Европе и ее темном дубле. Первая "отмечена решающей доминацией аполлонического Логоса, вертикальной иерархической структурой мира, общества и мышления, солярным культом и почитанием небесных богов, индоевропейской трехфункциональной системой каст, однозначным патриархатом и логоцентризмом". А.Г. Дугин Ноомахия: войны ума. Логос Европы: средиземноморская цивилизация во времени и пространстве. - М.: Академический Проект. 2014. С.503 В ней правил бог Платона, освобождающий вещи к эйдетическому свету, творящий мир как мыслительную структуру, а не как груду материальных вещей. Христианский Спаситель мира, действующий от лица Отца, попадает в топику взаимодействия Аполлона и Диониса. Логос Европы достигает апогея в подъеме Рима. Другая Европа возводилась под знаменами Кибелы, опиралась на "истины" гуманизма, прогресса, прав человека, равенства, индивидуализма, технического развития, противостояла христианству, сословному обществу, сакральной традиции, обращалась для утверждения своего господства к массам, материализму и воле к власти. Критическая точка в борьбе двух Европ была пройдена в Новое Время.

Дугин противопоставляет эти две Европы, делает заключение об утрате Европой своей сущности в результате вхождения в Новое Время: все страны этой стороны Света за последние века "вступили в англо-французский Модерн, а следовательно, осуществили переход от Европы к анти-Европе, от светлого Логоса - к черному, от своей изначальной идентичности - к ее противоположности, от империи - к антиимперии, а если брать конфессиональный срез, от религиозного общества - к секулярному, и, в конце концов, от Христа - к антихристу". Там же С.517 "Логос западноевропейской философии начался с удивления, а закончился скукой". Там же С.162

Осмысление падения европейского духа подводит Дугина к радикальному выводу: Византия, а также ее непосредственные наследники (Россия) рассматривается как действительный продолжатель дела (миссии) Европы, противостоящий настоящей Европе как иллюзорной, выступающий как дубль.

Принцип плюрализма

Одним из наиболее явных принципов системы Дугина представляется принцип плюральности, выражаемый как на уровне этноса, так и цивилизации. "Разные этносы имеют разные этосы", А.Г. Дугин Этносоциология. - М.: Академический проект. 2011. С.9 каждый народ имеет полное право свободно выбирать путь своего развития, создавать особые социальные, культурные, правовые, технологические и экономические модели. Евразийство позиционируется Дугиным как мировоззрение, признающее гносеологический плюрализм. А.Г. Дугин Четвертая Политическая Теория. Россия и политические идеи XXI века. - СПб: Амфора. 2009. С.98 Любая попытка навязать универсальную систему норм и ценностей разоблачается мыслителем как проявление расизма.

Руководствуясь принципом К.Н. Леонтьева о ценности "цветущего многообразия", Дугин обращается к цивилизационному подходу, позволяющему гарантировать, полноценную безопасность и диалог культур. Дугин предлагает "мыслить цивилизациями" в противовес устаревшим способам мышления расами, классами и индивидами. Важно подчеркнуть, что мыслитель отказывается от диахронической интерпретации цивилизации, в пользу синхронической, согласно которой цивилизация оказывается некоторым уровнем упорядочивания общности, всегда сосуществующим с "варварством" и "дикостью". В цивилизации происходила своеобразная "универсализация", "Империя объединяет в общий рациональный проект несколько этнических групп, универсализируя определенный культурный тип, который ложится в основу выработки системы особой имперской рациональности, всегда подчиненной высшей, сверхрациональной, трансцендентной цели". А.Г. Дугин Война континентов (современный мир в геополитической системе координат). - М.: Академический Проект. 2014. С.22 в ходе которой "через приравнивание конкретного этнического, социально- политического и религиозного образа к «универсальному эталону», происходил важнейший процесс трансцендирования самого этноса, перевода его естественной и органической -- чаше всего бессознательно передающейся -- традиции в ранг рукотворной и осознанной рациональной системы". А.Г. Дугин Теория многополярного мира. - М.: Евразийское движение. 2013. С.456 Обеспечивалась возможность участия представителей локальных культур во всеобщем проекте строительства империи. В рамках этносоциологии цивилизация полагается одним из трех (наравне с государством и религией) производных стремящегося к восстановлению нарушенной цельности своего бытия народа, В пределах этого ряда, цивилизация выстраивается вокруг героической (герой - ключевая и сакральная инстанция починки этноцентрума; в нем народ типизирует себя) фигуры Философа: он сводит к единству логоса множественность феноменов, признавая при этом логос не за нечто наличествующее, но как интеллектуальный императив, требующий постижения и воплощения. "Философ -- герой, потому что он идет в неизведанное. Он бросает вызов устойчивым системам мышления, ставит под сомнение этноинтенциональность и разрабатывает новые горизонты дуальных расколотых онтологий, где миры причин, образцов и целей противостоят мирам следствий и копий. ... он нарушает привычные воззрения этноцентрума и открывает повсюду, в самых простых, на первый взгляд, вещах, «другую» сторону". А.Г. Дугин Этносоциология. - М.: Академический проект. 2011. С.266-267 Цивилизации вменяется "идеократизм" и мессианский универсализм, всегда конкретный, но в пределе - абсолютный.

Россия устанавливается Дугиным в статусе именно цивилизации, обладающей характерными ценностями, изживание которых, надо полагать, связывается с прекращением существования России как цивилизации. "Россия-Евразия (=особая цивилизация) обладала и своими самобытными ценностями, и своими интересами. Ценности относились к традиционному обществу, с акцентом на православной вере и специфическом русском мессианстве". А.Г. Дугин Четвертая Политическая Теория. Россия и политические идеи XXI века. - СПб: Амфора. 2009. С.146 Интересно замечание о значимости отстаивания данного статуса России, гарантирующего возможность и право вырабатывать свою философию. Дугин высоко оценивает таких мыслителей как К.Н. Лентьев, Н.Я. Данилевский, П.Н. Савицкий, Н.С. Трубецкой именно за то, что они очерчивали профиль России как цивилизации, уникального и самобытного культурного пространства. А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.288

Цивилизационное содержание наиболее адекватно воплощается в политические формы Империи. Институциональный дизайн Империи предполагает сочетание жесткого стратегического централизма (безопасность; культурный диалог; проект - религиозная миссия, осуществление гармоничной модернизации) с широкой автономией региональных образований (развитие культур). Объединенные в империю народы участвуют в творении общей судьбы. Дугин выдвигает концепт "демократической империи", предполагающий слияние геополитического реализма с романтизмом континентальной воли, обращение к Западу и Востоку, мобилизационные проекты и уважение к традициям и истории. А.Г. Дугин Война континентов (современный мир в геополитической системе координат). - М.: Академический Проект. 2014. С.98 Европейская интеграция, с которой Дугин связывает возрождение Старого Света, выступает как пример такой империи. А.Г. Дугин Евразийский реванш России. - М.: Алгоритм. 2014. С.58

Империя последовательно противопоставляется национальному государству. "Государство - это десакрализированная, лишенная телоса, цели и смысла, искусственная прагматическая конструкция. Империя, напротив, нечто живое, священное, насыщенное целью и смыслом, имеющее высшее предназначение". А.Г. Дугина Идеология Путина // Путин против Путина. Бывший будущий президент. - М.: Яуза-Пресс. 2013. Дугин воспроизводит идеи "Новых Правых" об империи, как сохраняющей этнические особенности системе, отличной от государства-нации, стремящегося провести последовательную гомогенизацию. Далее, империя строится на примате Политического, в то время как современное государство оказывается выражением панэкономистской буржуазной морали и интересов "торговцев", а не "героев".

Принцип плюрализма, воплощаемый в теории цивилизаций, раскрывается на уровне геополитики в концепции многополярности, выдвигаемой Дугиным в качестве главного противовеса либеральной глобализации. Многополярность (сохранение реального суверенитета у какого-либо, кроме США, в мире проекта глобализации) может быть действительной только в случае объединения народов в крупные цивилизационные блоки. Отдельные страны лишь меняют "хозяев" в великой войне континентов, по определению обладают "дефолтным суверенитетом". А.Г. Дугин Новая Формула Путина. Основы этической политики. - М.: Алгоритм. С.98 "Как правило, "постимперские образования" никогда (или почти никогда) не становятся полноценными государствами и продолжают существовать в качестве экономико-политических придатков бывшей (или новой) метрополии". А.Г. Дугин Что такое "русские национальные интересы" // Основы геополитики. - М.: Арктогея. 2000. Свобода, всегда неизбежно относительная, подобных малых политических образований может быть гарантирована только лавированием между крупными Империями (ситуация "береговой зоны") или интеграцией в "добрую" империю, что позволяет сохранить культурную автономию.

Дугин намечает очертания смелого проекта многоуровневой Евразийской Империи многих Империй. А.Г. Дугин Передел мира // Основы геополитики. - М.: Арктогея. 2000. Не станем вдаваться в подробности данного проекта, укажем лишь наличие четырех уровней власти: евразийский (военно-стратегический; безопасность; борьба с атлантизмом), больших пространств (четыре специфические империи, в том числе, центральная - Русская), национальный, региональный (этнический). Впрочем, важно указать несколько иной, вероятно более поздний и реалистичный, проект многополярности: формирование четырех планетарных поясов - Евразийского, Евро-африканского, Атлантического, Тихоокеанского. Этот проект указывается в Евразийском реванше России (С.7) и Войне континентов (С.334).

Несмотря на колоссальную значимость принципа плюральности для общей конструкции Дугина, нельзя утверждать его смысловую изначальность. Он оказывается скорее производным от русского универсального мессианизма, обеспечивает его возможность, очерчивая пространство разворачивания русской мысли и культуры (вызревания национальной идеи), определяя правила и принципы этого развития (дифференциализм; аутентичность; Традиция). Кроме этого, утверждение плюрализма закладывает идейный фундамент организации широкого фронта противодействия глобалистским претензиям "атлантизма". Наконец, ценности культурного разнообразия, свободы коллективного самовыражения оказываются в настоящее время скорее социально одобряемыми, по крайней мере, свободными от стигматизации, которой удостаиваются, как правило, любые отчетливо выраженные претензии на всеобщность. Таким образом, принцип плюрализма, по нашему мнению, выполняет исключительно "защитную" функцию в системе смысла Дугина.

Археомодерн

Концепт "археомодерна" вводится Дугиным для связывания Ситуации Всеобщего Интеррегнума и Евразийского Проекта. Данная интерпретация неочевидна, так как, на первый взгляд, концепт вводится исключительно в целях корректного осмысления истории и культуры России последних веков. Однако мы убеждены, что археомодерн позволяет укоренить Радикального Субъекта в России, а также обосновать возможность разворачивания глобального евразийского проекта, производного в своей сущности от русской сокрытой архаики.

Археомодерн есть "насильственное и неорганичное наложе-ние на общество с одной глубинной структурой результатов развития совсем другого общества с другой структурой; как по-пытку навязать народу судьбу, не являющуюся его собственной судьбой, не вытекающую из его оснований, не выражающую его ис-торическую волю и не учитывающую его ценностные ориентации".А.Г. Дугин Социология русского общества. Россия между Хаосом и Логосом. - М.: Академический Проект. 2011. С.73 Происходит искусственное, экзогенное, насильственное наложение модернистского проекта (парадигмы) Запада (Логоса; Керигма) на архаическое начало (Мифос; Структура) общества Традиции, ведущее не к замещению одного другим или установлению содержательного диалога и достижению творческого культурного синтеза, но к параллельному сосуществованию двух моделей общества и кодов интерпретации. А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.251 В этой ситуации оба начала искажаются: "Модерн блокирует ритмику архаики, архаика саботирует последовательную структурализацию Модерна". А.Г. Дугин Социология воображения. Введение в структурную социологию. - М.: Академический Проект. 2010. С.506 Элиты теряют контакт с мифом (отчужденность от общества), а вытесняемые на периферию политического низы оказываются неспособными выразить себя во внешнем логосе (замкнутость в бессознательном). Вертикальный социальный разрыв оформляет зазор между социологической реальностью и ее идеологической репрезентацией. Закрепляется принципиальное рассогласование психического и социального: "Ни один из статусов и ни один набор статусов не открывают пути для реализации душевных архетипов". Там же С.258 Культура и социально-политическая система строятся на принципе хронической двойственности, где каждый момент осмысляется посредством различных интерпретативных кодов, где модерн эксплуатирует архаику, а архаика эвфемизирует и перетолковывает модерн (прорастание сквозь). Данная ситуация характерна напластованием различных моделей времени и пространства, где "пласты народа и этноса по количеству, влиянию и объему намного превосходят пласты нации и гражданского общества". А.Г. Дугин Этносоциология. - М.: Академический проект. 2011. С.371 Таким образом, в конечном счете, археомодерн раскрывается как абсолютный философский нигилизм: "Археомодерн -- это именно нигилизм, поскольку его двусмыс-ленность, разрушающая стройность и цельность европейских по-нятий, теорий, технологий, институций, перетолковывающая лю-бое утверждение в духе абсурдистских «коанов», где мирно нали-чествуют два и более взаимоисключающих утверждений, приводит нечто к ничто, обнуляет смыслы, отменяет рассудок и порядок, ниспровергает вертикаль и дает волю тотальной горизонтали. Ког-да есть двойная идентичность, то нет никакой идентичности. А.Г. Дугин Социология русского общества. Россия между Хаосом и Логосом. - М.: Академический Проект. 2011. С.96

Концепция археомодерна заключает в себе ряд отчетливо политических моментов. Во-первых, критику Западного расизма экспансии модерна, как универсалистских тенденций к физической и духовной колонизации иных обществ, ведущей к созданию не полноценных социальных организмов, но химер (псевдоморфоз; разлад направлений и скоростей развития обществ). Дугин утверждает, что признание и понимание археомодерна опирается на модель плюрализма траекторий исторического становления. Во-вторых, в этой концепции имплицитно содержится отголосок идеи русского мессианизма. Русские находятся к ближе к корректному осмыслению самого Запада, без которого невозможно освобождение от его доминирования: "Диспозитив перетолковывания у русских существенно отличается от аналогичных инстанций традиционных культур тем, что он располагается гораздо ближе к поверхности сознания, стучится в двери рассудка, пытается выбраться на поверхность. Азиатские культуры, модернизируясь, игнорируют корневые парадигмы этого процесса, пряча архетипы в глубины психики. ... Русские же, смутно и непрямо, стремятся концептуализировать свою внутреннюю позицию. Это переводит диспозитив ресемантизации в основу национального мессианства". А.Г. Дугин Война континентов (современный мир в геополитической системе координат). - М.: Академический Проект. 2014. С.20 "Россия глубже других понимает Запад и поэтому радикальнее других его отвергает, выдвигает против него наиболее общие и масштабные цивилизационные контрпроекты". А.Г. Дугин Новый мировой порядок. Вероятный образ мира в XXI веке // Наш Путь. Стратегические перспективы развития России в XXI веке.- [Электронный ресурс]. URL: http://arctogaia.com/public/pr-oglav.htm. Дата обращения: 01.05.2015. При этом, Россия являет собой пример оборонительной, не колониальной модернизации, позволявшей ей сохранять политическую самостоятельность, быть на протяжении многих веков противником Запада, выступать примером выборочной модернизации. "Этот тип экзогенной модернизации выдвигает на первый план вопрос о балансе собственных и заимствованных ценностей, то есть проблему пропорций и качества элементов, принадлежащим к двум культурно-историческим и цивилизационным формам - к местным консервативным устоям традиционного общества и якобы "универсальным" и "прогрессивным" моделям западной цивилизации". А.Г. Дугин Четвертая Политическая Теория. Россия и политические идеи XXI века. - СПб: Амфора. 2009. С.126

В-третьих, прокладывается путь к разворачиванию русского философского проекта. Данный проект в своей возможности исходит из осмысляющего разрывания "герменевтического эллипса" истории и культуры России, осуществляемого посредством локализации архаического полюса, выступающего фактором искажения ("посторонний аттрактор") структуры западного логоса, переводом его из потенциального в актуальное состояние. А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.255 Преодоление, критическая деконструкция археомодерна оказывается необходимым первым шагом к построению русского логоса: Разложение гибридной системы позволит обратиться непосредственно к мифическому пласту: "Может быть, область русского мифа и темна, но только от-туда может появиться русский логос". А.Г. Дугин Социология русского общества. Россия между Хаосом и Логосом. - М.: Академический Проект. 2011. С.95 "Именно археомодерн является главным препятствием на пути не только русской философии, но и ее возможности, и даже возможности корректно мыслить об этой возможности". А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.317 Прорыв к аутентичному коллективному существованию, оказывается возможным, во-первых, благодаря распознанию археомодерна не столько как болезни, но как защитной реакцией организма культурной общности, Там же С. 319 во-вторых, в ситуации российской современности археомодерн выступает наиболее отчетливо (неприкрыто). А.Г. Дугин Социология русского общества. Россия между Хаосом и Логосом. - М.: Академический Проект. 2011. С.100

Принципиальным для реконструкции системы смысла Дугина является утверждение археомодерна как ситуации возникновения Радикального Субъекта, требующего синхронического столкновения парадигм, обеспечиваемого как неполнотой Традиции (сокрытость и свернутость архаического), так и Модерна (неспособность достигнуть тотализации).

Аналитика русского дазайна

Ситуация археомодерна вскрывает проблематичность русской философии, замещение аутентичных моделей выражения глубинных структур чужими, западными, вступающими в противоречие с константами русской истории. С другой стороны, корректная интерпретация феномена археомодерна, как смещенной и деформированной мысли, позволяет приступить к организации действительной русской философии, средоточия системы осмысления коллективного бытия.

По заключению Дугина, русской философии нет: "славянский сегмент индоевропейцев в отношении философии стоит под паром". А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.247 Русская философия в своей возможности гарантируется феноменологической достоверностью русского в культуре, истории и государственности. Однако ее лишь предстоит создать, для чего, по убеждению мыслителя, необходимо, во-первых, обратиться к философии М. Хайдеггера, а, во-вторых, глубокой интерпретации отдельных русских мыслителей, наиболее адекватно схвативших сущность русской мысли и отношения к миру, в частности, В.С, Соловьеву и Н.С. Федорову.

На основе творческой переработки философии М. Хайдеггера, Дугин предпринимает попытку осуществить аналитику русского дазайна, обусловленной в своей возможности утверждением радикального этнического фундаменталь-онтологического плюрализма. Дугин обращается к изучению русского "жизненного мира" и "коллективного бессознательного", вскрытию глубинных семантических пластов языка.

Значительно упрощая заключения аналитики, можно указать ряд ключевых моментов русского дазайна.

Во-первых, положение о неголографичности части и целого, внеиндивидуальности русского дазайна, перманентного нахождения его в среде нерасчленимой цельности. Русский дазайн "пребывает в народе, и тогда, когда личность "с" народом, она есть русская личность; когда она не "с" народом, она есть просто личность, и в этом-то качестве она абсолютно и безнадежно одинока. Но одинока не с Dasein'ом, а без него, без дазайна". Там же С.389 Именно поэтому аутентичным экзистированием может быть лишь коллективное, безличное экзистирование ("говорят"). "Русский дазайн говорит: индивидуум - ничто, он не стоит ничего, не значит ничего, его нет; но он так ничтожен, так незначим, его так нет, что признание этого в контексте бытия русского народа способно его чрезмерно обогатить, наделить всем, сделать значимым и сущим". Там же С.401

Во-вторых, пространственность (даже время дано как непрерывность вечности - пространство) и близость русского бытия. Этим обусловлено тяготение к включению его в быт (обыденность), связыванию с забвением и сном. Кроме этого, слишком близкое отношение к бытию, восприятие его, как пишет Дугин, не зрением, но вкусом, обуславливает отсутствие русской философии, предполагающей несколько отстраненное, подчеркнуто "субъектное" отношение к бытию. "Близость русских к бытию, наша единосущность с бытием делает нас не народом, практикующим философию, не ее "субъектом", но, скорее, философским процессом или даже "объектом" философии. Не мы должны изучать и стараться понять, нас следует изучать и стараться понять". Там же С.357 Отсутствие обозначенного "зазора" объясняет раскрытие экзистенциала бытие-в-мире как умиротворенности, пребывания в покое.

В-третьих, инклюзивность любых границ в русском бытии. "Русская граница отделяет русское одно и то же от себя самого. Русская анти-теза заложена в саму русскую тезу и в ней дремлет". Там же С.370 Этим обуславливается отсутствие изменений (движение всегда по кругу и внутри себя), всеединство (разворачивание всего во всем; понимание как соотнесение всего со всем), легкое снятие любых противоположностей, невозможность забвения (оставления чего-либо за границами бытия). Граница служит не разделению, но, наоборот, соединению, снимая саму возможность возникновения отторгаемого другого. Наиболее важным становится невозможность характерной для западного дазайна "заброшенности" (русские всегда на инклюзивной границе), а также болезненное столкновение с ничто, которое для русских органично переплетено с бытием, находится всегда внутри. Надо полагать, именно поэтому определение русскости глубоко проблематично: "Мы так же непознаваемы, как Абсолют. Мы апофатическая нация"; А.Г. Дугин Имя мое - Топор // Тамплиеры пролетариата. - М.: Арктогея. 1997. "Русские мерят все своей собственной мерой, которая бесконечна. ... Русский слишком велик, чтобы втиснуться в дефиницию". А.Г. Дугин Тезисы о русском патриотизме // Русская Вещь. Очерки национальной философии. Т.1. - М.: Арктогея. 2001. В конечном счете, по заключениям Дугина, русский дазайн не знает смерти (абсолютной границы), то есть, сами базисы европейского и русского дазайнов оказываются принципиально различными.

В-четвертых, абсолютный покой. Бытие-в-мире связывается для русских не с риском, но с умиротворением, нахождением в народе, гасящем какие-либо тревожные и угрожающие импульсы. Русский дазайн всегда ускользает от состояния, настроенности, сфокусированности на чем-либо, что оборачивается характерной простотой без-свойственности, а также отсутствием жесткой и отчетливой воли. "Это и есть русская воля - растворение даже намеков на субъектность, объектность и проектность в тонком созвучии с разнородными и разномерными движениями жизни". А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.385 Озабоченность оказывается невозможной, так как само бытие конституирует мир за человека, непрестанно чудесным образом трансформируя мир вокруг него. Этим обуславливается безграничное доверие, открытость к бытию, выражающаяся в свойственной надежде на "авось", воплощающей интуицию бездеятельного скольжения вверх к Истоку.

Особый интерес представляет закладываемый Дугиным фундамент русской теологии: "В русском контексте стрела интенционального акта направлена не от (человека) к, но от Бога как Наделяющего, как первичного феномена, к. К чему направлена интенциональность русского Бога? ... Можно быть уверенным только в имманентной для Бога (Наделяющего) ноэме, в Его Духе. Этим Духом является русский народ и, соответственно, русский дазайн". Там же С.465 Только Божественное и Народное в их нерасчленимой взаимосвязи оказываются неоспоримыми в действительности. "Бога сербы, как, впрочем, и русские, познают не через индивидуальность, не через личность, а через народ, через отечество, через нацию". А.Г. Дугин Сербия: Консервативная Революция // Консервативная Революция. - М.: Арктогея. 1994. С.164 Развивая данную интуицию, Дугин фактически приходит к приравниванию Народа, Православной Церкви и Мысли Бога.

Даже нашего беглого обзора достаточно для заключения о выводимой Дугиным фундаментальной противоположности русского и европейского дазайнов. Несколько огрубляя: одинокому (хотя стремящему к народу), временному, отграничивающему, рискующему, смертному, волевому дазайну Запада противостоит народный (постоянно), пространственный, склеивающий, покойный, бессмертный, авось-дазайн русских.

Сущностный характер оппозиции дазайнов обосновывается обращением к платоновской Хоре, инстанции по природе внешней Логосу, темной, туманной, не относящейся ни к сущему, ни к становлению, угрожающей в силу своей непознаваемости. Однако Дугин предлагает занять позицию не Логоса, характерную для всей западной философии, но Хоры. В результате этой операции обнаружится тотальность Хоры: "Есть только одно начало - хора, пространство, и именно пространство конституирует своей внутренней динамикой все остальное". А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.428 При таком понимании, Хора оказывается "простором для развертывания логоса", Там же С.431 изначальным чреватым Хаосом всевозможности. Хаос содержит в себе порядок и разлагает его: "В разум хаос приносит тончайший оттенок безумия. В ясность - тончайшую дымку намека. В вечность - тончайшую интуицию конечности. Утвердительность Единого, являющегося ответом на все, превращается хаосом в вопросительность - не в такую, которая требовала бы ответа, но в особую вопросительную утвердительность, в громогласной очевидности которой скрыта насыщенная смыслом драматическая неуверенность. В свете - в самом центре - хаос обнаруживает невидимое присутствие мрака, крохотную черную точку...". Там же С.437

Схватывание Хаоса как истока и сути русскости воспроизводится и развивается в "Социологии Русского Общества". Согласно заключениям обеих работ, русская философия возможна лишь как философия Хаоса. Выстраивая русскую антропологию, Дугин постулирует доступность русским не "интуиции мира" - сведения множества к цельности, но "интуиции хаоса" - выведения множества из производной от изначальности хаоса цельности. "Человек есть место встречи множественности вещей с тем-ной, непонятной, хаотической, все уравнивающей, невнятной, но чрезвычайно действенной, активной силой, рождающей истин-ный свет, подлинное могущество и необратимое озарение. Вот это и есть загадка русского человека как носителя пространства, как пространственного явления". А.Г. Дугин Социология русского общества. Россия между Хаосом и Логосом. - М.: Академический Проект. 2011. С.246 Непрерываемый контакт с животворящим хаосом позволяет, с одной стороны, разлагать любой порядок, но, с другой стороны, одушевлять его, наполнять энергией. Русские есть место осуществления космологического различия (единое - множество; мир - хаос).

Высветим "хаотичность" русского, Дугин обращается к ревизии антропологической дроби, помещающий в числитель Логос (сознание; рациональное), а в знаменатель Мифос (бессознательное; творческое). Сначала он заменяет эту дробь на - Мифос Матери Сырой Земли \ Хаос, но далее приходит к окончательному варианту - Сияющий Хаос \ Зияющий Хаос. "В этой дроби мы видим напряженную диалектику огромного, всепоглощающего, тянущего внутрь зевания бездны и всемирного восстания столь же гигантской чаши хаоса, только на сей раз сияю-щего и испускающего лучи. Это одна и та же тьма, только в одном случае она выступает как тьма, а в другом случае -- как свет". Там же С.270 Логос тонет в Хаосе, а Хаос обретает свойства логоса (систематичность, упорядочивание, закон). Сияющий Хаос оказывается динамичным (диалектичным), жизненным и радикально инклюзивным Логосом (в противовес обычному, по природе своей исключающему и замороженному). Сияющий Хаос оказывается всеобщим мифом, обретающимся над разделением на отдельные сюжеты и темы ("рассказ о судьбе бытия"). Таким образом, "Русская дробь" есть "ось восстающего хаоса" - соединение двух бездн.

Аналитика русского дазайна представляется адекватно согласованной с Радикальным Субъектом. Действительно, последний стремится пересечь грань, отделяющую порядок манифестаций Единого (становления сущего) от таинственной изначальной субстанции (материи, чистой привации; здесь реальный мир исчерпывает свое сходство с идеальным). Радикальный Субъект стремится пересечь эту границу и найти, как мы теперь знаем, Хору или Хаос. "Именно достигая дна, развоплоащаясь и максимально удаляясь от Единого, реальность (становление) вступает в режим истинной и полной референтности, обозначая отныне хаос. ... Таким образом, внешней границей становления, пространством, пределом, материей интеллигибельного космоса оказывается сам праисток, самое первейшее, самое вечное и самое предшествующее, никуда не исчезнувшее, неопределенное, не избытое". А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.439 Здесь мы наталкиваемся на обратную сотериологию, полагающую спасение в бездне тьмы.

Важно подчеркнуть допущение в философии Дугина существования двух вариантов хаоса, смешение которых грозит привести к искажению понимания системы. В ранней работе сборника Консервативная Революция можно обнаружить упоминания хаоса, как порождения современной западной цивилизации на последнем этапе ее существования. "Чистый разум, человеческий разум, оторвавшийся от связей со Сверхразумным, с Божьим Промыслом, с Первым Умом, превративший себя в идола, в богиню и был первым шагом человечества на пути к финальному мраку". А.Г. Дугин Слепые флейтисты Азазота // Консервативная Революция. - М.: Арктогея. 1994. С.116 Здесь обозначается проблема вырождения западного "начала философии" в эпоху наступления постмодерна. Действительный, положительно оцениваемый Хаос, в данном случае противопоставляется одновременно относительности гибнущего человеческого Разума и "богам Безумия", являющимися воплощением недостаточности господствовавшей рациональности. В ранней работе Дугин лишь намечает развитую позднее концепцию Хаоса, указывая на необходимость выдвижения некоторой иной "абсолютной концепции", выражающей "абсолютную иррациональность".

Философская операция по выведению базиса для русской философии представляется "пучком" концептуальных связей между важнейшими для системы смысла Дугина моментами. Во-первых, фактически доказывается избранность России: Радикальный Субъект как универсальный движитель и смысл истории должен на настоящем этапе обратиться к русскости, скрывающей глубинное, онтологическое "понимание" Хаоса. Во-вторых, геополитический вектор мысли Дугина обнаруживает свой исток в русском дазайне как фундаментально пространственном. В-третьих, универсализм России обосновывается отсылкой к русскому дазайну как всеобъемлющему, не терпящему противоречия, являющегося в-себе всем, а потому мирно стремящемуся стать таковым и для-себя, в философских и богословских конструктах, а также их воплощении - Империи. Мы угадываем в подобных пассажах именно идею идеалистической Империи: "Русская философия состоится через мысль, но не как мысль, а как плоть, как пространственное явление, как преображение плоти в бесконечность русского телесного света" А.Г. Дугин Мартин Хайдеггер. Последний Бог. - М.: Академический Проект. 2014. С.564 именно об этом Дугин пишет в работе об аполлоно-диониссийском русском Логосе.

Аналитика русского дазайна и основания философии Хаоса позволяют Дугину обозначить некоторые ориентиры русской философии. Необходимыми шагами к постижению (конструированию) русского логоса становятся платонизм, христианское богословие, распознание смысла России в мировой истории. А.Г. Дугин В поисках темного логоса. Философско-богословские очерки. - М.: Академический Проект. 2013. С.48 Русский логос полагается градуальным, а не эквиполентным или привативным."Особенность русской философии состоит в том, что она в некоторых аспектах неотделима от религии, морали, политики, искусства и хозяйства". А.Г. Дугин Философская мысль в Новой России // Обществоведение для граждан новой России. - М.: Евразийское движение. 2007.

Ключевой фигурой русской философии становится София, предвечное и женственное начало, замысел Бога о мире, символизирующий, возможно, не саму философию, момент ее рождения. София в моменте чуда преодолевает пропасть между Творцом и миром, выступает божественным процессом просветления космоса, снятия оппозиций во всеединстве (имманентность и инклюзия), проведение человеческого во всей его тотальности (вместе с неполнотой и свободой) в область вечности. София распознается как "родимый Хаос", оборачивающий любой Порядок в тревожный, распознаваемый как его "тайная черта".

По Дугину, В.С. Соловьев "стремился выразить одновременно две - причем главные! - стороны русского Начала: принадлежность русского дазайна к интенциональной мысли Бога (имманентность русского дазайна Богу, понятому по-русски) и материнскую (женскую) философию хоры, отвечающую за то, что по обе стороны от ее фундаментального движения разделения наличествует не одно и другое, но одно и то же, то же самое, Это и Это". А.Г. Дугин В поисках темного логоса. Философско-богословские очерки. - М.: Академический Проект. 2013. С. 511 Федоров, в свою очередь, в Философии Общего Дела схватывает "принципиальную нераздельность между субъектом и объектом, человеком и миром, на котором строится философия хаоса", Там же С.524 а также распознание русской онтологической утопии как тихого уюта "милого мира" (малый мир родной деревни), где вещи не оторваны друг от друга, мира всеобщности, предшествующей индивидуации.

Создание философии есть дело национальной элиты, "Истинно национальная элита не имеет права оставить свой народ без Идеологии (в данном случае, идеологии как философии - В.П.), которая выражала бы не только, что он чувствует и думает, но и то, что он не чувствует и не думает, но чему втайне даже от самого себя истово поклоняется в течение тысячелетий". А.Г. Дугин Карл Шмитт: пять уроков для России // Русская Вещь. Очерки национальной философии. Т.1. - М.: Арктогея. 2001. героев "Если мы находимся в русском Бронзовом веке, то рождение (нас сей раз окончательное) русского Логоса есть дело героев. "Сегодня философом в России может быть только герой. Тот, кто философствует, не обращая внимания на свист, храп и самовлюбленную демагогию невежд. Абсолютная тьма героя только вдохновляет" В поисках темного Логоса 58. Здесь мы видим соединение темы русской философии с характерными для системы Дугина мотивами эпох истории, а также фундаментальной роли (аутентичной) элиты, вырастающей из народа и воплощающей в себе его истинную волю.

Устройство России

Осветим лишь некоторые ключевые детали политического и экономического устроения России.

Базовыми принципами политической культуры, оправдываемыми культурной традицией, полагаются: патернализм, коллективизм, иерархичность, отношение к государству и обществу как семье, превосходство морали над правом - этического над рациональным. А.Г. Дугин Четвертая Политическая Теория. Россия и политические идеи XXI века. - СПб: Амфора. 2009. С.142 Русский национализм должен быть религиозным (православный, месианский, эсхатологический; строиться вокруг идеи Катехона), пространственным (природа, не культура как отличительный признак; сакральность места; геополитика), имперским (интегрирующий, всеохватывающий, универсальный; евразийские римляне; сверхэтническое оношение), социальным (общинный субъект). А.Г. Дугин Апология национализма // Консервативная Революция. - М.: Арктогея. 1994. С.141-143 Формальный этатизм превознесения государства как рациональной инстанции чужд Дугину. "Левиафан" как репрессивный аппарат, подавляющий инакомыслие и бунты (своеволие; нежелание подчиняться порядку), борющийся с заговорами и воровством, должен быть снят (сохранен в своей истине на высшем этапе) в фигуре "Бегемота". Таково "евразийское" разрешение проблемы государственности и политического порядка, необходимости ограничения и направления безудержности, беспредельности, хаотичности и очарованности русского народа: "И если возрождать "Бегемота", то надо восстанавливать не механизм и не машину репрессий, а тончайший, едва уловимый сакральный смысл - содержание, богословскую цель, эсхатологический проект, глубинную и животворящую религиозную идею, которая тайно питала русский народ в его пути по истории ... На это русские люди откликнуться по-другому - не ленью, саботажем и безразличием, а энтузиазмом последней битвы, жаром огненного крещения, рывком к последним границам национальных небес". А.Г. Дугин Четвертая Политическая Теория. Россия и политические идеи XXI века. - СПб: Амфора. 2009. С.320-321

Иной аспект воззрений Дугина на государство раскрывается в идее "Государства вглубь", захвата власти "экстремальными государственниками, готовыми действовать в критических обстоятельствах вопреки правовым нормам во имя спасения державы". А.Г. Дугин Война континентов (современный мир в геополитической системе координат). - М.: Академический Проект. 2014. С.149 Элита очищается от коррумпированных и предательских элементов, переводится в мобилизационный волюнтаристский режим, тем самым, воспроизводится режим "опричинины", высоко оцениваемый Дугиным. Эти члены элиты понимают государства как высшую ценность, как идеологию, даже исповедуют государство как религию. Как правило, призываются различные философские, религиозные, геополитические надстройки для одухотворения государства, сращения с культурой общества. Формируемое государство должно распространять себя на упорядочивание многих сфер жизни общества, быть радикальным (уходить к корням проблем и решительно их преодолевать) и возвышенным. Здесь угадываются очертания "Этического Государства" фашизма, а также державный национал-большевизм Н.В. Устрялова. Можно предположить, что "Государством Вглубь" оборачивается "левиафанический" (силовой, упорядочивающий, конкретно-демиургический) уровень государственности, который, будучи подчиненным, "Бегемоту", составляет вместе с ним целостную модель "идеократической" государственности.


Подобные документы

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.