Чаадаев: жизнь и творчество

Жизненный путь и деятельность П.Я. Чаадаева - русского философа и публициста, объявленного правительством сумасшедшим за свои сочинения, в которых критиковал действительность русской жизни. Влияние "Философических писем" на личность и судьбу П. Чаадаева.

Рубрика История и исторические личности
Вид реферат
Язык русский
Дата добавления 25.11.2012
Размер файла 24,8 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Балтийский Федеральный Университет имени И. Канта

Исторический факультет

Кафедра истории России

Доклад

Чаадаев: жизнь и творчество

Калининград

2011

Содержание

Введение

Глава 1. Жизненный путь П.Я. Чаадаева

Глава 2. Влияние «Философических писем» на личность и судьбу П.Я. Чаадаева и на общество

Заключение

Список использованной литературы и источников

Введение

Попытки осознания особенности развития русского народа, русского государства, предпринимались начали предприниматься в России достаточно рано. Таковыми были и формула: «Москва третий Рим», и «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева, некоторые декабристские разработки, например «Русская правда» Пестеля или «Конституция» Муравьева. Документами русского национального самосознания были собственно исторические изыскания XVIII - XIX в., например, записка Н.М. Карамзина «О древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях».

Но именно с Чаадаева, в русской общественной мысли начался бурный спор о месте России в историческом контексте. Фактически именно с Чаадаева начинается разделение на западников и славянофилов.

Цель доклада - проследить историю жизни и литературной деятельности.

Данная цель решается через следующие задачи: рассмотреть жизненный путь П.Я. Чаадаева, определить степень влияния «Философических писем» на личность и судьбу П.Я. Чаадаева и на общество.

1. Жизненный путь П.Я. Чаадаева

Петр Яковлевич Чаадаев родился 8 июня года в Москве в семье отставного полковника Якова Петровича Чаадаева. Его отец умер вскоре после рождения сына, а мать, Наталья Михайловна, -- три года спустя. После смерти отца и матери он вместе с братом Михаилом попал в 1797 из захолустья Нижегородской губернии в московский дом князя Д.М. Щербатова, ставшего, совместно с графом Толстым, их опекуном.

В 1808 году Петр и Михаил Чаадаевы вместе с двоюродным братом Иваном Щербатовым поступили в Московский университет. Петр стал учиться на факультете словесности.

Если судить по отзывам Чаадаева о профессорах, то его захватили в студенческие годы такие науки, как русская поэзия и красноречие, философские и политические науки, римское право и история, политическая экономия и дипломатия.

В мае 1812 года Чаадаев вступает юнкером в гвардию и затем определяется подпрапорщиком в Семеновский полк. В том же году участвовал в Отечественной войне и в заграничных походах русской армии 1813-- 1814 гг.

В 1816 году Чаадаев, бывший в тот период корнетом лейб-гвардии Гусарского полка, расквартированного в Царском Селе, на обеде у Карамзиных познакомился с А. С. Пушкиным; их тесная дружба продолжалась до гибели поэта. Пушкин посвятил Чаадаеву четыре стихотворения, в том числе знаменитое «К Чаадаеву» («Любви, надежды тихой славы...»).

В это время Россия жила ожиданием реформ. Победа русской армии над Наполеоном подарила просвещенной части общества, которая питалась в то время идеями французского Просвещения и немецкой идеалистической философии, надежду на скорые перемены во внутренней политике. А. С. Пушкин отмечал и в Чаадаеве задатки, которые в иных условиях могли бы сделать его политическим деятелем либерального толка: «Он в Риме был бы Брут, в Афинах -- Периклес».

Представление о Чаадаеве как о «великом муже» сложилось еще в студенческие годы. Его товарищам по Московскому университету были известны послание Пушкина «К Чаадаеву» и пушкинское сравнение Чаадаева с Брутом и Периклом. И в кругу друзей Чаадаев всегда занимал положение учителя и мудреца.

Петр Чаадаев был чрезвычайно яркой фигурой в петербургском обществе. Он часто общался с великими князьями Константином и Михаилом Павловичами, милостиво к нему расположенными. Чаадаев был замечен и самим царем Александром I.

Никто, кроме самых близких по духу людей, не мог сомневаться в блестящей карьере молодого офицера. Но в октябре 1820 года произошло очередное возмущение деспотическими аракчеевскими порядками, на сей раз - в гвардейском Семеновском полку, над которым шефствовал сам Александр I. Сообщить о перипетиях семеновской истории царю, находившемуся в Троппау на конгрессе пресловутого Священного союза, взялся адъютант командующего корпусом графа Васильчикова Петр Чаадаев. Многие усмотрели в этом поступке стремление еще больше приблизиться к престолу, желание сделать карьеру. Но в декабре 1820 года Чаадаев подает в отставку. Трудно выделить какую-либо одну, решающую причину этого поступка. Не исключено, что после беседы с царем погасли надежды Чаадаева на "надлежащий путь" к славе, на соединение личной карьеры с государственными преобразованиями.

После 1820 года намечается перелом в общественной жизни, связанный с обращением императора Александра I к мистическим религиозным доктринам и с повсеместным распространением идеи так называемого Священного союза -- религиозно-монархического объединения европейских государств (при ведущей роли России).

Увлечение мистицизмом затронуло и Чаадаева, который в 1820 году вступил в масонскую ложу, что в итоге привело его к духовному кризису и спровоцировало серьезные проблемы со здоровьем.

Уставший и измотанный 6 июля 1823 года Чаадаев покидает Россию с намерением больше никогда не возвращаться обратно. В течение трех лет он путешествует по Европе. Петр Яковлевич посетил Англию, Францию, Италию, Швейцарию, Германию. В Карлсбаде он встречался с немецким философом Шеллингом, находившийся тогда на пике своей славы, назвал Чаадаева «самым умным из известных ему людей». Впоследствии русский дипломат И. С. Гагарин, бывший близким приятелем Чаадаева, писал о реакции Шеллинга на это знакомство: «Великий немец Вами бредит, ловит везде русских и расспрашивает о Вас».

На родину Чаадаев вернулся лишь осень 1626 года, к этому времени уже были осуждены его друзья-декабристы.

Вопрос об отношении Чаадаева к декабрьскому восстанию и членстве его в тайных обществах является предметом постоянных дискуссий. Как бы то ни было, Чаадаев был в очень близких отношениях с руководителями Северного общества. Но он всегда выступал против насильственных методов ведения борьбы.

Чаадаев признавал, что перед отъездом из Петербурга за границу он виделся с Матвеем и Никитой Муравьевыми, князем Трубецким и Николаем Тургеневым. Матвей Муравьев-Апостол и Раевский провожали Чаадаева. Но ведь это элита тайного общества! Когда декабристы выступили против царя, Чаадаев был за границей. Поражение декабристского движения передовая общественность переживала очень глубоко, а у Чаадаева для этого были еще и причины личного характера.

Вернувшись в Россию, Чаадаев был арестован, но вскоре освобожден и отправлен в Москву, где поселился на Петровке, а затем во флигеле дома Левашевых на Ново-Басманной улице. Следующие пять лет Чаадаев провел в затворничестве, занимаясь философией и историей, его жизнь наполнилась напряженной мыслительной работой.

Глубокая оригинальность суждений снискали ему уважение современников: у «басманного философа» постоянно бывали деятели науки (в том числе медики М. Я. Мудров и И. Е. Дядьковский), писатели, поэты, историки, публицисты (Н. В. Гоголь, Ф. И. Тютчев, М. П. Погодин, Т. Н. Грановский, А. И. Герцен и др.). Чаадаев посещал салоны 3. А. Волконской и А. П. Елагиной, а в 1826 году на квартире С. А. Соболевского присутствовал при чтении Пушкиным «Бориса Годунова».

Доподлинно неизвестно, чем занимался Чаадаев эти пять лет. Возможно, что помимо сохранившихся в полицейских архивах произведений были и другие работы. Известно точно, что к 1830 году он написал работу "Философические письма", которые позже взорвали общественность.

Какое-то время Чаадаев живет вместе с М. Бакуниным, знакомится с В. Белинским. Петр Яковлевич не принадлежал, очевидно, ни к одному из образовавшихся тогда кружков. Он постоянно ощущал учрежденный над ним тайный надзор, от которого не избавляло и пятилетнее "примерное" поведение. 31 января 1833 года цензурный комитет не дал разрешения на опубликование представленной Чаадаевым книги.

Чаадаев настойчиво ищет возможность сделать достоянием широкой гласности свои произведения Редактор журнала либерального направления "Телескоп" Надеждин взял на себя смелость опубликовать первое философическое письмо в пятнадцатом номере за 1836 год.

Это письмо настолько взбудоражило общество, что царь издал резолюцию, по которой Чаадаев объявлялся умалишенным. Ему предписывалось не выходить из дома. Полицейский надзор ожесточился открытыми принудительными мерами.

Вершина политической мысли Чаадаева, вместе с прокламациями 1840-х годов является "Апология сумасшедшего", написанная в 1837 году и опубликованная только после его смерти в 1862 году в Париже князем Гагариным. Чаадаев уже более трезво оценивает историю России. Он пишет, что бесплодность исторического развития России в прошлом представляет собой в некотором смысле благо, так как русский народ не скован окаменелыми формами жизни и потому обладает свободой духа, чтобы выполнить великие задачи будущего, которые стоят перед ним. При этом он придавал большое значение православию, которое, по его мнению, способно оживить тело католической церкви.

Чаадаев и в конце своего жизненного пути остался верен своему принципу: искать истину вопреки официальному запрету, вопреки официальному мнению властей, вопреки существованию этих властей, но не любой ценой, не ценой своей головы, а соблюдая осторожность, заискивая перед власть предержащей, заверяя ее в полной преданности. 30 октября 1837 года Николай I на доклад московского генерал-губернатора князя Д.В. Голицына о прекращении "лечения" Чаадаева наложил следующую резолюцию: "Освободить от медицинского надзора под условием не сметь ничего писать". Чаадаеву было разрешено выходить на прогулки, но не наносить визитов. Он продолжал оставаться "сумасшедшим", его опасались.

В 1840-х гг. вместе с Герценом и Грановским Чаадаев становится идеологом движения западников и участвует в общественных дискуссиях со славянофилами. Однако двадцать последних лет своей жизни Петр Чаадаев был лишен права печататься и все время находился под контролем полиции и врачей. За год до смерти Чаадаев раздобыл рецепт на мышьяк. После воцарения Александра II, когда в обществе опять появились надежды на скорые перемены и кто-нибудь в пылу спора начинал говорить о наступлении «эры прогресса», Чаадаев молча показывал этот рецепт -- рецепт лекарства от иллюзий.

Петр Яковлевич Чаадаев умер квартирантом в чужом доме 14 апреля 1856 года по старому стилю в четвертом часу дня, и был похоронен на кладбище Донского монастыря в Москве.

Через все перипетии личной жизни Чаадаев пронес глубокую и неординарную любовь к Отечеству, к русскому народу. Любовь к Отечеству для него - далеко не одно и то же, что любовь к царствующему дому и "публике", погрязшей в прихотях и похотях.

В период расцвета творческих сил мыслителя укрепилась его вера в светлый идеал такого общественного устройства и такого пути развития, при котором все народы обретут просвещение и свободу. С верой в грядущий час России Чаадаев прошел свой путь до конца.

2. Влияние «Философических писем» на личность и судьбу П.Я. Чаадаева и на общество

В 1828--1831 гг. философ создал свой главный труд -- трактат «Философические письма», написанный в форме посланий вымышленному адресату (на французском языке). Эта работа, в которой Россия противопоставлялась католическому Западу, долго существовала в рукописной версии, пока в 1836 году в журнале «Телескоп» Н. И. Надеждин не опубликовал русский перевод первого из «Писем». Однако карандашом цензора были вычеркнуты строки о печальном положении России и о действии сил, «которые приводят у нас в движение все, начиная с самых высот общества и кончая рабами, существующими лишь для утехи своего владыки».

Взгляды Чаадаева на рабство и крепостничество в России были известны и до публикации «Первого письма», написанного в 1828 году и распространявшегося в списках.

А. И. Герцен в «Былом и думах» писал о «Философическом письме» следующее: «Это был выстрел, раздавшийся в темную ночь: тонуло ли что и возвещало свою гибель, был ли то сигнал, вызов на помощь, весть об утрате или о том, что его не будет, -- все равно надо было проснуться... Письмо Чаадаева потрясло всю мыслящую Россию. Оно имело полное право на это. После «Горя от ума» не было ни одного литературного произведения, которое сделало бы такое сильное впечатление».

Это «сильное впечатление», к примеру, вполне передает письмо Софьи Николаевны Карамзиной, дочери знаменитого историка: «Я должна рассказать тебе о том, -- пишет она брату Андрею, -- что занимает все петербургское общество, начиная с литераторов, духовенства и кончая вельможами и модными дамами: это письмо, которое напечатал Чаадаев в «Телескопе». Он добавляет разные хорошенькие штучки о России, «стране несчастной, без прошлого, без настоящего и будущего», стране, в которой нет ни одной мыслящей головы, стране без истории... Это письмо вызвало всеобщее удивление и негодование».

А вот как откликнулся на письмо ее брат Владимир Николаевич Карамзин: «Я был вне себя, читая пасквиль Чаадаева <...> Можно жалеть свою родину, но горе тому, кто презирает ее, потому что у него более нет родины, и это слово теряет для него всякий смысл».

«Пасквилем на русскую нацию» назвал «Философическое письмо» и Денис Давыдов в письме Пушкину от 23 ноября 1836 года.

Что касается реакции государственных чиновников, то их негодование перешло все границы. Вот фрагмент письма Николаю I от министра народного просвещения С. С. Уварова: «Статью эту считаю настоящим преступлением против религиозной, политической и нравственной чести». Уваров замечает, что в России «возмущение не может не стать всеобщим».

Реакционный дипломат Д. П. Татищев 26 октября 1836 года спешил донести С. С. Уварову: «Филиппика Чаадаева, которую я вам возвращаю, может возбудить только негодование и отвращение. Меня это возмущает! Под прикрытием проповеди в пользу папизма автор излил на свое собственное отечество такую ужасную ненависть, что она могла быть внушенной ему только адскими силами».

Тон гонениям задал управляющий департаментом духовных дел иностранных исповеданий Ф.Ф. Вигель. В письме митрополиту Серафиму от 21 октября 1836 года он обращает пастырское внимание на то, что в "богомерзкой статье... нет строки, которая бы не была ужаснейшею клеветою на Россию, нет слова, кое бы не было жесточайшим оскорблением нашей народной чести". Далее достаточно четко формулируется обвинение в преступной принадлежности к революционной партии. 27 октября 1836 года митрополит Серафим обратился к шефу жандармов А. X. Бенкендорфу: «Суждения о России, помещенные в сей негодной статье, столько оскорбительны для чувства, столько ложны, безрассудны и преступны сами по себе, что я не могу принудить себя даже к тому, чтобы хоть одно из них выписать здесь для примера...» И далее Серафим обвинял издателя «Телескопа» в том, что тот распространяет «между соотечественниками столь преступные хулы на отечество, веру и правительство <...> Все, что для нас, россиян, есть священного, поругано, уничтожено, оклеветано с невероятной предерзостию и с жестоким оскорблением».

В следственной комиссии по делу о чаадаевской публикации ее содержание представлялось несравненно менее важным, нежели «обнародование подобной статьи в то время, когда высшее правительство употребляет все старания к оживлению духа народного, к возвышению всего отечественного».

Друзья и близкие знакомые Чаадаева не сказали необходимых слов в его защиту. Например, П. А. Вяземский в письме А. И. Тургеневу и В. А. Жуковскому от 19 октября 1836 года истолковал «Письмо» как сатиру и заявил: «Нет ни одной решительной истины: грустно в том признаться... Все эти провозглашения истин непреложных -- заблуждения молодости или счастливой суетливости». Чаадаев получил поддержку лишь в лице Пушкина. Поэт написал ему сочувственное письмо, но оно по неясным причинам осталось неотправленным.

После выхода в свет журнала с «Философическим письмом» его редактор Надеждин писал В. Г. Белинскому: «Я нахожусь в большом страхе, „Письмо" возбудило ужасный гвалт в Москве благодаря подлецам наблюдателям. Эти добрые люди с первого раза затрубили о нем как о неслыханном преступлении, и все гостиные им завторили». По словам А. И. Тургенева, «вся Москва от мала до велика, от глупца до умного <...> опрокинулась на Чаадаева».

Все это дает представление о той злобной реакции на «Письмо» Чаадаева в самых разных общественных кругах. По распоряжению министра народного просвещения С. С. Уварова журнал «Телескоп» был закрыт, а его редактор Надеждин сослан в Усть-Сысольск. «Высочайшим повелением» (по личному приказу Николая I) Чаадаев был объявлен сумасшедшим и в течение полутора лет находился под медицинским и полицейским надзором: писатель имел право выходить на прогулку лишь раз в сутки, и каждый день к нему являлся доктор «для освидетельствования». Затем «арестантский режим» был отменен, но на том условии, чтобы Чаадаев «не смел ничего писать». Но Чаадаев писать не прекратил и сочинил другое свое знаменитое произведение, «Апологию сумасшедшего», которая стала своего рода ответом на травлю, вызванную публикацией «Философического письма». Чаадаев писал: «Больше, чем кто-либо из вас, поверьте, я люблю свою страну, желаю ей славы, умею ценить высокие качества моего народа <...*> Я не научился любить свою родину с закрытыми глазами, с преклоненной головой, с закрытыми устами <...> Мне чужд, признаюсь, этот блаженный патриотизм, этот патриотизм лени, который приспособляется видеть все в розовом свете <...> и которым, к сожалению, страдают у нас многие дельные умы». В письме к Ю. Ф. Самарину от 15 ноября 1845 года, оценивая свою деятельность, Чаадаев говорит: «Я любил мою страну по-своему, вот и все, и прослыть за ненавистника России мне тяжелее, нежели я могу выразить».

Первое «Философическое письмо» так и осталось единственным произведением философа, опубликованным при жизни Чаадаева. Его наследие стало доступно широкому кругу читателей лишь много лет спустя после смерти автора.

В начале XX века были частично напечатаны чаадаевские «Сочинения и письма» в двух томах, подготовленные М. О. Гершензоном. В 1935 году в серии «Литературное наследство» (т. 22--24) вышли пять «Философических писем», издание подготовил Д. И. Шаховской. А четыре десятилетия спустя появился небольшой том Чаадаева «Статьи и письма», приуроченный к 150-летию создания первого чаадаевского письма. Новая волна интереса к творчеству писателя пришлась на конец восьмидесятых годов. В это время были опубликованы интереснейшие статьи и исследования, посвященные творчеству Чаадаева, а также два самых полных издания его произведений.

Оба эти издания -- новый этап в изучении наследия Чаадаева. В предисловии к «Полному собранию сочинений» философа (М., 1990) сказано, что «Философические письма» были первым опытом философского осмысления российской истории, а наследие Чаадаева стимулировало развитие основных направлений отечественной культуры.

Академик Д. С. Лихачев в книге «Заметки и наблюдения. Из записных книжек» (1990) нашел очень верные слова о незаслуженно забытом философе: «Чаадаева стыдно прятать. Те, кто прячут его, очевидно, втайне верят, что в своем отрицании значения России Чаадаев может быть и прав. Неужели не понять, что Чаадаев писал с болью и эту боль за Россию сознательно растравливал в себе, ища возражений. Ему ответила русская историческая наука».

Заключение

чаадаев русский философ

Чаадаев явление крупное, самобытное, во многом определившее дальнейший ход развития русского самосознания.

Общепризнанно, что Чаадаев повлиял на духовное становление великих русских поэтов - Пушкина и Лермонтова. Именно к Чаадаеву восходит разделение русской общественной мысли на западничество и славянофильство.

Широкое распространение получили в русской общественной мысли после Чаадаева, идеи, высказанные им еще в 30-х г.г., относительно грядущего лидерства России во Всемирной истории, принципиальный интернационализм его концепции построения будущего, протест национальной ограниченности и агрессивности, против попыток навязать другим нациям и странам свои порядки и принципы жизни.

Чаадаевская концепция «истинного патриотизма» - продолжает лучшие традиции русской общественной мысли, и прежде всего декабризма.

Дать общую оценку политическим взглядам Чаадаева непросто. Главная трудность состоит в том, что Чаадаев противоречив.

Но двойственность, а порой и множественность его суждений, постоянное отрицание даже самого себя - отражает неоднозначный и противоречивый характер его философии.

Список использованной литературы и источников.

1. П.Я. Чаадаев. Полное собрание сочинений и избранные письма. 1-2 т., М., 1991.

2. П.Я. Чаадаев: pro et contra. СПб., 1998.

3. Лебедев А.А. Чаадаев. М., 1965.

4. http://www.chaad.ru/index.html

Размещено на Allbest.ru


Подобные документы

  • Жизненный путь. Личность. Историко-философская ориентация. Соловьев и неоплатонизм, патристика, теософско-гнотическая литература, Платон, Декарт, Спиноза, Кант, Шеллинг, Гегель. Теоретическая философия. Метафизика. Свободная теократия.

    реферат [30,3 K], добавлен 17.01.2005

  • Творчество русского поэта, одного из основоположников романтизма в русской поэзии и переводчика Василия Андреевича Жуковского. Создание первого официального гимна России "Молитва русских". Деятельность на должности "наставника" наследника престола.

    презентация [420,4 K], добавлен 29.10.2012

  • Жизненный путь графа Сергея Семеновича Уварова. Государственная, научная, административная деятельность министра просвещения С.С. Уварова. Сущность уваровского представления о русской жизни. Уваровское виденье политической системы. Великая триада Уварова.

    реферат [28,1 K], добавлен 10.06.2011

  • Жизненный путь и научная деятельность И.К. Кириллова. Деятельность И.К. Кирилова на территории современной Оренбургской области. Экспедиция и проведение работ по картографированию области. Роль, сыгранная Кириловым И.К. в развитии русской географии.

    реферат [22,7 K], добавлен 28.06.2013

  • Личность Александра Васильевича Колчака: жизненный путь, научная, военная и политическая деятельность. Исследователь Арктики, участник русско-японской войны, командующий флотом. Роль Колчака в Белом движении. Борьба с большевизмом, анализ причин неудачи.

    дипломная работа [75,8 K], добавлен 29.04.2017

  • Научные работы в области стратиграфии, тектоники, палеонтологии и минералогии деятеля отечественной науки А.П. Карпинского. Жизненный путь, научная и исследовательская деятельность русского геолога. Последние дни Карпинского, его основные награды.

    реферат [21,8 K], добавлен 24.08.2011

  • Генерал от инфантерии Ермолов Алексей Петрович - один из популярных русских военачальников своего времени. Исследования по проблематике А.П. Ермолова. Жизненный путь генерала. Ссылка в Кострому. Репутация одного из первых артиллеристов русской армии.

    курсовая работа [51,1 K], добавлен 25.12.2013

  • Жизненный путь и творчество И. Гуттенберга: его происхождение, страсбургский период жизни, изобретение им способа отливки литер, первые майнцские издания. Сомнительные случаи приписывания авторства. Создатель русского печатного станка - Иван Федоров.

    реферат [658,1 K], добавлен 26.10.2010

  • Жизнь и творчество Данило Дольчи. Его биография. Участие в антифашистском движении во время II Мировой войны. Начало творческого пути. Данило Дольчи: тишайший бунтарь-пацифист или "итальянский Ганди". Социальная и политическая деятельность поета.

    реферат [20,5 K], добавлен 07.11.2007

  • Обобщение сведений о жизненном пути императора Александра II. Изучение его личных качеств, жизненных принципов, идеалов, мотивов деятельности. Борьба Александра II за право на личную жизнь, на простое человеческое счастье и особую политическую позицию.

    контрольная работа [28,8 K], добавлен 05.02.2011

Работа, которую точно примут
Сколько стоит?

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.